Нафанин сундучок

И вот снова настал день, в который я не планировала уезжать из Кисловодска. Более того, я решила, наконец, посмотреть в этом городе хоть что-то, кроме парка. И да, наконец, воспользоваться любезным предложением от администрации - позавтракать. Но проснулась я традиционно рано, поэтому до завтрака отправилась прогуляться на Сосновую гору, потом попить водички в Нарзанной галерее, а после затрака сходить в музей Ярошенко. И вот ни свет, ни заря я потопала в сторону парка.

От моей гостиницы до входа в парк - пара минут по улице со смешным названием "Парковый пешеход", которая упирается в перекресток улиц Ярошенко и Мира. Но я решила удлинить прогулку и пойти другим путём, посмотреть на старую часть города, на её архитектуру, ведь в старых районах всегда можно отыскать что-то интересное. И я повернула в другую сторону, на Ярошенко. Старый Кисловодск - это во многом город старых дач, отелей, пансионатов, ибо уже пару веков он притягивает к себе желающих поправить здоровье нарзанами. Поэтому когда я предположила, что симпатичное здание в глубине двора рядом с моей гостиницей - это чья-то дача, не ошиблась ни разу. Это действительно дача Дондукова-Корсакова, в которой нынче располагается клиника.



Фамилия эта достаточно известна и в истории России оставила приметный след. Александр Михайлович Дондуков-Корсаков - военный и политический деятель, генерал, принимавший активное участие в Кавказских, Крымской войнах, а также Русско-турецкой войне 1877-78гг. Когда в ходе последней русские войска потеснили турок с занимаемых ими болгарских земель, Дондуков-Корсаков был назначен императорским российским комиссаром в Болгарии, по сути временным управляющим, призванным помочь болгарам организовать собственную структуру власти, разработать конституцию и законы, закрепляющие систему органов управления, примирить враждебные политические партии, помочь им найти компромисс. Князь Александр Михайлович с этими обязанностями справлялся столь успешно, что завоевал уважение и авторитет болгар, и сила их была такова, что те даже имели мысль возвести его на болгарский престол. Так русский князь едва не стал болгарским королём. Однако, из Болгарии он вновь вернулся на Кавказ, где был назначен главноначальствующим и командующим войсками Кавказского военного округа, где занимался, собственно, тем же самым, чем и в Болгарии - реформами системы управления. Но дача принадлежала не ему, а старшему сыну Михаилу.
   К слову, ещё до славных деяний бравого генерала имя князей Дондуковых-Корсаковых прославил едкий язык Пушкина, написавшего эпиграмму на отца Александра Михайловича, занимавшего должность вице-президента Академии Наук в Санкт-Петербурге:

В Академии наук

Заседает князь Дундук

Говорят, не подобает

Дундуку такая честь;

Почему ж он заседает?

Потому что есть чем сесть.

Поэт считал, что это с подачи князя Дондукова-Корсакова цензура столь жёстко относится к его стихам. Считал, к слову, ошибочно, и, говорят, весьма сожалел об этой эпиграмме после того, как познакомился с князем лично.
***
   Чуть дальше по улице Ярошенко взгляд зацепил симпатичный розовый дом с лепниной. Этот дом носил название "Игрушечка" и был построен в 1910-ых годах для семьи Дмитрия Черчикова.





  Черчиков был родственником и управляющим богатого купца и промышленника Сергея Никитовича Ганешина, владевшего в Москве текстильными и суконными фабриками. Однажды он приехал в Кисловодск и был так очарован живительным воздухом этого города, что построил здесь пансион-отель для приезжающих на лечение, отдых. А поскольку сам бывал в городе только наездами, заниматься постоянно сим заведением было недосуг, управление пансионом он поручил Черчикову. Тот взялся за дело рьяно и ответственно, частенько даже сам ездил за границу закупать для отдыхающих самое лучшее - мебель, оборудование, медицинские препараты. Ганешин был доволен, платил за хорошую работу немало, так что через несколько лет Дмитрий Черчиков смог купить участок земли прямо напротив пансиона Ганешина (чтобы далеко не ходить) и построил на нём вот этот самый дом.
   Здание же пансиона тоже сохранилось, хотя роскоши прежней в нём поубавилось, оно было перестроено, лишилось красивой полукругом выходящей в сад лестницы, но сфотографировать его у меня почему-то не получилось, то ли за ремонтными работами его частично не видно было, то ли надо было перейти на другую сторону улицы, я оставила на потом и... как всегда:) Осталась вот только на память табличка мемориальная на его стене:



Впрочем, не одним Шаляпиным восторгались бы стены этого здания, если бы могли говорить. В пансионе в разные годы жили и Станиславский, и Рерих и ещё немало носящих славные имена. Пансион был велик, состоял из нескольких корпусов, в которых было 72 отдельные комнаты. Роскошные номера, прекрасное питание, возможность принимать нарзанные и грязевые ванны и пить минеральную воду, не выходя с территории отеля. Проживание стоило дорого, но и условия ему соответствовали. Даже научно-популярные лекции в залах пансиона читались! Впрочем, Ганешину не чуждо было и сострадание - при пансионе работала бесплатная аптека для неимущих, а также врачебный кабинет.  Сейчас в здании в стиле модерн, построенном архитектором Ходжаевым, располагается НИИ курортологии.

   Дальше не пошла,  свернула вниз, к парку. Прошла краем до подъёма на Сосновую горку. В очередной раз лениво отодвинула мысль о ступеньках, пошла по тропе, что серпантином вьётся по склону. Белок в этот раз не встретила. Заснеженной красоты, что радовала за пару дней до того, тоже - пушистый снег с ветвей успел облететь, да и погода в этот день яркостью не радовала, наконец-то сбылся пасмурный прогноз, который кисловодское небо игнорировало два предыдущих дня. Поэтому слишком впечатляющих видов не было, но воздухом подышать и размять ноги всегда приятно:)













Увидев купола храма, что прямо напротив моих окон, решила, наконец, после завтрака первым делом заглянуть в него, не всё же только на стены смотреть:



Продолжение следует...

   Проснуться в 4 утра в выходной – это замечательно, потому что впереди тебя ждет отличный день, насыщенный приключениями. Два года не видела башкирских водопадов, потому на Кук-Караук, который видела лишь однажды, решила ехать, не задумываясь.



  Кофе на заправке со вкусом путешествий,



разошедшиеся к нашему приезду к водопаду тучи,



разбуженные солнечными лучами нежные первоцветы,









бурная от весеннего таяния снегов река,



цветущая верба в Вербное воскресенье, шумный, бурлящий, пенящийся, обдающий брызгами Кук-Караук…чудесный день!





   Мы приехали относительно рано, успев ещё застать немноголюдный водопад. Потом, когда остановились пообедать на полянке у дороги, мимо нас проехало к нему столько машин, что показалось, что мы на обочине оживленной городской улицы в час пик. «Я думаю, сейчас вопрос о том, почему надо было выезжать в пять утра, стал риторическим, да?» - усмехнулся Макс:)) Ну, что ж поделать, всем хочется увидеть просыпающуюся природу и мощь воды, тем более, когда вся эта прелесть не так далеко от городов.
   Мне показалось, что в этом году воды Кук-Караук набрал еще больше, чем пару лет назад при нашей встрече. Повторяться в рассказах об этих местах не буду, потому как место уже знакомое. Да и что можно рассказать о красоте природы? Её нужно видеть:)







Невероятной красоты небо,





остатки снежных сугробов, позволяющих поиграть в снежки,



свежий воздух, особенно наверху, на скалах, где растут сосны.



Мы поднялись туда в поисках льва, которого нам с подругой в прошлый раз показали.



Сквозь прозрачность еще не приобретших листву деревьев видны хорошо видны окрестные горы,



но сами они выглядят несколько зловеще,



поэтому взгляд невольно оббегает их, обращаясь к зелени хвои.







И невероятная тишина вокруг.





Приглушенный расстоянием шум водопада да пение птиц не нарушают её, скорее оттеняют. Я наслаждаюсь тишиной и одиночеством.









Дальше, у Калим-Ускана их точно не дождаться. Там народу уже немало, и продолжают приезжать. У подножья высокой отвесной скалы, с которой некогда по легенде сбросился несчастный влюбленный юноша, клокочет бурный речной поток.



Сложно поверить, что всего через пару-тройку недель он обмелеет настолько, что на другой берег, к пещере Салавата Юлаева можно будет дойти почти посуху. Верба, обычно цветущая не берегу, оказалась буквально посередине реки. А над скалами удивительным калейдоскопом складываются в удивительные картинки пушистые белые облака. Потрясающей красоты небо нам выпало увидеть в этот день.







На обед готовим кашу. Точнее, Макс готовит, а мы гуляем по берегу реки,



мешаемся у костра и развлекаем его разговорами. Я вообще-то не ем гречку, но кто в походных условиях выёживается?)) Да и фирменный максовский рецепт, сдобренный дымком от костра плюс разыгравшийся на свежем воздухе аппетит… не съесть невозможно)
   Перекусив и отдохнув, едем дальше,  к шиханам. Но о том, пожалуй, в следующий раз…


 

   Итак, отправляюсь гулять по солнечному Пятигорску. Как я уже писала, красивый город, основанный в 1780-ом году, как здравница для солдат и офицеров армии Кавказа, первыми обнаружившими и оценившими полезность и живительную силу кавказских горячих вод. Собственно, и город поначалу назвали Горячеводском, лишь в 1830-ом переименовали его в Пятигорск - по имени рядом расположенной горы Бештау. Моя прогулка, начавшись со сквера им.Л.Толстого, плавно перешла в Лермонтовский сквер:

Какие деревья, так и притягивают взгляд. Сюда странная стрижка с оставлением лишь одних больших пеньков, к счастью, не добралась ещё:

Лермонтовский сквер, конечно же, не может быть без памятника поэту. Здесь вообще с именем Лермонтова связано многое - скверы, гроты, галереи и улицы. Да и удивительно ли это? Эти места поэт полюбил ещё в детстве, они оживают на страницах его книг (перед поездкой взялась вместо путеводителя перечитывать "Героя нашего времени", чтобы освежить в памяти и получить эмоциональную подготовку), здесь и прервалась так трагически его жизнь. Памятник в лермонтовском сквере уникален - это первый в России памятник поэту, установленный вскоре после его гибели, когда ещё живы были представители его поколения - те люди, что хранили в сердце воспоминания о встрече с ним. Потому, наверное, это самое точное изображение поэта из всех возможных, но почему-то по картинкам в учебниках школьных лет в моей голове жил немного другой образ?

Взгляд поэта направлен на Эльбрус, двуглавый великан, которому посвящены эти строки:

Сияет утро снежными горами,
Эльбрус громадный царствует над всем.
Возвысившись торжественно и грозно,
Кавказа гордого он вечный Вифлеем.

Я тоже подошла к каменной ограде посмотреть вдаль в поисках с надеждой. В то утро Эльбрус был виден, но быстро скрывался за поднимающейся от нагретой солнцем пятигорской земли солнечной дымкой. Для фотоаппарата запечатлеть - почти нереальная задача, просто поверьте на слово: он был:))

Грот (какой по счету в этом городе?) в сквере, и католическая церковь Преображения Господня за ним:

С другой стороны сквер упирается в Соборную улицу, носящую своё имя из-за доминантного её строения - Спасского собора, который в начале 20-го века был построен по проекту Тона, как уменьшенная копия московского храма Христа Спасителя, а в 2012-ом был восстановлен по прежним чертежам и фотографиям на историческом месте. Собор из удивительного, обладающего тёплым, солнечным оттенком машукского камня, очень красиво расписан внутри (зашла через несколько дней во время утренней службы, потому фото нет), его нежный, мелодичный колокольный звон по утрам и вечерам разносится далеко над центром города (я слышала у себя в гостинице при открытом окне), а однажды вечером, проходя мимо, я остановилась послушать прекрасно поющий церковный хор.

На другой стороне улицы Кирова впереди уже замаячил вход в "Цветник", но я пошла другим путём, повернув налево и отправившись вверх по Соборной. У меня в голове сидела мысль зайти в домик-музей Лермонтова, но... погода не шептала, просто кричала: "гулять!", потому я прошла мимо него, решив заглянуть в другой день, когда погода испортиться окончательно. Но так и не хватило у меня на это времени, остался домик на потом. В тот день я, пройдя мимо него, вышла к парку на пл.Ленина, в котором соседствуют Вечный огонь:

Монументальный Ленин, смотрящий сверху на Пятигорск:

И памятник генералу Алексею Ермолову, герою Отечественной войны 1812 года и Кавказской войны, по инициативе которого были заложены ряд городов и крепостей на Кавказе:

Под сенью огромных деревьев на лавочках местные жители с удовольствием грелись на солнышке, над ними заливисто пели птицы,

я тоже не смогла отказать себе в удовольствии отдохнуть и послушать весёлый щебет:)

Посидев немного на лавочке, иду дальше, поглядывая на фасады старых домов на улице вдоль парка:

Дохожу до Эммануэлевского парка - одного из старейших парков Пятигорска, созданного в 1828-30 годах по распоряжению генерала Эммануэля, чьё имя он и носит. Автором проекта парка был архитектор Бернардацци. 

Парк расположен на Михайловской горе, и в ходе его строительства были обнаружены многочисленные минеральные источники, беседка, например, была построена над источником холодного нарзана, к сожалению, ныне не действующего:

Дорожки парка

приводят меня к Малому гроту. Есть предположение, что именно этот грот был описан в "Герое нашего времени" как место случайной встречи Веры и Печорина, потому его порой называют Печоринским:

Травка зеленеет:

лавочки снова манят присесть:)

Но я иду дальше. В 2020 году в парке в разных местах расставили героев лермонтовского произведения, и первыми мне как раз и попадаются Печорин и Мэри:

Надо сказать, что Бэлу и Большой грот, который нынче носит название Лермонтовского (считается, что поэт любил приходить сюда и смотреть на город, и даже запечатлел этот грот на одной из своих картин), я с первого раза благополучно пропустила, потому пришлось возвращаться сюда во второй половине дня по пути на канатную дорогу. Тогда я поднялась с другой стороны - с парка "Цветник":

Грот, к слову, естественный, его лишь немного углубили по распоряжению Бернардацци:

Моя же прогулка продолжилась подъёмом к Эоловой арфе - беседке, в которой некогда был установлен удивительный инструмент, издающий невероятные чарующие звуки под воздействием ветра. Нынче за создание звуков отвечает установленная акустическая система:

Эолова арфа - ещё и прекрасная смотровая площадка, но Эльбрус к тому времени спрятался окончательно:)

Внизу - здание Академической (Елизаветинской) галереи:

Пушкинские ванны и прочие здания лечебниц, а поверху над ними тянется тропинка через Нагорный парк Горячей горы, по которой можно дойти до Китайской беседки и Орла:

Оставив за спиной Эолову арфу и бросив на неё прощальный взгляд:

иду дальше, встретив по пути Максима Максимыча:

Он задумчиво курит трубку, глядя на город, 

а у ног его - множество автографов посетителей сей площадки на камнях: от века 19-го до наших дней, рассматривать интересно:

и даже вот такой есть - в виде изображения Эоловой арфы:

А я потихоньку спускаюсь вниз, к Академической галерее, бросая взгляды на город и остающийся слева склон Михайловской горы:

Отражения ажурной решётки с орлом красиво легли на дорожку:

Первой водички попробовала:)

Арфа осталась наверху:

А я, сверившись с часами и картой, решила прогуляться дальше - до Провала. Продолжение следует...

   Следующий раз мы остановились неожиданно у въезда в тоннель, проложенный в толще гор. Александр показал нам тропу, по которой следует прогуляться, а сам проехал дальше, чтобы оставить машину у конца тропы и пойти нам навстречу. Первое, что бросилось в глаза,  - памятный знак, из надписи на котором мы узнали (потом, конечно, и от гида услышали), что прогуливаться нам предстоит по старой автомобильной дороге - "колёсной", как её называли при строительстве. Дорога бежит вдоль края пропасти и когда-то была настолько узкой, что два пеших человека могли разойтись на ней с трудом, а всадникам приходилось спешиваться и вести лошадь в поводу. Между тем это была единственная дорога, соединявшая поселок Кашхатау и другие с селениями, находящимися выше, вверх по течению Черека. В 1883-ем году было решено расширить дорогу, превратив её в проходимую для колёсного транспорта. Через четыре года в процесс вмешался император Александр III, издав соответствующее распоряжение, благодаря которому балкарцы получили в том числе безвозмездно 1293 пуда пороху для взрывных работ. В общей сложности строительство дороги продолжалось десять лет - до 1893-го года.

Эта дорога оставалась действующей и после революции, говорят, что буквально несколько лет назад по ней ещё можно было проехать на автомобиле, но частые камнепады "уронили" часть её в ущелье, заметно сузив снова. Потому для обеспечения безопасности был проложен тоннель, по которому нынче и проходит автомобильное движение. А бывшая колёсная дорога превратилась в достопримечательность - пешеходную тропу длиной примерно 1,5 км, по которой и прогуливаются туристы: 

Когда мы приехали, Черекское ущелье тонуло в тумане и было совершенно безлюдным. Даже транспорт, проезжающий по тоннелю, почти не было слышно. Вот только женщина при виде нас поспешила выйти из припаркованной машины и отправилась раскладывать сувениры на единственном прилавке, больше никакой туриндустрии, как на Голубом озере, к счастью не встретилось, хотя, читала, что летом в гроте работает даже кафе. Тропа бежит по краю пропасти, далеко внизу шумит, перепрыгивая с камня на камень Балкарский Черек. До него - метров 300 отвесно вниз, и над тропой ещё метров на 200 уходят вверх почти отвесные скалы. При этом до скалы напротив, чудится, рукой дотянуться можно - ширина ущелья в этом месте порой достигает всего 30 метров. Такие узкие и глубокие ущелья и зовут теснинами:

Масштабы, безусловно, впечатляют. Огромные, гигантские горы, среди которых чувствуешь себя совершенно лишней. И крохотной... не то, что песчинкой, - молекулой. Невероятно красиво, завораживающе, но... неуютно как-то что ли. До содрогания. Я вдруг вспомнила, что такие ощущения испытала впервые недавно - в ущелье Дарьяла. В этих узких пространствах, среди высоченных каменных стен мнится, что кто-то смотрит на тебя настороженно, чутко прислушивается к твоим шагам, словам и мыслям... кто-то, чьего лёгкого вздоха будет достаточно, чтобы смести тебя с лица Земли. Жутковатое ощущение. Но как же всё-таки красиво, какая мощь и сила природы вокруг! Ни одно фото, ни один рассказ никогда не смогут передать этого истинного природного величия, нужно только увидеть и прочувствовать.

Конечно, интереснее побывать здесь в другие времена года - летом ущелье утопает в зелени, осенью расцвечивается разноцветными красками, зимой же царит монохром, особенно подчеркнутый туманом. Но и то, что довелось увидеть мне, впечатлило весьма:

(Себе на заметку, чтобы не забыть) В какой-то момент поездки Александр произнёс уточняющую фразу: "Ни одно из мест, в которые мы с вами сегодня направляемся, не относится к Большому Кавказскому хребту. Хотя некоторые гиды любят, находясь здесь, например, призывать: посмотрите вокруг, полюбуйтесь красотой Кавказских гор! Но географически это неверное утверждение". Я сначала слегка удивилась, но после дальнейших объяснений поняла, что он прав. Черекское ущелье (наряду с Чегемским, Баксанским, Безенгийским) лежит перпендикулярно Большому (Главному) Кавказскому хребту, протянувшемуся с северо-запада на юго-восток, как бы упирается в него, и географическую область, в которой они находятся (Северный Кавказ: Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкессия), принято называть Предкавказьем.

(и ещё на память об удивившем) На следующий день мне попался совершенно потрясающий гид-водитель - молодой парень Володя, который родился и вырос в Кисловодске. Поразил он меня прежде всего тем, с какой любовью и восторгом рассказывал о своих краях. Скажу честно, таких эмоций я не встречала со времён знакомства с армянскими гидами. "Знаете, - признался он вдруг, - я не могу без этих гор. Если уезжаю куда-то на пару месяцев, или занят чем-то, что не могу поехать в горы, мне становится очень нужно хотя бы на них посмотреть издалека!" Естественно, что он объехал/обошёл огромное количество уголков Северного Кавказа, с упоением рассказывал о множестве красивых мест Приэльбрусья, Осетии, Балкарии, а в заключении сказал: "Но больше всего меня каждый раз восхищает Черекская теснина. Это такое величие, такая сила!"

Когда пройдено чуть больше половины пути, тропа выводит к импровизированной смотровой площадке, где открывается вдруг перспектива - ущелье ты начинаешь видеть не в бок, а прямо перед собой, убегающее вдаль (в нашем случае в туман). И узкое пространство неожиданно расширяется, создавая ощущение полёта. Нам все прелести перспективы не очень открылись, но, честно говоря, я люблю туман, если сквозь него хоть что-то видно. Он придаёт окружающему пейзажу ощущение таинственности, стимулирует фантазию:) И особенно тепло становится на душе, когда он на глазах светлеет, обретает сияние, наполняясь солнечными лучами, предвещая скорое появление безоблачного неба:)

Наша прогулка закончилась, мы вышли на автомобильную дорогу там, где она выныривала из тоннеля, и где ждала наша машина. Едем дальше, продолжение следует...

   Итак, о «Пенатах» - усадьбе И.Е.Репина, в которой он провёл последние годы жизни. Началась история этого дома с того, что в 1899 году Илья Ефимович приобрел участок земли в поселке Куоккала. Он был заброшен и зарос кустарником, маленький домик на нем собирался, кажется, развалиться. Но уже через два-три года территория усадьбы превратилась в ухоженный парк с аллеями, каналами, прудами, мостками, а дом был перестроен в удобное жильё и подрос – на втором этаже для Репина устроили большую и светлую мастерскую. Документы на участок и все постройки на нём были оформлены на Наталию Нордман, усадьба стала подарком художника любимой супруге. Она же и придумала назвать её «Пенатами» в честь римских божеств – хранителей домашнего очага.

   Позднее выражение «родные Пенаты» стало нарицательным, обозначая теплый, уютный, любимый дом, в который хочется возвращаться и в котором живёт душа хозяина. Таким домом стала усадьба «Пенаты» для семьи И.Е.Репина. Он вложил в этот дом немало труда и частичку души: сам сажал деревья в парке и копал каналы, сам рисовал планы многочисленных пристроек к дому и архитектурных украшений парка. Стоит ли удивляться тому, что после революции и декрета Ленина о независимости Финляндии, когда внезапно оказалось, что усадьба «Пенаты» вместе с поселком Куоккала стали финской территорией, художник отказался покинуть ставший родным дом и переехать в Россию? Впрочем, финского гражданства тоже не принял. Так и оставался до конца жизни эмигрантом, никуда не выезжавшим из собственного дома. Есть версия, что у него всё же возникало желания переехать, но воспротивились дети, проживавшие вместе с ним в усадьбе после смерти супруги, а сам художник был уже слишком стар, чтобы решиться на кардинальную смену образа жизни в одиночестве. Так и остался в усадьбе, вплоть до 1930-го года, когда ушёл из жизни в возрасте 86 лет. Он и после смерти своей не пожелал покидать родные пенаты, завешав похоронить себя в усадебном парке. Здесь и по сей день находится его могила с простым скромным крестом.



  Что касается музея, то его история началась вовсе не в день открытия, а ещё тогда, когда, почувствовав приближение смерти, написала завещание Наталия Нордман. Согласно ему, усадьба оставалась в пожизненном пользовании И.Е.Репина, а потом переходила Академии художеств, но с одним условием – в ней должен быть создан музей художника. Н.Нордман не стало в 1914 году. Академия художеств, как и вся страна в целом, переживала тогда не лучшие времена, и от наследства отказалась, мотивировав тем, что не имеет средств на создание музея и дальнейшее содержание усадьбы. В итоге И.Е.Репин передал Академии 30000 рублей на вышеуказанные цели. Но музей был открыт только в 1940-ом году, через 10 лет после смерти художника. А уже через год началась Великая Отечественная война. Накануне её все архивы И.Е.Репина, его рисунки, картины, личные вещи и часть мебели были эвакуированы в Ленинград, где надежно укрылись в подвалах Академии художеств. И не зря. Когда в 1944-ом году советские войска вошли в Репино, открылась печальная картина: дом Репина перестал существовать. Вместе с ним сгорели и все парковые постройки – башня, беседки, мостики. В музее есть фото и рисунки, засвидетельствовавшие состояние усадьбы:



  Но в архивах сохранились чертежи, рисунки и многочисленные фото Наталии Нордман. По ним был восстановлен репинский дом на своём фундаменте, в котором вновь открылся музей художника в 1962-ом году.
    Однако, пойдем его осматривать:)
   Дом изначально строился не по какому-то единому плану, пристройки добавлялись по мере необходимости или желания хозяев, быть может, поэтому его облик кажется несколько сумбурным, но напоминающим сказочный теремок:





Сразу с крыльца попадаем на небольшую веранду, где предлагается надеть на обувь бахилы и пройти на осмотр. Вход в дом при Репине располагался несколько иначе, поэтому сейчас мы видим прихожую справа от себя. В ней - верхняя одежда художника и несколько ещё интересных предметов, о которых нужно рассказать подробнее.



   Вот, например, флаг (когда-то он был голубым, но годы и погодные условия вернули ему естественный цвет неокрашенного полотна). И.Е.Репин выбрал "Пенаты" местом проживания потому, что его покорили тишина и уединение этого места. Здесь он мог спокойно работать по много часов в день. В 1906-ом он, оставив службу в Академии художеств, он окончательно перебрался в "Пенаты", чтобы полностью посвятить себя живописи. Потому как возраст перевалил уже за 60, а творческих планов еще масса... Однако, Куоккала в те времена была популярным местом отдыха для творческих кругов. Здесь жили постоянно или снимали дачи на лето писатели, художники, музыканты. Например, соседом Репина был К.И.Чуковский. Естественно, что все они хотели навещать Илью Ефимовича. И тогда, чтобы и друзей не обижать, и от работы не отвлекаться, Репин установил один день для визитов - среду. Тогда над домом поднимался вот этот самый флаг, чтобы видно было издалека, что в семье Репиных сегодня принимают гостей:



   Супруга Репина, писательница Наталия Нордман была женщиной весьма прогрессивных для своего времени взглядов. Так, она придерживалась сама и старательно распространяла среди друзей и родственников идеи вегетарианства, а также равного отношения между людьми. Например, в дни визитов был провозглашен принцип самопомощи, заключающийся в том, что не принято было заставлять других что-то делать за себя: забирать/подавать пальто и зонты, наливать напитки в бокалы, подавать блюда. Обслуживать себя гости должны были сами, а домашняя прислуга нередко обедала с хозяевами и гостями за одним столом. Поэтому прямо в прихожей висел плакат, призывающий снимать самим пальто и калоши и бить в там-там, оповещая о своём прибытии:



   Следующее помещение, в которое мы проходим - кабинет И.Е.Репина. Я уже упоминала вскользь в прошлой записи, повторюсь. Осмотр происходит следующим образом: группа из 5-7 человек проходит в комнату, смотритель включает аудиозапись экскурсии, показывая по ходу рассказа на предметы, о которых идёт речь, добавляет что-то после от себя и отвечает на вопросы. Потом немного времени на фото или осмотр деталей, и переходим в следующую комнату. В общем, всё наглядно, понятно и интересно. Следующая группа заходит обычно, когда первая переходит на второй этаж, чтобы не толкаться в переходах из комнаты в комнату. Ибо все помещения очень небольших размеров, жил великий живописец весьма скромно. Зато в каждой комнате просто море света за счет огромного количества окон - художнику без освещения никак:) К слову, Репин ратовал ещё и за здоровый образ жизни, в частности, за сон на свежем воздухе. Потому сам он спал и зимой, и летом на открытой веранде, а домочадцам настоятельно рекомендовал держать окна открытыми и днём, и ночью, и в любую погоду.



Большую часть кабинета занимает рабочий стол, на котором сейчас - семейные фото и личные вещи художника. Интересна история резного ларца справа. В 1913-ом году случилось страшное: была повреждена картина "Иван Грозный и сын его Иван". Один из постоянных посетителей Третьяковки иконописец Абрам Балашов с криками "Хватит крови" трижды проткнул ножом лица на картине. Со всей страны к автору полетели письма со словами поддержки и сочувствия. И тогда работники почты тоже решили выразить своё участие. Они заказали этот самый ларец и, сложив в него все письма, преподнесли художнику:





У окна выставлены фото и бюсты друзей Репина, часто навещавших его в "Пенатах" - Толстого, Чуковского, Шаляпина и др. К слову, все произведения в доме - картины, бюсты - это либо дело рук самого художника, либо его учеников:





Бюсты работы И.Е.Репина выставлены и рядом, на веранде, которую он так и называл: "Верандой бюстов":



Из кабинета проходим в гостиную, её называли Венериной по копии античной статуи Венеры, стоящей в углу. Эта комната также служила кабинетом для Наталии Нордман, которая работала вот за этим столом:



При этом это, пожалуй, самое тёмное помещение в доме, в проходной комнате всего одно окно, что кажется совсем необычным для наполненного светом дома:



Рояль для гостиной выбирал композитор Александр Константинович Глазунов. Подлинный инструмент не сохранился, но когда в ходе восстановления стали искать похожий из той эпохи, музейным сотрудникам улыбнулась удача: они нашли рояль, на котором играла ученица А.К.Глазунова, да и сам он бывало:





На стенах - картины, наброски, рисунки И.Е.Репина и его учеников:





"Мечты и планы":



А мы переходим в столовую. Её доминанта - круглый стол, восстановленный реставраторами по фото и сохранившимся чертежам. Изначально его автором был финский мастер Пекко Ханникайнен. Стол был уникальным и подчиненным тому самому принципу самопомощи. Он был круглым и вращающимся в центральной своей части, так, чтобы каждый гость мог, повернув его, приблизить к себе понравившееся блюдо и положить на тарелку, не напрягая прислугу. Под столешницей находились выдвижные ящики, в которые сидящие за столом складывали грязную посуду:





Места распределялись по жребию, тот, кто вытягивал первый номер, назначался председателем - ему предоставляли почетную обязанность снимать крышки с кастрюль. Провинившиеся в нарушении принципа самопомощи подвергались шутливому наказанию: нарушитель должен был встать на балкончик в углу столовой и произнести остроумную речь. Особенно часто за столом пытались поймать на нарушении Корнея Чуковского, ибо он был мастером экспромта и острого слова:



Бывал на том балконе и сам Репин, на столе стоит фото, запечатлевшее такой случай:) А рядом лежит карточка, на которой написано меню одного из "средовых" репинских обедов. Как уже упоминалось, Н.Нордман была вегетарианкой и для гостей исключения не делала. Многие из них в мемуарах вспоминали, как на званых "средах" их кормили квашеной капустой, овощными котлетками и бифштексами из клюквы.



На стенах конечно же картины:



В том числе портреты детей, дочери Надя и Вера в юном возрасте, и взрослая уже Вера смотрят на нас со стены столовой. Как сказала сотрудница музея, Репин, как художник, был честен и объективен: на взрослом портрете отчетливо читается не слишком приятный характер взбалмошной, избалованной, самоуверенной и довольно скупой и мелочной старшей дочери:



Печь была восстановлена по небольшому кусочку изразца, найденного в развалинах жилого дома, и по фото:



А мы, снова выйдя в гостиную, поднимаемся по лестнице на второй этаж, в мастерскую Репина. Просторное светлое помещение, самое большое в доме, занимает почти весь этаж. Художник говорил, что здесь проходят самые счастливые часы его жизни:



Значительное место занимает диван, вошедший в историю тем, что на нём художнику позировал Ф.Шаляпин:



На мольберте - последний автопортрет И.Е.Репина (написанный в возрасте 76 лет), за ним - незаконченный портрет Пушкина ("Пушкин на берегах Невы" - полотно, которое Репин писал на протяжении тридцати лет, несколько раз переписывая, но так и не закончил). Рядом - личные вещи: рабочая блуза, кисти, палитра:



Эта палитра была изготовлена специально по заказу живописца. Она крепилась на поясе при помощи ремней. Дело в том, что И.Е.Репин из-за болезни мышц, прогрессирующей на фоне десятилетий напряженных и многочасовых занятий живописью, не мог держать кисть правой рукой. Он выучился писать левой, в которой обычно держат палитру. А для палитры придумал вот такое хитрое приспособление:



Перед выходом на балкон - эскиз самой большой репинской картины "Торжественное заседание Государственного Совета". В её написании художнику помогали ученики Борис Кустодиев и Иван Куликов. Кроме того, на помощь пришёл и технический прогресс. Репин использовал искусство фотографии: он делал фото своих моделей, позирующих для картины, отдавал на печать супруге, и потом мог сколь угодно долго и тщательно рассматривать и переносить на холст детали мундиров, черты лица и читаемые в них характеры моделей.



В одном из углов мастерской - экспозиция, посвященная казакам. Репин несколько десятков лет работал над "казачьей" темой, создав несколько работ, в том числе и знаменитое полотно "Запорожцы пишут письмо турецкому султану". Чтобы картины выглядели достоверно, художник собирал и тщательно изучал вещи, относящиеся к Запорожью и казачьему быту:



Рядом с мастерской небольшая комната, в которой сейчас проходят временные выставки. К слову, в музее не показаны интерьеры комнат личного пользования - спальни, кухни, ванной и т.д. Такова была воля Н.Нордман. Потому в бывших этих помещениях сейчас либо служебные комнаты, либо документальные экспозиции. В мой визит на втором этаже размещалась выставка картин и личных вещей Юрия Репина, единственного сына Ильи Ефимовича. После смерти в 1914-ом году Н.Нордман, он, как и дочери, переехали в "Пенаты", для Юрия даже был построен дом рядом с отцовским (он тоже сгорел в годы войны, но восстанавливать его не стали, посчитав, что он не имеет исторической ценности). До 1940-го года он жил в усадьбе, потом, до конца своих дней в Хельсинки. Юрий тоже был художником, но всю свою жизнь находился в тени своего великого отца. И по сей день он не слишком известен широкой публики, хотя написал ряд талантливых работ, в основном на мистическую, религиозную тематику:











На том прогулка по музею закончилась, я перешла в усадебный парк. Здесь тоже есть, на что посмотреть. Не говоря о том, что после недавней реставрации восстановили часть парковых построек, это просто чудесный лес с дорожками и прудами, по которому очень приятно прогуливаться:







Из восстановленных сооружений прежде всего на пути попадется храм Осириса и Изиды. Это была деревянная большая беседка-эстрада, где проводились домашние концерты и спектакли, а также устраивались чаепития на открытом воздухе и танцы. По воскресеньям здесь проводились народные гуляния, куда могли прийти все желающие. Люди из простого народа выступали с докладами - пчеловоды, крестьяне, кухарки. Репин называл эти воскресные собрания "Мой народный университет":



Чуть дальше расположилась башня Шахрезады: большая двухъярусная беседка, к которой ведут каменный ступени. В те дни, когда деревья вокруг не достигли ещё нынешней высоты, с неё открывались чудесные виды на залив и окрестности:



В парке есть и старые фото из репинских архивов:



Я прошла по аллеям вокруг и вышла к дому с другой стороны:







Под реставрационным куполом виден артезианский источник "Посейдон". Вода из скважины наполняла бетонную чашу, а потом стекала прямо в пруд. И.Е.Репин считал эту воду целебной и обязательно выпивал каждый день по 8 глотков:



Я же засмотрелась на отражения в пруду, а потом и на капельки дождя, зарябившие водную гладь:



Когда дождь пошел сильнее, я двинулась к выходу, в надежде, что он скоро закончится, ещё пофотографировала цветочки:







Но дождь зарядил сильнее, даже кот вон запросился домой:



И вот тут я в самом деле словила мистическое ощущение дежавю. Потому что в той моей поездке пятилетней давности я видела такую же рыжую морду в Выборгском замке:))



Ну, а о том, как я пряталась от дождя и гуляла по берегу залива, я уже рассказывала:)

Совсем рядом с музеем Модерна, на улице Фрунзе, расположился еще один музей – литературный, дом-музей А.Н.Толстого, узнаваемый по...

...бронзовой фигурке Буратино с натертым до блеска носом у входной двери.



   Здесь, в городской усадьбе отчима А.А.Бострома, несколько юных лет прожил Алёша Толстой. Раз уж оказалась рядом, решила зайти. Привлёк тот факт, что дом подлинный, сохранившийся со времен рубежа позапрошлого-прошлого веков. Захотелось посмотреть, как устроена дворянская городская усадьба. Про самого же писателя мои познания были весьма смутны. Нет, я, конечно, читала в детстве «Буратино», кажется, в школьные годы начинала читать «Петра I», но даже не помню, дошла ли до конца. Недавно, правда, на волне интереса к новой театральной постановке в кукольном театре прочитала «Аэлиту». Потому в общем прогулялась по музею с интересном, узнав немало нового для себя.
  Усадьба представляет из себя два двухэтажных деревянных здания и хозяйственные постройки по периметру, обрамляющие уютный зеленый дворик. Экспозиция музея расположилось в одной из этих двухэтажек. Она разделена на две части: мемориальные комнаты и документально-выставочные залы.

Появление на свет Алексея Николаевича Толстого сопровождалось весьма драматическими событиями, для уездной Самары ставшими настоящей сенсацией. Любовный треугольник, страсть, ревность, преступление – жизнь Толстых напоминала напряженный драматичный роман. Отец Алексея, граф Николай Толстой, характер имел вздорный, горячий и вёл весьма вольный для человека женатого образ жизни.



Александра Леонтьевна, его супруга, напротив, обладала характером спокойным и уступчивым, но в то же время решительным, сердцем добрым и благородным, а также твердым намерением перевоспитать непутёвого мужа. Однако, шли годы, появлялись дети, а супруг оставался всё тем же деспотом, самодуром, ревнивцем и гулякой. Однажды, устав терпеть выходки мужа и вечное недовольство свекрови, Александра Леонтьевна ушла от него к мягкому и искренне полюбившему её Алексею Апполоновичу Бострому. Разразился скандал. Её порицало общество, признала виновной церковь, навсегда запретив вступать в повторный брак, от неё отвернулись родственники и друзья. По законам того времени она вынуждена была оставить с отцом троих детей, но унесла под сердцем четвертого – Алексея. Николай Толстой не смирился с уходом жены: заваливал её письмами то с мольбами, то с угрозами, то с обещаниями, но короткое возвращение в семью убедило супругу в том, что характер мужа не меняется. Потому повторный уход от Николая стал для Александры Леонтьевны окончательным и бесповоротным.

Граф Толстой не простил и затаил обиду, однажды, случайно встретив её с Бостромом в вагоне поезда, он набросился на обоих с угрозами, закончив тем, что прострелил счастливому сопернику ногу. Результатом той случайной встречи стало то, что предводитель Самарского дворянства Николай Толстой оказался на скамье подсудимых, а Алексей Бостром всю жизнь прихрамывал при ходьбе.

Александра Леонтьевна променяла обеспеченную жизнь с мужем на весьма небогатое существование мелкопоместного дворянина и простого земского служащего, переехав в скромное имение в Сосновке. Она поначалу скрывала свою беременность, боясь, что Толстой попытается отобрать и этого ребенка, но случилось наоборот: несмотря на то, что Алексей родился в тот момент, когда брак Толстых не был расторгнут, и в церковных книгах был записан под фамилией отца, Николай отказался его признавать. Александра Леонтьевна долгое время боролась за право сына носить фамилию Толстого и графский титул, и неизвестно, чего добилась бы, если бы не скоропостижная смерть Николая, после которой оспаривать отцовство стало просто некому. Так, в 13 лет Алексей, наконец, официально получил титул графа Толстого и свою долю наследства. До того же считался незаконнорожденным и бесправным.

Однако, несчастным его детство назвать было сложно. Сосновка с привольной для мальчишки жизнью: просторы, речка, рыбалка, забавы с крестьянскими ребятами, живущими по соседству, любящие родители (А.Бостром всегда любил Алешу как собственного сына и старался дать ему самое лучшее в меру возможностей), занятия с матерью и учителями. Он совсем не чувствовал себя обделенным. Впоследствии детские впечатления от деревенской жизни легли в основу автобиографической повести «Детство Никиты». Напоминание о деревенском быте - на одном из стеллажей музея:



В 13 лет Алексей поступил в ремесленное училище Сызрани, но вскоре был переведен в Самару. Тогда-то и купил А.А.Бостром эту самую усадьбу, чтобы не расставаться с сыном. Он переоборудовал дом, разделив его на несколько квартир, в одной из которых поселился сам с семьей, а другие стал сдавать в найм.



В этих комнатах сейчас и находится мемориальная часть музея. В них воссоздана обстановка дворянской усадьбы 19-го века, все предметы интерьера и мебель подлинные, хотя большая их часть не принадлежала Толстым-Бострому, просто подобраны из соответствия эпохи. Но есть и личные вещи, принадлежавшие хозяевам.  Например, вот этот зонтик, лежащий на стуле в комнате Александры Леонтьевны:







Гостиная:



Кабинет:







Самая просторная и самая светлая комната - спальня Алеши. Свидетельство того, что ребенок действительно рос в любви и заботе:

На столе - фотоаппарат и акварельные краски: два главных увлечения, кроме литературного творчества:



Столовая:



   Пока смотрительница этих залов рассказывала мне об увлечениях Алёши, внезапно раздался бой часов. "Вот Вам и привет из19-го века", - с улыбкой сказала она:)
 

   Однако, вернемся к семье Толстых-Бостром. Мать А.Н.Толстого была удивительной женщиной. Родив четверых детей, вечно занятая домашними заботами, постоянно попадая под кулаки буйного супруга, слыша угрозы в свой адрес, она ни на минуту не прекратила мечтать и идти к своей мечте. Я мечтала она - ни много, ни мало - стать писательницей. Родом из дворянской семьи Тургеневых, она получила хорошее образование, много читала и хотела сама писать книги. И ей удалось воплотить мечту. Она смогла издать несколько сборников своих произведений, среди которых были преимущественно рассказы для детей. Её писательские гонорары стали даже неплохим подспорьем в семейном бюджете.





Она мечтала, чтобы Алексей тоже стал писателем и всячески старалась развить в нём талант. А в том, что он есть, она ни на минуту не усомнилась, не раз говорила мужу: "Вот увидишь, его творчество будет сильнее моего, и мне ещё придется перед ним преклоняться."



Следующие залы рассказывают о годах учёбы, об эмиграции и возвращении уже в СССР, о творческом пути, о семейной жизни (А.Толстой был четырежды женат, так что и в этой сфере рассказать есть о чём:) ). Много фотографий из семейных архивов:



Оценки:)



   Вдаваться в подробности биографии не буду. В политических взглядах А.Толстого кидало из стороны в сторону. В 1919-ом году он вместе с семьёй эмигрировал во Францию, категорически не приемля действий и идей большевиков. Будучи за границей, поддерживал белоэмигрантов. Но затем разочаровался в них и захотел вернуться на родину. Причем из ненавистников большевистской власти превратился в ярого её поклонника, за что подвергался осуждению со стороны творческой интеллигенции, как в России, так и в эмиграции. Его прозвали "красным графом". Один из залов музея содержит интерактивную выставку, на которой представлены цитаты из произведений, писем, воспоминаний как самого Толстого, так и о нём. И вот она, эволюция взглядов: от...



... до:



   Не знаю, искренние ли то были мысли, или приспособленчество, но чего у писателя не отнять - так это искренней любви к родине. Начавшаяся Великая Отечественная стала для него истинной трагедией. В эти годы он много писал - горячо, пламенно призывая к борьбе с фашистами.



Он состоял в комиссии, задачей которой было расследование и установление ущерба на захваченных немцами территориях. Каждый раз, видя разрушенные памятники архитектуры, уничтоженные культурные и художественные ценности, они испытывал настоящую сердечную боль. Однажды после посещения очередного разрушенного города - освобожденного от фашистов Харькова, его свалила болезнь, от которой он больше не смог оправиться. Алексей Толстой умер, несколько месяцев не дожив до Победы.

Он оставил после себя немалое творческое наследие, сумев создать произведения в самых разнообразных жанрах - от детских сказок до фантастических и исторических романов. Конечно, одним из самых любимых с детства является "Буратино". В экспозиции музея ему тоже уделено немало места. Особенно интересно было рассматривать иллюстрации от разных авторов - от самых первых, исполненных в графике, до выполненных для первого диафильма рисунков Радлова:








 
   А в общем, будете в Самаре, заглядывайте:)

   Про Арт-Квадрат я слышала, но бывать не приходилось. Да, наверное, в мой последний визит его ещё и не существовало:) Мысль заглянуть была, быть может, во время вечерней прогулки. Но, как часто у меня бывает, всё пошло не по плану:)) Я наткнулась на него случайно, когда шла по ул.Ленина. Сначала мой взгляд зацепился за скульптуру городового, и я подошла посмотреть и сфотографировать:

А дальше взгляд, заинтересованный какими-то причудливыми конструкциями, поискал объяснений и упёрся в вывеску:



   Сначала было хотела проскочить мимо и вернуться вечером, но потом (зная, как отложенное у меня часто не сбывается) решила всё же заглянуть. "Арт-Квадрат" - это яркое, креативное пространство в туристической части города (совсем рядом Гостиный двор), в старом квартале, застроенном домами и городскими усадьбами конца 19 - начала 20 веков. Расположен между улицами Ленина, Чернышевского, Мустая Карима и Коммунистической и включает в себя детские игровые и концертные площадки, необычные кафе, магазины, творческие мастерские, выставочные залы. Часть пространства, сколь я понимаю, еще пустует, но постепенно Квадрат наполняется содержанием и притягательным для посетителей смыслом. Да и просто он притягивает взгляд яркостью и интересными арт-объектами: скульптурами, граффити и пр. В мой же визит его украшали ещё и цветущие яблони:) В общем, симпатичное место, особенно для любителей красивых фото - фонов для них в Арт-квадрате достаточно. Я прогулялась немного, покачалась на качелях, пофотографировала то, что попалось на глаза, и отправилась дальше. Возможно, всё-таки стоило ещё заглянуть вечером, пишут, что в выходные там часто выступают местные музыканты, но нельзя объять необъятное - я задержалась на другом концерте, обнаруженном совершенно случайно и доставившем массу удовольствия:



Расписано здесь буквально всё, скучно-типового не встретить, - стены, трансформаторные будки, бочки-урны, распределительные щитки и прочее:



Саксофонист и юные пианистки - отличное трио:)



На самом деле это не абстрактный саксофонист, а известный джазовый музыкант Леонард Пеллегрино:







Здесь же поселилось одно из самых красивых граффити Уфы - Мальчик с кураем, но, к сожалению, рассмотреть его полностью невозможно толком, ибо вдоль стены разместили несколько прилавков, с соками/мороженным,  сувенирами и украшениями ручной работы и другой всякой всячиной. Автор изображения - казанский художник Рустам Салемгареев, работы которого украшают здания не только городов России, но и Европы.

























Благодаря проекту "Арт-Квадрата" исторические постройки получили новую жизнь, что не может не радовать:



На фреске, изображающей старую Уфу, видна мечеть с двумя минаретами. Это Хакимовская мечеть, построенная в 1908 году на средства купца Хакимова, чья усадьба находилась в этом квартале (один из домов нынешнего Арт-Квадрата). В советские годы она была перестроена, минареты разрушены, и лишь в 2000-ых годах она вернулась к верующим. Тогда начался долгий процесс восстановления по старым фото. В 2018-ом в реставрационным работам присоединился и "Арт-Квадрат":



Сейчас мечеть почти обрела свой прежний облик:













Здесь есть всё... даже своя Эйфелева башня:)

Итак, улица Кольцова, идущая вдоль сквера на стороне, противоположной входу в Крепость. Сюда, на сквер (т.е на бывшую Базарную площадь) выходят фасады нескольких интересных старых особняков, притягивающих взгляд. Особенно меня очаровал вот этот дом из красного кирпича с деревянным балконом со следами готического стиля. Возвращалась к нему несколько раз в разное время суток, благо, он совсем рядом с моей гостиницей:)



Это дом Цинцинаторов. Изначально здесь стояла другая городская усадьба, принадлежавшая Ивану Фёдоровичу Цинцинатору, который был смотрителем кисловодского курорта в конце 19-го века. Нынешнее же здание возвел на фундаменте старого семейного дома его сын, известный в Кисловодске фармацевт и владелец крупной аптеки Дмитрий Иванович Цинцинатор в 1903-ем году:



Ещё одно весьма примечательно-нарядное здание - нынешняя гостиница "Султан-Люкс" (в которой я, к слову, думала остановиться), а в начале века 20-го - доходный дом Емельяна Тамбиева (или гостиница "Большая Московская). Тамбиевы - знатный кабардинский род, Емельян Тамбиев владел земельными участками в 25 км от Кисловодска, на которых содержал небольшой конезавод, с которого в летний сезон предоставлялись кисловодским отдыхающим лошади для верховых прогулок, разводил дорогостоящие породы овец, разбил фруктовые сады. Однажды всего этого Тамбиеву показалось мало, и он выкупил у вдовы отставного майора Свентицкого одноэтажный домик, в котором было шесть комнат, сдававшихся в наём. Сначала Емельян Тамбиев просто продолжил дело майорши, но уже в следующий год прикупил и соседний участок земли и возвёл на месте скромного шестикомнатного огромный трёхэтажный особняк. Доходный дом Тамбиева пользовался огромным успехом и спросом, ибо был оборудован по последнему слову технического прогресса. В нём было всё для комфортного отдыха - отопление и водопровод, ванные в каждом номере, телефон, электрическое освещение.



   Но не только о Тамбиевых хранит память этот дом. В годы Первой Мировой войны здесь был размещён лазарет, в котором за ранеными ухаживала молодая красавица-черкешенка из знатного рода Эльмесхан Хагундокова. Среди раненых она встретила и своего первого мужа - Николая Баженова. Счастье было недолгим - грянула революция, и семья Хагундоковых, оставив Россию, осела в Париже. Эльмисхен и Николай же с маленьким сыном изначально отправились в китайский Харбин. Там Николай, так и не оправившись толком от полученных ран, умер, оставив жену с маленьким ребёнком на руках в полном одиночестве в чужой стране.
   Эльмисхен перебралась к родным в Париж. Она была молода, прекрасна, грациозна - поворот судьбы привёл её в модельный бизнес. Эльмисхен сначала работала манекенщицей в модном доме Шанель, а затем основала и свой собственный  - "Эльмис", где создавать эскизы для собственной линии одежды ей помогал брат Георгий. Правда, через пять лет модный дом пришлось закрыть - грянул кризис, не до дорогих платьев стало французам. Эльмисхен переключилась на дизайн и оформление интерьеров. В 1934-ом она вышла замуж за француза, приняв католичество и став графиней Ирен де Люар.
   Когда началась Вторая Мировая, и в Париж пришли фашисты, Эльмисхен вступила в ряды Сопротивления. И вот тут ей пригодился опыт, полученный в юные годы в лазарете Кисловодска - в первые же дни войны Ирен-Эльмисхен, закупив с помощью мужа несколько автомобилей, возглавила передвижной хирургический госпиталь. Его потом прозвали "летучим", за то, что он стремительно перемещался и оказывался именно там, где больше всего был нужен. Эльмисхен вместе со своим госпиталем побывала в Касабланке, Алжире (где спасла от тифа и холеры сотни людей), а в 1944-ом оказалась в Италии, где спасла немало раненых в битве у Монте-Кассино (сражении за Рим). После окончания войны Ирен де Люар получила орден "Почетного легиона" от Шарля де Голля и по праву и с достоинством прошла в колонне на параде в честь победы над фашизмом.
   Ирен де Люар  - Эльмисхен Хагундокава прожила долгую и достойную уважения жизнь. И после войны она продолжала помогать людям - устремлялась туда, где вспыхивали вспышки инфекционных болезней, чтобы лечить и спасать. Создала на свои деньги реабилитационный центр для солдат без средств к существованию. Взяла шефство над кавалерийским полком, солдаты которого называли её своей крестной матерью. Удивительная женщина, оставшаяся в памяти французов и истории французского Сопротивления как пример истинного мужества, самопожертвования и доброты.

(фото из интернета)

***
Несколько домов с причудливыми разномастными балкончиками, пара из них принадлежала бывшим морским офицерам Николаю :



и (дальний с похожим балконом) Владимиру Бландовым:

И здесь тоже живёт удивительная история. Братья Бландовы, выйдя в отставку, изрядно поколесили по Европе, изучая производство сыров, а затем открыли в Москве на Тверской лавку по продаже сыров и другой молочной продукции. Бизнес быстро пошёл в гору, буквально через несколько лет братья владели уже 25-ю сыроваренными заводами в шести российских губерниях и 60-ю лавками только в Москве, не говоря о других городах. Как и многие состоятельные граждане рубежа 19-20 веков, Бландовы ездили отдыхать и лечиться на воды, и вскоре оценили здешние бизнес-перспективы - отдыхающих, желающих попить не только водичики, но и покушать натуральной вкусной молочной продукции - хоть отбавляй. Молоко коровы и козы, пасущиеся на местных сочных травах, дают отменное. Вода с гор - чистейшая. Любая продукция получится высококлассной, вкусной, полезной. В начале 1900-ых годов братья купили на Базарной площади пару усадеб и построили дома с лавками на первых этажах. Торговали всё той же молочной продукцией и колбасами, постепенно создав вокруг Кисловодска несколько небольших сыроварен.
   Братья Бландовы не упускали возможности расширить ассортимент, привлекая покупателей чем-то новым и интересным. Местная легенда (в коей есть сколько-то правды) рассказывает о том, как Николай и Владимир Бландовы открыли для отдыхающих в Кисловодске, а заодно и для москвичей целебный кисломолочный напиток кефир. Рецептом этого волшебного напитка долгое время владели только кавказские горцы. В стремлении раздобыть технологию приготовления и кефирные грибки Бландовы отправили в карачаевский аул Бойчоровых своего управляющего с юной красавицей-мастерицей одной из сыроварен Ириной. Карачаевский князь, конечно, встретил гостей радушно, накормил, напоил, но секретов не выдал. Более того, на обратном пути бравые горцы - приближенные князя похитили Ирину. Но едва успели доехать до родного аула с пленницей, как нагрянул бландовский управляющий с полицией. Карачаевцы к тому времени были подданными Российской империей, в коей кража невест законом не разрешалась, поэтому, дабы замять скандал, князь был вынужден согласиться на выкуп, который взяли теми самими вожделенными кефирными грибками. И вскоре чудодейственный напиток стал производится на заводах Бландовых и поставляться в Боткинскую больницу, где использовался в качестве лечебного питания. Вот такая детективная история:)
   И всего-то несколько домов, а сколько интересных судеб, людей, историй... Чудный город Кисловодск!
  Продолжение следует....

    Почему-то на Домбай я хотела попасть больше, чем в любой из других горный районов Северного Кавказа (Безенги не в счёт:) ), это была первая выездная экскурсия, которую я забронировала, планируя поездку в КМВ, и... именно она как-то не сложилась. Не скажу, что это было разочарование или напрасная потеря времени (не могут, конечно, горы разочаровать), но эта поездка получилась не такой яркой, как непланируемые две предыдущие. Я поняла, что на Домбай нужно приехать (как и планировала когда-то) осенью, зимой и летом там слишком многолюдно:) 

    Не задалось как-то с самого утра. Минут десять простояли в ожидании никак не собравшейся пары, хотя Станислав позвонил сильно заранее. Снова ехали через туман и облачность, на этот раз без особой надежды на просвет - прогноз погоды на тот день в Домбае был не слишком оптимистичным. Везение с местом в машине закончилось вчера, каждый раз садясь в машину (на второй ряд с тонированным стеклом), я мимоходом с благодарностью вспоминала Володю:) Фотографировать было невозможно, рассмотреть-то что-то более вероятно было в лобовое стекло. А пейзажи за окном плыли, конечно, красивые. Самое большое разочарование этого дня постигло на перевале Гум-баши. Понятно, что при обступившей нас облачности я и не мечтала увидеть со смотровой на перевале Эльбрус. Но сама суровая, лишённая растительности, гористая местность, через которую мы ехали, поднимаясь всё выше к перевалу, была величественно красива, так и просясь в кадр. Постепенно на склонах рыжих гор появился лёгкий снежный покров, напомнив мне впервые увиденный Гомборский перевал. И так мне в тот момент не хватало возможностей грузинского трансфера - хотелось остановиться хоть на минуту, или хотя бы попросить притормозить и открыть окно... Но мы ехали дальше, до смотровой на высшей точке перевала, и когда до неё оставались считанные минуты, въехали в облако. Плотное и абсолютно непроницаемое. Потому перевал Гум-баши я увидела вот таким:

   Мы вышли на пять минут, за которые успели понять, что солнце на самом деле близко - облако было столь ослепительно-белоснежным, что больно было глазам. Станислав подтвердил догадку - да, скорее всего, скоро разойдётся туман, но ждать мы не можем. Сказал, что и в Шоанинский храм, который был у нас по плану, лучше заехать на обратном пути, чтобы побыстрее добраться до Домбая, потому что во второй половине дня там погода чаще всего портится, поднимается ветер, канатки останавливают. Мы ж, конечно, не стали спорить с человеком знающим местные особенности, только робко спросили: "Может быть, на обратном пути?" "Да что вы, уже темно будет" - ответил Станислав. На самом деле на обратном пути мы просто поехали по трассе в объезд, дабы не трястись на колдобинах дороги, идущей через перевал. А было между тем вовсе ещё и не темно... Вероятно, по той же причине (утром торопились и туман, вечером не поехали) мы пропустили Сырные скалы, которые я, пожалуй, хотела увидеть даже больше, чем сам Домбай, но про которые вспомнила только по возвращении в Пятигорск (всплыли бы в памяти раньше, спросила бы). И вот это, пожалуй, единственное, что осталось осадком негатива в воспоминаниях о нашем гиде того дня. Чисто по-человечески я понимаю, что дорога в самом деле отвратная, отнимает уйму времени, быть может, в надвигающейся темноте не слишком безопасная... ну, просто во мне бурчит горячее желание увидеть этот перевал:)) А так хороший парень, влюблённый в горы и мечтающий подняться на Эльбрус, интересный собеседник-рассказчик, в общем-то старался выжать максимум возможного из подвернувшихся погодных условий, аккуратный, опытный водитель.

   В итоге, за исключением этой пятиминутной остановки на Гум-баши, мы ехали до Домбая почти без остановок. Раз заехали только на заправку с целью найти туалет, да потом ещё остановились в Теберде, чтобы прогуляться вдоль озера Кара-кёль (Чёрного озера). Оно было покрыто льдом, и тёмный цвет воды был почти неразличим, поверили на слово. Прогулка получилась более, чем странная:)) Станислав высадил нас, и показав, в какую сторону идти, чтобы  с ним встретиться, поехал в объезд, чтобы остановиться и подождать нас с другой стороны озера. Предполагалось, что в это время мы, не торопясь, прогуляемся по тропинке, разминая ноги после длительного сидения в машине и дыша свежим воздухом с ароматом хвои, ибо по берегам озера растут высоченные сосны. Но спутники мои рванули гулять с такой скоростью, что удивлённый Станислав, подъехав, обнаружил, что самые активные его уже ожидают, обойдя озеро пешком быстрее, чем он объехал на машине:)) Я такой спринтерский забег совершать явно не собиралась, но вскоре осталась единственной гуляющей у озера, так что во избежание косых взглядов и прочего выражения недовольства пришлось тоже ускорить темп.

   А озеро красивое, когда вода не скованна льдом, в нём наверняка купаются прекрасные отражения окружающих заросших лесом гор и плывущих облаков. Оно, как теми облаками, овеяно легендами.  Одна из них рассказывает, что на дне озера живёт царица русалок, которая однажды забрала к себе молодого пастуха, полюбилось ей его игра на свирели, захотела слушать прекрасные мелодии вечно. И когда пастух на коне попытался переплыть спокойное и неглубокое озеро, внезапно вдруг закрутило его в водоворот и затянуло на дно. А уже через пару мгновений после того, как сомкнулись воды озера, скрыв юношу, гладь их вновь стала тихой и спокойной. Говорят, что легенда имеет под собой реальное основание - в середине озера в самом деле иногда появляются невесть откуда течения и водовороты. Объясняют это тем, что, возможно, глубина озера гораздо больше, чем кажется, ибо есть у него второе дно.

Это очень древнее озеро, образовавшееся тысячи лет назад, и это не легенда, а доказанный учёными факт. Некогда здесь был Тебердинский ледник, отступая, он оставил впадину, которая постепенно заполнилась родниковыми водами, превратившись в чистейшее озеро:

И да, форели в озере, говорят, много, но ловить её запрещено, ибо заповедник:))

   Ещё минут 15-20, и мы въехали в посёлок Домбай. Станислав, бросив машину, где придётся, вышел с нами на пару минут, чтобы сориентировать на месте (касса, подъемник, санитарные комнаты), а уж потом искать место для парковки, ибо заставлен машинами был буквально каждый сантиметр. И мы отправились в путь каждый своей дорогой... для начала к кассе. Продолжение следует...

Честно говоря, я была почти уверена, что выйдя из Эрмитажа, я увижу сгустившиеся над Дворцовой площадью тучи. Но неожиданно обнаружила, что Питер всё ещё греется в солнечных лучах. Хотя...

... это в какую сторону посмотреть:)) Но в общем погода располагала к прогулкам, сбивая все мои музейные планы. Надо сказать, их рождалось много (и Строгановский дворец, и Летний и Зимний дворцы Петра, и Этнографический музей, и выставка Врубеля в Русском музее), но ни один так и не оформился в купленные билеты. А тут почти солнечно и почти тепло. Захотелось пройтись мимо центральных достопримечательностей, без которых... ну, как будто и в Питере не была, даже если видела их перед тем десятки раз. А заодно и позавтракать не мешало бы... пышками:)



Дворцовая площадь готовится к завтрашнему марафону:



Ангел по-прежнему наблюдает за городом с высоты Александрийского столпа, храня его, как и сотню лет назад:



Шпиль Адмиралтейства ловит солнечные лучи, скачущие по нему словно шаловливые дети:



Величественный Исакий виден издалека:



Истинно питерское небо, меняющееся десять раз за 5 минут:)





Архитектура этого города не перестает удивлять. На знакомых вроде бы улицах каждый раз находишь что-то новое, ранее незамеченное, вызывающее восхищение...



Дошла до Исакиевского собора. Не устаю восхищаться этим результатом человеческого гения и невероятного, титанического труда. Каждый раз, бывая в Петербурге, стараюсь если не зайти, так хотя бы побывать рядом.



Газон, обсаженный розами, стал площадкой для фотосессий - молодоженов, туристов, питерских девчонок:



Мелькнула было мысль подняться наверх, на галерею, но количество народу и налетевшие тучи и ветер охоту отбили. Полюбовалась со стороны и отправилась дальше, на Невский:



Заглянула в легендарную пышечную на Большой Конюшенной, порадовалась, не увидев гигантской очереди, взяла пышки и кофе со сгущенкой, тот самый, что, как в старые добрые советские времена, наливается прямо из ведра. Ну, не знаю... вкусно, но мне кажется, на Грибоедова размер побольше был в мой прошлый приезд.



Проходя мимо лютеранской церкви святой Марии, отложила в памяти, что вечером здесь будет органный концерт. Ну, вдруг время свободное будет, загляну. (куда там?..)



Поздоровалась с Пегасами:)



И свернула в направлении Спаса-на-Крови, который частично прикрылся строительными лесами:



   Обойдя собор, я свернула к давно манившей меня ажурной решетке Михайловского сада. Много раз проходила мимо, но ни разу не заглянула за ворота, пришло время исправляться. Вообще-то я ещё не рассталась окончательно с планами на Этнографический музей. Но... солнечный пятна расцвечивали дорожки парка мозаичными картинками, по ним безмятежно и неторопливо прогуливались люди, клумбы с цветами манили ароматами. Я присела на лавочку, прикинула наличие свободного времени и поддалась предательской мысли: "Ну, что такое час-полтора для огромного интересного музея? Оставлю-ка на следующий раз!" Так я и зависла в Михайловском саду на довольно продолжительное время:))



  Михайловский сад - один из старейших парков Петербурга. Он возник по распоряжению Петра I одновременно с Летним садом. Он и назывался некогда 3-им летним (поменяв название только после строительства Михайловского замка), продолжая первый и второй, которые сейчас объединены в один, известный нам под названием Летний. Здесь, в третьем саду, в северо-восточной его части, был построен летний дворец супруги Петра Екатерины. Парадная часть сада вокруг дворца была украшена мраморными статуями, фонтаном, подстриженными еловыми и каштановыми аллеями. А в другой, непарадной части цвели и плодоносили фруктовые деревья и кустарники (крыжовник, смородина, яблони, вишни), располагались питомники, теплицы, оранжереи, грядки с душистыми травами. Чуть позже, во времена Анны Иоанновны здесь даже находился небольшой охотничий участок, где в специальных загонах содержались зайцы и олени для придворной охоты.



   Список имен, в разное время работавших над проектом сада, впечатляет - Леблон, Растрелли, Росси. Во времена Елизаветы Петровны летний дворец Екатерины обветшал и был снесён, а для императрицы был построен новый по проекту Растрелли. Он же полностью переделал и планировку сада, разделив его четкими прямолинейными аллеями на строгие геометрические фигуры, в центре были выкопаны пять прямоугольных прудов. Еще два фигурных пруда располагались в непосредственной близости от дворца. Дворец Елизаветы Петровны простоял недолго: его снесли чуть менее, чем через полвека, когда чуть в стороне от него был построен Михайловский замок для Павла I и его семьи. А вот планировка сада, задуманная Растрелли, в целом сохранилась. Но, как известно, Павлу недолго пришлось радоваться новому замку - едва успев заселиться, он был убит заговорщиками в его стенах. После этой трагедии Михайловский замок был покинут императорской семьёй и забыт, лишь спустя двадцать лет в нём снова закипела жизнь и зазвучали юные голоса - замок был передан в ведение Главного инженерного училища. В нём обучались те самые студенты - "чижики-пыжики" (их зеленые мундиры с желтыми петлицами напоминали птичье оперение, а вторая часть прозвища возникла из-за дополнявших форму пыжиковых шапок), в память о которых была установлена маленькая бронзовая птичка на гранитной облицовке набережной Фонтанки (автором эскиза стал Резо Габриадзе). Сад в отсутствие хозяйской руки тоже потихоньку приходил в запустение.



Новый этап в жизни сада связан со строительством Михайловского дворца, в стенах которого нынче расположен Русский музей. Дворец был задуман ещё Павлом I, который хотел построить его для своего сына Михаила, но смерть помешала реализации планов. Зато идею воплотил в жизнь Александр I. Строительство дворца для великого князя Михаила Павловича он поручил Карлу Росси, в его же заботливые руки попал и сад.



Росси значительно изменил облик сада: взяв за основу английские пейзажные парки, он отказался от строгих геометрических линий, по крайней мере в отношении береговых линий прудов. Большие пруды обрели неправильные, плавные, фигурные изгибы, малые же пруды в центре были засыпаны. Аллеи, правда, сохранились, дополнительно украсившись цветниками. В центре перед дворцом появился огромный Масленый луг, вокруг которого появилась живописная аллея (исторический вид луга восстановили в ходе реставрации в начале 2000-ых):



Сегодня, как и во времена Карла Росси, круговая аллея, идущая вокруг луга, украшена цветочными клумбами. Перед дворцом цветут розы, и мимо них мало, кто сможет пройти равнодушно, не остановившись полюбоваться:





Я, конечно, тоже застряла надолго:))

















Чуть в стороне от розовой клумбы - и другие цветущие:





Дуб-долгожитель, который, говорят, помнит ещё допетровские времена:



По дорожкам сада гуляют не только люди:)



Ажурный чугунный мост на пруду появился также по проекту Росси:



Пернатые обитатели садового пруда:









Михайловский (Инженерный) замок отражается в спокойной водной глади:





Ещё одно новшество Карла Росси - павильон с пристанью на берегу реки Мойки. Построенный в стиле классицизма, он возник на том самом месте, где некогда располагался самый первый летний дворец Екатерины, фактически на его фундаменте:



Сейчас в павильоне располагается кафе, установлен бюст Карла Росси, а рядом со зданием - бюсты русских художников А.Иванова и К.Брюллова:











Бросив прощальный взгляд на Михайловский дворец,



иду к Михайловскому замку. Ну, точнее, мимо него. Я когда-то посещала его в свой самый первый приезд в Питер, пока повторить визит не очень хочется. 





На площади перед замком памятник Петру I, который был создан по указу Павла I:



Обошла замок по кругу,







заглянула на Фонтанку к чижику, окруженному целой группой туристов, пытающихся закинуть ему под лапы монетку.



На Фонтанке - оживленная навигация, над Фонтанкой - снова голубое небо, потому иду гулять дальше - в Летний сад, который уже виден впереди:



  Продолжение следует...

Николай Александрович Ярошенко, сын отставного военного, был обречен на военную службу. Отец не видел для него другой карьеры, хотя сам он, с детства проявляя интерес к живописи, мечтал стать художником. Потому, когда закончил кадетский корпус в родной Полтаве и приехал в Петербург продолжать военное образование, он начал брать уроки живописи сначала у Крамского, а потом и посещать занятия в Академии художеств. Впрочем, это не помешало ему завершить и военно-инженерное образование и возглавить один из цехов порохового завода. В 1874-ом он женился и впервые приехал в свадебное путешествие на Кавказ, остановившись в Пятигорске. Кавказ покорил. Больше месяца он ходил и ездил по его дорогам и узким тропам, привезя с собой в Петербург сотни эскизов, набросков, рисунков и желание возвращаться. С 1882-го года супруги Ярошенко взяли за правило каждое лето приезжать в Кисловодск, потому в 1885-ом было принято решение купить здесь собственный дом.

К тому времени усадьбой на краю Кисловодского парка владел генерал Черняев, но бывал он в ней редко, верных людей, которые бы занимались её обустройством и следили за сохранностью, не нашлось, господский дом под соломенной крышей ветшал без присмотра, потому, когда подвернулся случай, генерал с радостью от своей недвижимости избавился, уступив её по сходной цене Марии Павловне, жене военного инженера и уже известного в ту пору художника Николая Ярошенко. Мария Павловна взялась за обустройство усадьбы с деятельным жаром, и вскоре на месте полуразвалившегося дом Черняева появилась Белая вилла - пятикомнатный сложенный из брёвен дом с верандой, построенный по чертежам самого Николая Александровича. Он сразу наполнился гостями - друзей у Ярошенко было множество, в их петербургской квартире собиралась по вечерам едва ли не вся интеллигенция северной столицы, потому и в Кисловодске их навещали часто. Здесь бывали Д.Менделеев, Ф.Шаляпин, В.Соловьев,  не говоря уж о коллегах по живописному цеху - приезжали на пару дней или гостили всё лето Шишкин, Дубовской, Нестеров, Куинджи, Репин, А.Васнецов, Борисов-Мусатов. Неспешно пили чай вечерами, разговаривали, вместе отправлялись на этюды.



В благодарность за гостеприимство украсили дом копиями фресок Помпеи:



   Гостей было так много, что в господском доме им было тесно, и Мария Павловна распорядилась перестроить два отдельно стоящих флигеля, сделав их гостевыми домами. Сейчас в одном из них располагается коллекция картин передвижников, в другом - временные выставки.



На территории усадьбы был разбит прекрасный парк и фруктовый сад, большая часть которых, к сожалению, погибло в послереволюционные годы, но по сию пору сохранилось несколько деревьев, посаженных Марией Павловной.



В 1885-ом году Н.А.Ярошенко, выйдя в отставку, окончательно перебрался в Кисловодск. Здесь ему легко дышалось, жилось, работалось. Здесь он и умер, прямо за мольбертом в комнате, служившей ему мастерской, в возрасте чуть более пятидесяти лет, внезапно, от сердечного приступа в июне 1898 года. Похоронили его в ограде стоящего буквально за забором усадьбы храма Николая Чудотворца, памятник поставили по эскизам друзей - художника Н.Дубовского и скульптора Л. Позена. В 1915-ом рядом похоронят и верную его подругу жизни Марию Павловну:



   Те 17 лет, что прожила она после смерти мужа, посвятила она главной цели жизни - сохранению наследия Н.А.Ярошенко и памяти о нём. К слову, Мария Павловна и сама обладала талантом художника, но выйдя замуж, оставила свои живописные эксперименты, решив посвятить себя мужу и служению его таланту. Уже в 1899-ом году она организовала в Москве большую выставку работ Ярошенко, где были представлены не только законченные картины, но и эскизы, наброски, графические зарисовки. Через несколько лет был издан каталог всех его работ. Но главной мечтой Марии Павловны было создание музея Ярошенко, в котором были бы собраны не только его собственные работы, но и полотна друзей-передвижников, составляющие коллекцию семьи Ярошенко. Мария Павловна предложила идею создания музея администрации КавМинВод, имея намерение передать для этих целей и свою кисловодскую усадьбу, но заинтересованности или средств в тот момент местная администрация не нашла. И супруга Н.А.Ярошенко завещала более ста полотен родному городу художника, коллекция положила начало созданию Полтавского художественного музея.
   Усадьба же в 1917-ом была кому-то продана, но грянула революция, и владелец её исчез, не выплатив даже душеприказчикам Марии Павловны (одним из которых был М.В.Нестеров, большой друг семьи) полной стоимости. В годы межвластия и Гражданской войны усадьба была разграблена, сады по большей части вырублены и то, что Белая вилла сохранилась в своём первозданном виде, можно назвать едва ли не чудом... или подвигом неравнодушных людей. И лишь в 1962-ом в главном усадебном доме, наконец, открылся музей Н.А.Ярошенко, во флигелях же ещё долгое время жили люди, только в 1990-ые вся усадьба превратилась в музей. Специально для кисловодского дома-музея были созданы копии нескольких наиболее значимых работ Н.А.Ярошенко, хранящихся в Третьяковской галерее, среди которых та самая едва ли не единственная, которую я вспоминала, когда слышала имя художника до посещения Кисловодска - "Всюду жизнь", а также "Кочегар", "Заключенный".



Эти работы выставлены в первом зале Белой виллы, бывшей гостинной, в стенах которой звучали жаркие споры об искусстве и науке, звучала музыка и порой - лучшие голоса оперной сцены. Сейчас здесь собраны картины раннего периода творчества (1860-1880-ые годы). К слову, все остальные работы Ярошенко в коллекции музея (кроме ещё одной картины "Песни о былом", оригинал которой хранится в Русском музее) - подлинники.





Самая ранняя работа из музейной коллекции - "Портрет молодого человека", полный внутреннего напряжения, скрытой работы живой мысли:



Мне, наверное, больше других запала в душу вот эта работа - "В монастыре", под сводами тёмной церкви, но в лучах света коленопреклоненная фигура молящегося:



Вторая комната в доме - та, в которой работал и умер Николай Александрович, его мастерская, в центре её тот самый мольберт, за которым работал художник, когда остановилось его сердце:







На стенах - портреты, написанные Н.А.Ярошенко в 1880-1890-ые годы. Венцом портретной живописи художника считается портрет Салтыкова-Щедрина, про который В.Стасов писал, что он "по письму, а ещё более по глубине и правдивости выражения превосходит, мне кажется, все портреты, когда-либо писанные этим художником. Наш знаменитый писатель представлен со всей глубиной психологии и страдания за себя и за других, которым дышат его последние сочинения и которыми он потрясает все сердца." Долгое время это полотно считалось утраченным, пока однажды к первому директору музея В.Секлюцкому (к слову, личность уникальная, герой-подвижник сферы искусства, но о нём в своё время) не пришёл случайный посетитель усадьбы и не рассказал, что, кажется, портрет находится у его знакомой в Харькове. Секлюцкий бросился по указанному адресу, убедился в правдивости сказанного и убедил владелицу продать портрет музею:



Одна из последних портретных работ Ярошенко - портрет Н.Обручева. Она несколько отличается от других, на которых обычно нет ничего, отвлекающего от черт лица, взгляда. Не бросается в глаза ни одежда, ни предметы окружающей обстановки, они почти незаметны, отодвинуты на второй план. Обручев написан не так - здесь и мундир, и орден, и письменный стол, подчеркивающий род занятий, и сама фигура выглядит мощно, монументально. Причина проста - портрет писался по заказа Сената в связи с выходом Н.Обручева в отставку, потому должен был соответствовать определенным параметрам и подчеркнуть масштаб личности профессора и члена Государственного совета:



Друг-скульптор Л.Позен:



Следующая комната принадлежала хозяйке - Марии Павловне.



Здесь стоит чудом сохранившийся рояль Марии Павловны. Других вещей, принадлежащих семье, удалось отыскать не много, но мебель того времени создаёт какую-то неповторимую ауру прошлого, заставляет забыть, что за окнами шумный и суетный 21-ый век:





Здесь представлены первые кавказские пейзажи Н.Ярошенко, а также несколько детских портретов, хотя к этому жанру художник обращался не часто. Освещённый солнцем "Мальчик в саду", например, для которого позировал юный Сеня Подушинский. В 1962-ом, будучи уже в преклонных годах, он пришёл на открытие музея Ярошенко:



Ещё одно полотно, попавшее в музей после долгих поисков В. Секлюцкого, - "Хор". Оно хранилось в частной коллекции семьи академика Ивана Павлова, и после долгих уговоров была передана в Кисловодск. Рассматривать картину можно долго, такие разные выражения на лицах героев, и исходит от неё тепло и свет, заставляющие по-доброму улыбнуться:



Сейчас в музее есть традиция: каждый год 7 июля, в день памяти Н.А.Ярошенко посетителей встречает ожившая картина. Для учеников музыкальной школы пошили костюмы, преподаватели подобрали песню, которую могли бы исполнять дети того времени, и картина зазвучала:)
   Четвертый зал - кавказские пейзажи, которые я уже показывала. Они написаны в 1980-90-ые годы, вытеснив почти все иные жанры из творчества художника. Недаром пристрастие Ярошенко к изображению видов Кавказа заставило И.Репина сказать: "Ярошенко пишет пейзажи, я был бы доволен, если бы у него они выходили хуже, может быть, он поскорее бросил бы эту блажь. Он так хорошо изучил человека и вдруг поменял его на природу!"






   

В пятом зале - работы, написанные по итогам путешествий Ярошенко по востоку (Палестина, Сирия, Египет в 1895-96гг) и Италии (1897г), а также в витринах - графические работы и акварели.

























Путешествие на восток совершалось в период, когда Ярошенко был в смятении чувств от наступившего разлада в товариществе художников-передвижников. Во власти тягостных мыслей он задумал написать картину о предетельстве - "Иуда", и искал вдохновения и сюжетов. Поездка оказалась плодотворной - завершённая картина хранилась в Полтавском музее и была утрачена в годы Великой Отечественной войны, два эскиза находятся в коллекции кисловодского музея:





Иду дальше, в гостевые флигели. Продолжение следует...

   Когда мне в очередной раз внезапно согласовали отпуск, вариантов у меня в принципе было немного. От октябрьского грузинского отпуска прошло не так много времени, которое включило в себя новый год и пару дней рождений, поэтому финансы на новую большую поездку аккумулироваться ещё не успели. Потому нужна была короткая, экономичная смена впечатлений - не дома же в самом деле в отпуске сидеть? У нас сейчас в принципе немало появилось прямых авиарейсов и даже субсидированных, по привлекательным ценам, но в основном они все значатся в летнем расписании. На зиму остаётся только аэропорт Мин.вод. Ну, и Сочи ещё, по ценам чуть дороже, чем даром, но это направление меня совсем не привлекает. Всё остальное этой зимой (даже недорогие в это время обычно Москва-Питер) ценами не радует. Поэтому выбор не стоял - я купила билет в Мин.воды. Даже шеф, когда услышал, что я нарзану попить решила съездить, одобрил: "О, это да, надо. Замечательно!":) С шефом спорить не будешь:)

   Я принялась искать себе гостиницу и тут поняла, что экономичного отдыха не получится - цены на отели даже в несезон в Пятигорске/Кисловодске весьма небюджетные. И тут чёрт меня дёрнул заглянуть на букинг и посмотреть, сколько стоит гостевой дом в Тбилиси, в котором я жила осенью. Ну, так, для сравнения. И тут я поняла, что сравнение-то вовсе не в пользу КМВ. Потому что в Грузии несезонное время - это есть несезонное время, характеризующееся тем, что цены в тур.индустрии падают довольно ощутимо. Именно тогда родился тот крик души в теме "Новостей туризма". Пользуясь случаем, спасибо всем за сочувствие и попытки помочь советами. Тогда мой мозг действительно чуть не взорвался, встав перед суровым выбором. Конечно же, мне очень хотелось махнуть рукой на всё и рвануть в Тбилиси через Степанцминду. Я забронировала гостиницы в КМВ без предоплаты, но до последнего момента не покупала обратный билет на самолёт. По банально простой причине - если бы я выбрала Грузию, то обратно улетела бы через 10 дней. На Пятигорск/Кисловодск планировалась ровно неделя, ибо в праздничные даты, которые начинались после той недели, цены на гостиницы увеличивались ещё в 1,5 раза, да и количество народу я просто боялась представить. Не люблю в популярные в России места ездить в праздники. В итоге после долгих мучительных раздумий я выбрала КавМинВоды. Решающим стал факт погоды. На момент моих раздумий и в Тбилиси, и в Пятигорске показывали летние +20. Но в момент моего приезда прогноз обещал резкое похолодание и осадки. И если в Тбилиси это означало бы скорее всего терпимые ветер и снегодождь (как и в Пятигорске), то на Крестовом перевале уровень ухудшения погоды непредсказуем, и можно было бы застрять в Гудаури/Тбилиси надолго. Да и всё-таки февраль (знаю по опыту) не лучшее время для поездок в Грузию (хотя вот в Батуми мимоза зацвела, эх). Да и что-то новое же посмотреть тоже хочется. Но сознаюсь честно, когда я с купленными билетами, с забронированными гостиницами и предоплаченной выездной экскурсией приехала в родной аэропорт, я мысленно порадовалась тому, что забыла дома загранпаспорт (а ведь собиралась взять!:) )

***   

   Исходя из всего вышеизложенного, новых грузинских историй пока не будет, будут немного пятигорско-кисловодских фото. Я вообще писать-то не собиралась, ибо, наверное, я на этом форуме последняя из тех, кто не был в КавМинВодах:)) Так что чего-то нового/интересного показать/рассказать вряд ли смогу. Но потом вспомнила, что в первую очередь пишу, чтобы сохранить для себя на память впечатления, и переборола свою лень. Итак, Пятигорск. 

   Авиарейсы до Мин.вод у нас на самом деле хороши. Мало того, что субсидированные, по адекватной цене, так ещё и время вылета - 8 утра по средам и субботам, так что прилетаешь по местному времени в районе 9 утра, весь день в твоём полном распоряжении. Ну, это, конечно, если удастся улететь вовремя, что этой зимой у нас почти никогда не бывало:)) Но мне сопутствовала удача - снегопады прошли накануне, шарахнул резко мороз, ветер вроде бы был, но направлением своим взлётам не мешал. Аллилуйя, летим по расписанию. Первый раз в жизни я заранее открыла флайрадар и изучила траекторию полета, чтобы определиться с выбором места. Оплатила место А - у иллюминатора слева, и только потом до меня дошло, что в облачности разницы будет немного - хоть А, хоть С:)) Но Кавказ оказался ко мне благосклонен - уже при снижении наш самолёт вынырнул из плотной облачной завесы, и чуть в стороне, хоть и в облаках, но всё же открылись взору зубцы Кавказского хребта:

Мелькнул Владикавказ, лента Терека обозначила вход в Дарьяльское ущелье, и, заставив сердце биться чаще, показался возвышающийся над соседними вершинами хребта треугольник седого красавца Казбека, маня к себе и разбудив теплые осенние воспоминания:

Недолго это длилось, показались уже внизу, под крылом самолёта удивительно отдельно стоящие среди равнины горы КавМинВод, и через несколько минут мы приземлились в аэропорту:

  Я долго изучала возможные способы добраться до Пятигорска на общественном транспорте, потом заглянула в Яндекс.такси, едва не прослезилась, увидев стоимость, в которую мне дома обходится поездка протяженностью в 6 км до работы в час пик в условиях нашей недоделанной транспортной реформы, и решила не заморачиваться и ехать на такси. Вот что в этом регионе действительно недорого - так это такси. Увидев в Пятигорске расценки от 80 рублей, я не поверила своим глазам,  у нас таких цифр я не видела уже года полтора, меньше 300-350 ни одна поездка не обходится. А так..."да, блин, поесть у нас сейчас везде дорого!" - обрадовал меня по дороге таксист, обозначив всё же места, где хотя бы вкусно (в том числе назвал "Кухни мира", до которых я так и не добралась, чтобы попробовать). Доехали минут за 30 под разговоры о погоде, работе (не моей) и успехах сына, в общем, приятная получилась поездка:)

   Пятигорск встретил ярким солнцем и почти летним теплом. Я-таки успела застать последний день этого погодного счастья. Заглянув в гостиницу, я поняла, что легко не будет - было всего около десяти утра, и заселять меня раньше 14-00 никто не собирался. "У нас только постояльцы выехали, не убраны номера ещё. Ну, Вы оставьте телефон, если будет готово раньше, я напишу. Да, чемодан можно оставить." Я понимаю, что всё по правилам, не придраться, но осадочек остался:)) Гостиница-то оказалась не маленькой, и явно не заполненной на 100%, потому отговорка показалась так себе... и конечно же, мне никто не позвонил/не написал раньше. Да и в целом, гостиница вроде и неплохая, почти новая, с отличным душем, с хорошим местоположением, но в то же время с кучей мелких раздражающих...непродуманностей что ли? Вот, например, стоит под столом выключенный холодильник, ближайшая розетка над столом, но чтобы протянуть шнур к ней, надо попытаться отодвинуть весьма немаленьких размеров стол, других вариантов нет. Я решила, что не так уж мне нужен этот холодильник:)) Или зеркало над столом висит так, что видишь своё лицо ты в нём либо с кровати, либо если придвинуть стул и сесть напротив. Из положения же стоя - только живот:)) Понятно, что это мелочи, но реально сложилось ощущение, что тот, кто оформлял эти интерьеры, в гостинице сам не проживал ни разу, никогда. Но да ладно, в целом очень хороший вариант за свои деньги. 

   Я, прилетев из своих -25 соответствующе одетой, конечно, мечтала не только оставить чемодан, но и переодеться/переобуться, но что ж поделать, пришлось в первой половине дня гулять, как есть. И я отправилась греться на солнышке:) Если изначально у меня и был какой-то план осмотра города, то необходимость возвращаться для заселения в гостиницу его порушила, потому я пошла куда глаза глядят, решив сделать круг по центру, оставив на потом подъем на Машук. Забегая вперёд, скажу сразу, что город мне понравился. Я хотела увидеть его давно и больше, чем другие города Минеральных вод, и он полностью оправдал мои ожидания (хотя в голове моей и сложилась изначально немного другая картинка). Красивая архитектура 19-начала 20 веков, фасады и лестницы из тёплого оттенка машукского камня, огромное количество зелени, парков, скверов - город, по которому приятно гулять. Моя прогулка началась со сквера Л.Н.Толстого - ближайшего к моей гостинице.

Присев на лавочку с видом на бывшую гостиницу "Эрмитаж", в тени огромных елок, я пристроила в рюкзак на место фотоаппарата лишние слои одежды, которые можно было бы снять, не шокировав окружающее общество (то бишь куртку!), я отправилась на прогулку, о которой буду рассказывать дальше:

Но самое удивительное будет позже... всего через пару дней я приду сюда же, чтобы сделать фото этих же ёлок и этого же здания, только выглядеть они будут совсем по-другому, словно их коснулось дыхание Снежной королевы. Но то уже другая история. Пока же - ещё теплый и солнечный Пятигорск. Продолжение следует...

   Утром я выглянула в окно и обнаружила, что погодное счастье закончилось - было пасмурно и туманно, а асфальт поблескивал, намоченный дождём. Не соврал прогноз погоды. Ну, что ж... гулять зато нежарко будет:) Я изучила почасовой погодный график, показывающий, что очередная порция дождя начнётся только после обеда, и решила не залёживаться на кровати, а топать гулять, пока за шиворот не капает, и народу в парке не слишком много... наверное:) Вспомнив об отложенном вчера, я решила для начала прогуляться по Курортному бульвару и Нижнему парку, пройти таки короткий первый разминочный терренкур, чтобы посмотреть пропущенные накануне рукотворные достопримечательности парка - Стеклянную струю, Дамский каприз и прочее, а уж потом только топать на поиски природных объектов, до которых ещё не дошла.

    Курортный бульвар был почти безлюден. Его спроектировал всё тот же Бернардацци, что оставил заметный след в облике Пятигорска, большая часть зданий, его украшающих, построены в самом начале прошлого века (в 1902-05гг.) В целом отношение к облику этой прогулочной исторической зоны мне понравилось - довольно бережное: отреставрированные здания, ухоженные клумбы, даже зимой красиво оформленные декоративными растениями, фигурки-топиарии, чистота, стойки-вывески в едином стиле.

А вот и историческое здание ванн, построенное в 1903 году по проекту местного жителя, инженера А.Н.Клепинина, носившее тогда название Углекислых ванн нарзана:

Лёгкое, изящное, ажурное, словно кружево, оно напоминает восточный дворец. Говорят, что большую часть средств на строительство ванн выделил бухарский эмир Сеид Абдул Ахад-хан, поставив единственное условие - украсить фасады элементами восточной архитектуры. 

А над эскизами майоликовых панно, предположительно, работал Михаил Врубель:

Памятник Николаю Чудотворцу украсил бульвар совсем недавно - в 2006 году:

Чебурашки - и вовсе самые юные жители бульвара:)

Большую часть зданий бульвара строили, конечно же, как доходные дома и гостиницы. В общем и сейчас мало что изменилось в этом плане - если не гостиница на пути попадается, то ресторан или сувенирный магазин. Ничего удивительного - это ведь центр притяжения приезжающих на отдых. Одно из самых красивых зданий - гостиница Зипалова "Россия", в котором в советские годы располагалась курортная поликлиника. В следующий раз надо попробовать туда заглянуть - оно сохранило и прекрасные элементы внутренней отделки: атланты и кариатиды, витражи и метлахская плитка:

А далее причудливое здание с башенками - это летний корпус той же гостиницы. Сквер же между ними был в 1900-ые окружен невысокой оградой и был садом для отдыха и прогулок постояльцев. Следом - ещё пара бывших отелей: "Центр", принадлежавший супруге купца Кекишева Элеоноре Устиновне, и "Гранд-отель" (позднее санаторий "Нарзан"):

А в сквере, что на месте садика Зипаловых, притаился ныне в тени деревьев бюст Ксении Ге, установленный к 40-ой годовщине революции. Революционерка и следователь ЧК, казненная белогвардейцами, Ге - личность весьма неоднозначная. А вот памятник этот - своего рода индульгенция для его создателя, скульптора Хамзата Крымшамхалова. Он происходил из рода карачаевских князей по отцу и балкарского княжеского рода Абаевых (тех самых, с именем которых мы встречались в поездке по Балкарии из Пятигорска) по матери (его дедом был этнограф Мисост Абаев). Естественно, что 1930-ые годы семья подверглась репрессиям.  Хамзату было всего пять лет, когда отца арестовали и расстреляли. Каким-то чудом он сумел поступить в Тбилисскую художественную академию. Пережил Великую Отечественную войну, где получил серьёзное ранение, депортацию в Среднюю Азию, возвращение, невозможность найти работу из-за неблагонадёжности... После долгих обиваний чиновничьих порогов ему дали пробный заказ на создание к годовщине Октября пары бюстов революционных деятелей, одним из которых был вот этот - Ксении Ге. И лишь после того, как заказ был выполнен и одобрен, скульптору, наконец, было разрешено жить, работать, иметь мастерскую в Нальчике, где он и прожил до самой своей смерти в 1985-ом году. Одной из самых известных работ Хамзата Крымшамхалова является "Горянка", встречающая на въезде в Карачаевск:

Напротив бывшего Гранд-отеля (уже не на Курортном бульваре, а на улице Реброва) расположилось приземистое здание Торговых рядов. Изначально владельцы участка тоже планировали построить на своей земле гостиницу в три этажа, но администрация КавМинВод запретила, сославшись на то, что высотное строительство рядом с источниками вод не соответствует строительным нормам (прямо через дорогу расположена Нарзанная галерея). Тогда было принято решение построить целую систему одноэтажных корпусов, связанных переходами и арками, и предназначенные для торговли. Своё назначение они сохранили и по сей день:

Вот и Нарзанная галерея, построенная в 1853 году по проекту английского архитектора Уптона. Здание пережило пару глобальных реконструкций, но внешний облик при этом не претерпел изменений:

Снова отели - здание бывшей гостиницы С.А.Бештау:

Ещё одна гостиница Зипалова, одна из старейших в Кисловодске (1881 г.), известна тем, что в 1896 году в течение одной августовской недели в её стенах жил А.П.Чехов. Считается, что именно в Кисловодске он подсмотрел сюжет для своей "Дамы с собачкой":

Заглянула в галерею, чтобы попить водички. Думала, что желающих в 9 утра дождливого понедельника будет немного. Глубоко ошиблась:) Подсмотрела по пути сцену знакомства:

И отправилась дальше, на Лермонтовскую площадку. Там, где нынче Курортная галерея со всякой торговой всячиной некогда располагался ресторан, он же курзал, ибо в нём нередко звучала музыка. Его часто посещал Михаил Юрьевич и герой его романа Печорин:

В память об этом и создан архитектурный комплекс "Лермонтовская площадка" - каскадная лестница с гротом внизу, колоннадой сверху и бюстом поэта в середине:

Нынешний вид комплекс-памятник обрел не сразу. Лестница появилась в 19-ом веке, бюст Лермонтова - в середине 20-го, а демон в гроте поселился лишь в 1970-ые:

Напротив - главный вход в парк, Колоннада:

Рядом - традиционный орёл, символ КМВ:

Здесь же поблизости нашлась и старая карта Кисловодского парка, добротная, душевная, не чета нынешним напечатанным стендам:)

И тут же обнаружилось очередное удивительное пернатое. Сколько же в этом парке птиц! Одних дятлов мне попадалось 4-5 видов. Вот такого зелёного увидела впервые:

Понаблюдав за птицей, отправилась дальше по первому терренкуру, мимо календаря и Пушкина, вдоль речки, а потом и через мост на другой её берег, мимо Шахматного домика...

Целью прогулки были Стеклянная струя - рукотворный водопад-павильон и Дамский каприз - симпатичный горбатый мостик:

Мостик носит название "Дамский каприз", поскольку согласно легенде, раньше для того, чтобы пройти от Зеркального пруда до Сосновой горы, нужно было разуться и перейти через речку. Но вот однажды одна дама закапризничала и не пожелала снимать туфельки. Тогда сопровождающий её галантный кавалер перенёс кокетку на руках, а заодно пообещал построить мост, чтобы больше ни одна гуляющая здесь дама не замочила ножек:)

За мостиком начинается подъём на Сосновую гору (400 ступеней), но в этот день я до неё не дошла. Свернула в сторону по реке, завороженная причудливыми рельефами дна, немного напомнившими мне берега Окаце у водопада Кинчха, которые 4 года назад показал мне Автандил, а потом ушла обратно тем же путём, вернувшись к Шахматному домику:

Продолжение следует...

   В Уфу я приехала на поезде, когда время близилось к обеду. В планах было заселиться в гостиницу, оставив там лишние вещи, и отправиться в музей. Но погода стояла чудесно-солнечная, хотелось хотя бы немного прогуляться. Потому я проехала от вокзала на трамвае буквально пару остановок и вышла, чтобы дальше пойти пешком. Путь мой пролегал через парк им.Якутова, а потом у самой гостиницы уже я немного свернула в сторону, чтобы заглянуть ещё в сад им.Аксакова.
   В парке Якутова мне бывать уже приходилось, за несколько прошедших с того дня лет мало, что в нём изменилось. Пруд на месте:)

Красивая входная арка-колоннада тоже:)



И куницы у входа, которых нам когда-то с первой попытки найти не удалось:



Из не виденного ранее - странные белые скульптуры. Задумка хорошая - они изображают отдыхающих в парке: детей, маму с ребёнком, влюблённую пару, большую дружную семью. Но исполнение... что у них всех с лицами? Симпатичнее всего получился мальчик с кураем:















И мишки любят мороженное:)



Ещё из открытий парка - знак, свидетельствующий о том, что Уфа является самым западным европейским городом, и все рекорды Гиннеса по пересечению Европы с запада на восток или наоборот заканчиваются/начинаются в Уфе. Вот так:)



Во втором парке - саду им.С.Т.Аксакова я раньше не бывала. Потому, пройдя сквозь арку-колоннаду, я впервые за этот день достала фотоаппарат:)



   Сад расположен на том месте, где некогда стояла городская усадьба, в состав которой входил дом, где родился будущий писатель Сергей Тимофеевич Аксаков. Дом не сохранился, сгорел в пожаре, на его месте сейчас установлен памятный знак - недалеко от входа:



Парк симпатичный, тенистый, с высокими взрослыми деревьями, детской площадкой, летней сценой. Вдоль дорожек установлены стенды с информацией об достопримечательностях исторической части города и их старыми фотографиями рубежа 19-20 веков. Интересно почитать/посмотреть, но я пробежала взглядом лишь мельком - торопилась успеть в музей. Есть у сада и свой пруд, на котором летом, говорят, живут утки и лебеди:



В глади пруда красиво отражаются окрестные дома и облака:







Мурал, отражающийся в пруду, поближе:



По парку разбросаны небольшие скульптуры, изображающие птиц. Позже прочитала, что всего их восемь, но мне попались на глаза только три:







Сама не догадалась, с подсказки в интернете - "Аленький цветочек":



А берег пруда украшает большая скульптурная композиция - семья Аксаковых на прогулке: Сергей Тимофеевич, его жена Ольга Семёновна и трое из одиннадцати детей - Константин, Вера и Георгий. Вера - любимая дочка Аксакова, которая впоследствии будет записывать под диктовку отца его рассказы и повести, когда его зрение совсем ухудшится. Самый маленький Георгий станет губернатором Уфимской губернии, когда вырастет. А мальчик постарше с собакой, Константин - литератором, историком и идеологом и теоретиком славянофильства:



  А ещё  в саду Аксакова продают вкусное мороженное:) Купила себе рожок на дорожку, но даже доесть не успела - так близко оказалась моя гостиница, расположенная почти на пересечении ул.Заки Валиди и проспекта Салавата Юлаева.

Итак, мы ехали дальше. Дорога узкой леной серпантина вилась среди гор, поднимаясь всё выше и выше. И на каждом вираже сменяли друг друга панорама Главного Кавказского хребта и Скалистый хребет и главная вершина Ингушетии - Цей-Лоам.

Сногсшибательные виды гор заставили прилипнуть к окну, к тому же дорога идёт через старые ингушские посёлки, в которых сохранились в немалых количествах и разной степени сохранности башни, тоже притягивающие взгляд:











Цей-Лоам (3171м) - это местный Олимп, по ингушскому поверью на её вершине живёт бог-громовержец Села, и потому она часто скрывается в облаках и притягивает к себе дожди, снега, грозы. При этом в древности среди местных жителей считалось, что если в человека попала молния, значит, он отмечен богом Селой. Погибнуть от удара молнии было весьма счастливой и завидной участью - на месте гибели такого человека строили святилища, поклонялись его могиле, а весь его род на много поколений вперёд обретал славу, почёт и уважение. Легенды - дело прошлых времён (хотя и не столь давних, ибо культ Селы, говорят, существовал вплоть до 19-го века), а вот то, что гора  Цей-Лоам, как магнитом, притягивает к себе облака даже в ясную погоду, мы убедились сами.













И вот впервые взгляд цепляет знакомые очертания вершины, заставляющие сердце биться чаще - Казбек!



В попытке запечатлеть чуть не залепила себе синяк под глаз видеоискателем, но тут оказалось, что мучаюсь я напрасно, ибо мы приехали, пора выходить:) И вот уже оно - счастье: выйти из машины, вдохнуть свежий горный воздух, почувствовать на лице обжигающие каждый по-своему - солнечный лучи и лёгкий морозец, и смотреть, смотреть, смотреть на невозможно прекрасную красоту вокруг, стараясь запомнить, сохранить в памяти надолго...







За несколько последних лет на перевал Цей-Лоам пришла цивилизация. Еще несколько лет назад здесь была естественная природная смотровая, с которой видно как Кавказский хребет и Казбек, так и саму гору Цей-Лоам (она существенно выше, перевал расположен на высоте 2100). Затем появилась простенькая из досок сколоченная беседка, затем летнее кафе под дощатым навесом. Сейчас выстроился уже целый комплекс - стационарное всесезонное кафе с панорамными окнами,



башенки, огороженные перилами смотровые и прочие блага цивилизации. Может, оно и неплохо - хоть за чистотой вокруг есть, кому присматривать, но как-то вся эта цивилизация местами не слишком органично вписывается в окружающий горный ландшафт. Но да ладно. Благодаря наличию кафе, у нас образовалась возможность побыть среди горной этой красоты подольше, ибо Юрий решил, что обедать мы будем здесь, расхвалил местную кухню так, что слюни у большей части группы потекли. Потому мы нашли свободный столик у окна, сделали заказ, и пока ждали, сбегали немного ещё посмотреть на горы, ибо они ж манили:))







Честно сказать, еда не особо впечатлила, зато впечатлили официанты - красивые, статные горцы с огромным чувством собственного достоинства; очень вкусный лимонад:



и очередной экземпляр кавказского пушистого Их Великолепия:)



А потом мы побежали утрясать съеденное на смотровую площадку, поближе к горам:) Пока сидели за обедом в кафе, день перевалил за середину, солнце начало клониться к закату, свет стал мягче, а рельефы гор обозначились чётче. Потому оторваться от этой картины и попыток её запечатлеть стало совсем невозможно:)















По склонам Цей-Лоам тонкими девичьими лентами то и дело вились облака, и картина эта завораживала:









Говорят, Цей-Лоам - вершина весьма капризная, не всем показывается, не всех подпускает близко, и тогда человек ощущает суровый дискомфорт и желание побыстрее оказаться как можно дальше. Наверное, нам повезло - погода была чудесная, горы видны были во всем своем великолепии, а на душе было так светло и хорошо, что совсем не хотелось оттуда уезжать. Но настала пора возвращаться. Мы снова ехали среди гор, спускаясь с перевала:



Потом мимо узнаваемых уже гор Северной Осетии, чьи припорошенные снего-инеем склоны живо напомнили мне возвращение из грузинского отпуска в начале ноября:





И снова вставала вдоль дороги у горизонта изломанная линия Кавказского хребта,



и я смотрела на неё, пока не подернулись облака персиковыми красками заката, сменившиеся звёздным бархатом ранней зимней ночи:



Заканчивался ещё один прекрасный день, наполненный красотой. Будут и другие, но уже не похожие на этот. Продолжение следует...

   Пройдя сквозь арочный проход Академической галереи, я вышла к бульвару Гагарина, к той его части, где располагается фонтан и колоннада:

Поднимаясь по ступенькам к фонтану, обнаружила на них что-то мелко-цветущее:)

Чашу фонтана поддерживают атланты,

которых в свою очередь поддерживают (ну, хотя бы морально) хитро щурящиеся маскароны:

Напротив колоннады - Пироговские ванны. При строительстве в 1914 году они получили название Тиличеевские (по фамилии управляющего КавМинВодами, давшего разрешение на их постройку), затем после революции стали Провальными, а потом были переименованы в честь знаменитого медика Н.И.Пирогова. Его деятельность была тесно связана с Пятигорском, он одним из первых стал активно применять минеральную воду в лечении больных. Вместе с присвоением ваннам его имени на центральной лестнице установили и бюст Пирогова:

Кажется, внизу, за зданием Пироговских ванн, находится тропа к знаменитым Бесстыжим ваннам - небольшим природным бассейнам под открытым небом, но я до них так и не дошла:

По обе стороны бульвара Гагарина расположились бывшие дачные домики начала 20-го века, в большей части которых сегодня находятся корпуса санаториев. Вот, например, рядом с Пироговскими ваннами построенная в 1903 году дача купцов братьев Тиц:

Дома интересные, с красивыми элементами отделки на фасадах, поэтому только успеваю вертеть головой туда-сюда:)

Неожиданно встретился старый знакомый - розовый армянский туф:

Неожиданно среди домов показался памятник Воину-победителю:

И снова домики, один другого фантазийнее:)

Пара самых красивых, на мой взгляд:

Элементы оформления советских времен:

Кондиционер хочется оторвать для идеального вида:

Так незаметно, за рассматриванием домиков я дошла до Провала - карстового озера, что плещется на дне глубокого природного "колодца".

Место, хорошо известное даже тем, кто не был в Пятигорске, по фильму "Двенадцать стульев", о котором напоминает бронзовая фигура Остапа Бендера, возле которой не переводится очередь из желающих сфотографироваться:

По темному тоннелю прохожу к озеру:

И тут сюрприз - озеро-то скованно льдом. Почему я думала, что оно не замерзает зимой?:)

Но мощный запах сероводорода и цепочки воздушных пузырьков, кое-где поднимающиеся на поверхность и раскалывающие лёд, свидетельствует о том, что озеро не дремлет, продолжает жить какой-то своей тайной жизнью:

А в мини-гротах скальных стен колодца нашли себе приют голуби, чьё воркование эхом разносится над водно-ледяной гладью. Им, похоже, аромат сероводорода нипочём:)

Выйдя из темноты Провала и привыкнув к солнечному свету, я снова принялась изучать карту. Возвращаться обратно тем же путём не хотелось, и я решила в обход горы Машук по тропе-терренкуру дойти до места дуэли Лермонтова. Дорожка шла через лес, вокруг чирикали птички и летали бабочки... красота:) Иногда среди деревьев попадалось что-то интересное. Вот, например, дерево-ухо, в которое надо пошептать желание:))

Целая колония грибочков на пеньке:

Ленин и пионер за забором старого детского лагеря:

Пенёк-мышка:)

Дошла до очередной цели прогулки - того самого места на склоне горы Машук, где случилась трагедия, унесшая жизнь великого поэта. Именно здесь состоялась дуэль М.Ю.Лермонтова с товарищем его юности Мартыновым:

Передохнув здесь же, в сквере, разбитом вокруг памятной стелы, с видом на вершины горы Бештау:

я отправилась дальше, чтобы завершить круг и отправиться, наконец, заселяться в гостиницу:

Тропинка под соснами, среди которых попадались порой весьма причудливые:

я вышла к Воротам любви:

от которых открылся прекрасный вид на Бештау, пятиглавую гору ("беш" - пять, "тау" - гора"):

Мелькнула было мысль подняться отсюда сразу пешком и на вершину Машука, но решила всё-таки сначала пойти переодеться/переобуться. Потому начала спускаться вниз, к нижней станции канатной дороги. А небо-то какое красивое на Воротами:

В парке у нижней станции попила нарзану:

Снова вышла к Спасскому собору и Лермонтовскому скверу:

и дошла до гостиницы, чтобы заселиться, переодеться и продолжить прогулку. Продолжение следует...

Я поднималась к вершине Большого седла, оглядываясь по сторонам и пытаясь рассмотреть окружающие пейзажи сквозь слепящий солнечный свет. Посмотреть было на что. Если вам когда-нибудь скажут, что на Большое седло идти смысла нет, ибо виды будут те же, что с Малого - не верьте! Потому что помимо панорамы Кисловодска, которая в самом деле не выглядит примерно также, как и с Малого седла, с Большого открывается ещё и прекрасный обзор ближайших гор-лакколитов, включая Машук с лежащим у её подножья Пятигорском. Ну, и Малое седло, кончено, тоже прекрасно видно. Поэтому головой я вертела на 360 градусов, охая от восторга:)

Пятиглавая Бештау:

Машук опознается по телевышке на вершине:

Малое седло:

Дошла до триангулятора, обозначающего высшую точку Кисловодского парка (1410м), а там неожиданно... царь горы:))

Рельефы:

и масштабы:

Люди даже на соседнем склоне кажутся с вершины крошечными. Невероятные, необъятные ширь и простор вокруг, вызывающие восторг!

Пробыв на вершине с полчаса, двигаюсь в обратный путь - солнце припекает нещадно, но наверху гуляет ощутимый ветер. Не чета тому, что был накануне, поднимал пласты снега, едва не скручивая их в рулончики (следы его разгула видны, жёсткие снежные пластины почти вертикально торчат из сугробов), но всё же холодный и пронизывающий, долго под ним не прогуляешь.

Гора Шульгач и Малое седло за ней:

Простите, но лучшее фото из этих сказочных деревьев я выбрать не могу:))

И вот уже снова передо мной Малое Седло:

От него до цивилизованной части парка с терренкурами решила возвращаться другим путём - той самой тропой, по которой я возвращалась год назад. Она несложная, с иным ракурсом-видом на Малое седло, с периодически встречающимися скальными останцами... в общем, интересная. Немного фото с неё в зимнем варианте - в следующий раз. Продолжение следует...

"Белая дача" - дом-музей художника-передвижника Н.А.Ярошенко стал для меня местом открытий. Думаю, не ошибусь, сказав, что со школьного советского детства все мы помним пару картин, изображающих людей угнетённых, людей-борцов, людей труда, но и не более того, пожалуй. Я ж, наверное, и вовсе помнила только однажды увиденную в Третьяковке и запавшую мне в душу картину "Всюду жизнь" Сколько в ней света и радости, несмотря на драматический антураж!

Да, моя подружка, побывавшая в кисловодском музее год назад, показывала мне фото, я мимоходом подумала, что интересно, надо зайти в следующий приезд, но особо не вглядывалась, да и что там разглядишь на фото? Художественные полотна нужно смотреть вживую... Поэтому, попав, наконец, в дом-музей Николая Ярошенко в Кисловодске, я была поражена его талантом и многообразием жанров, в которых он работал. Тут и бытовые сцены из реальной жизни - жанр, объединяющий творчество всех передвижников (а Ярошенко был одним из главных идеологов товарищества), и портреты, и пейзажи... и все они восхитительны.
   После покупки Белой дачи Николай Ярошенко каждое лето проводил в Кисловодске, много путешествовал по Кавказу. Его "путевыми заметками" стали многочисленные привозимые из тех поездок эскизы, зарисовки, живописные полотна, на которых - красные камни окрестностей Кисловодска, пятиглавая Бештау, высокие прекрасные горы Кавказского хребта, колоритные портреты горцев. Северный Кавказ в то время для большей части российских граждан был "терра инкогнита", поэтому когда Ярошенко привёз в Петербург и представил на одной из выставок свои первые кавказские работы, в том числе картину "Шат-гора" (Эльбрус), некоторые посетители выставки подумали, что эти невероятной красоты горы - фантазия автора:)



Так Николай Ярошенко познакомил петербуржцев с красотами Кавказа и с лёгкой руки (точнее, пера) критика В.Стасова получил негласный титул "портретиста гор". В последние годы своей жизни Ярошенко путешествовал (совмещая с лечением) и по другим странам Европы и Африки, и их пейзажи тоже запечатлелись на его полотнах, но то уже будет отдельная история, как и история "Белой дачи". Сегодня же пусть будут здесь только кавказские зарисовки, коим а музее отведен отдельный зал. Большая часть картин - небольшого размера, но от этого они не становятся менее чудесными:)



Окрестности Кисловодска:







Ярошенко на этюдах у красных камней:



Бештау и Пятигорск:



Горцы:







и горы:)







Ушба:

Спустившись с Сосновой горки, я дошла до Нарзанной галереи, попила водички и отправилась обратно в гостиницу на завтрак. Отметив идущую масленицу блинами, я отправилась гулять дальше. Первым делом решила заглянуть, наконец, в Свято-Никольский храм, что виден (и слышен звоном колоколов) был из моего гостиничного окна. Собор новодельный, построенный в 1990-ые. Точнее, воссозданный на месте храма 19-го века, который взорвали в 1936-ом. Честно говоря, снаружи он меня впечатлил гораздо больше, чем внутри. Богатый алтарь, фрески под старину (как будто слегка выгоревшие и потёртые временем), но общей гармоничной картины как-то не складывается:

А вот внешний облик строен и гармоничен, устремлён ввысь:





Рядом с храмом красивый кораллового цвета дом с башенкой, бывший доходный дом Коленкина, построенный в 1900-ом году. В нём было 60 номеров, которые сдавались курортникам, стоимостью от рубля до пяти за сутки или от 25 до 150 рублей за месяц. К услугам постояльцев в здании работала столовая, был установлен бильярд, проведён телефон. В зимнее время, когда отдыхающих было гораздо меньше, первый этаж сдавался в аренду женской гимназии.



Сейчас в здании расположилась первая открытая в нынешнем веке православная школа Северного Кавказа, перед входом в неё установлена статуя Сергия Радонежского.



Площадь перед храмом раньше занимал огромный рынок, и носила она имя Базарной. Сейчас на этом месте сквер, в центре которого стоит памятник погибшим в Великой Отечественной войне и горит Вечный огонь. У подножия стелы опустилась на колени женщина, её взгляд устремлен ввысь, туда, где в небе устремляется вдаль журавлиный клин, рука поднята в прощальном взмахе. Собирательный образ Матери, потерявшей сына, чья душа птицей улетает в небо:





На другом краю сквера - стена памяти с именами погибших и бюсты Героев:





За сквером - соборная мечеть, открывшаяся меньше пяти лет назад:



Напротив сквера с одной стороны тянется улица Кольцова с несколькими интересными в плане архитектуры и истории домиками (но об этом после), с другой - ул.Ленина, на которой расположена единственная хоть как-то сохранившаяся крепость на территории КавМинВод. Внешне готическими своими формами напоминает Нарзанную галерею, что и не удивительно - строились они по проекту одного архитектора Уптона.



Это место - начало начал, откуда есть пошёл Кисловодск.



Первую крепость здесь заложили ещё в 1803-ем, когда поблизости обнаружили мощный минеральный источник, к которому потянулись желающие поправить целебной водичкой здоровье. Для обеспечения их безопасности от воинственно настроенных горцев и решено было поставить рядом крепость, вокруг которой возник постепенно город, а потом и парк был разбит. Первая крепость была земляной, и лишь в середине 19-го века, когда наместником Кавказа был назначен граф Воронцов, её перестроили в камне в нынешнем виде. Когда на Кавказе настал мир, и крепость утратила своё значение, часть её снесли, дабы не мешала созданию и развитию курортной зоны, а в соавшейся разместили краеведческий музей, который так и называется - Крепость.



В музей я не пошла, он на вид небольшой, а прямо передо мной туда завернула группа школьников. БЫла мысль вернуться попозже, но что-то после посещения усадьбы Ярошенко мой мозг музейную информацию воспринимать уже отказывался:) У стен крепости - сквер, в котором несколько памятников героям разных эпох - погибшим в Первую Мировую, казакам-защитникам родины, геройски погибшим сотрудникам правоохранительных органов и т.д.





На воротах табличка "Здесь был А.С.Пушкин". "Солнце русской поэзии" в самом деле бывал в Кисловодске несколько раз, и, говорят, что именно здесь родился у него в голове замысел "Кавказского пленника"



У стен музея - каменные древности разных эпох:







Граффити на стене во дворике:



А мой путь лежит дальше - в музея Ярошенко, но сначала будет немного о домах "Солдатской слободки", нынешней улице Кольцова. Продолжение следует...

   Итак, электричка привезла меня в Кисловодск. Затолкав в рюкзак лишние тёплые вещи, я вышла на перрон. Расстояние между Пятигорском и Кисловодском - 32 км по прямой и что-то около 40 по трассе, но после туманно-снежного пятигорского утра здесь меня встретила поздневесенняя жара. Эх, жаль, что ненадолго:)

   На выходе из-за турникетов перрона традиционно встретили хозяева сдаваемого жилья и таксисты. Я вежливо отказалась от квартиры и от услуг такси тоже, сказав что мне пешком 5 минут.

- А куда Вам нужно?

- Да на Вокзальную же.

- Ну, мы и сейчас на Вокзальной. Куда именно?

Я приготовилась было услышать рассказ о том, как далеко от вокзала находится нужный мне дом №1 и что непременно туда нужно ехать, а не идти, но спрашивающий меня мужчина только подробно объяснил дорогу:

- Вон мимо того ограждения пройдёте и прямо всё время, речку перейдёте, увидите рыночную площадь, там и есть Ваша гостиница. Спросите туда ближе, покажут. 

Хорошие таксисты в Кисловодске:)

   Следуя полученным инструкциям, я потопала по извилистой Вокзальной улице, зацепив взглядом красивое здание Филармонии и фигуру нищего под мостом:

   Перешла через Курортный бульвар и дальше по мостику - через речку Ольховку и увидела торговые павильоны на той самой рыночной площади, о которой говорил мужчина на вокзале, а рядом дом с внешней лестницей, ведущей на второй этаж. Вспомнила, что читала в отзывах о гостевом доме про эту лестницу, и поняла, что мне туда. Когда мы с чемоданом подкатились к дому, издавая грохочущие звуки, из дверей первого этажа вышла навстречу хозяйка:

- Я слышу, кто-то ко мне едет:))

    Мы вместе поднялись на второй этаж, она показала, как пользоваться электронным ключом для входной двери. За дверью обнаружился холл с гладильной доской, утюгом, микроволновкой, диваном и даже настольными играми. Дальше по коридору расположились номера со всем необходимым для жизни - чайник, сплит, санузел, холодильник. 

- Я Вас в другой номер заселю, он лучше, с окнами на бульвар.

   Так, забронировав единственный доступный на Островке на момент бронирования трехместный стандарт, я оказалась в полулюксе с большой кроватью и видом на речку и Курортный бульвар. Хороший просторный, чистый номер, ремонт не прям вчера делали, и интерьеры слегка напоминают что-то их 90-ых, но в целом уютно и комфортно. Речка под окнами шумит, но к ней быстро привыкаешь. Всё идеально, кроме цены:)) Я в своё несезонное время снимала комнату за 3000 рублей в сутки, на февральские праздники она стоила уже 4500, а подружка моя смотрела на майские - и вовсе до 6500 в отдельные даты доходит. Хорош курортный город Кисловодск, но и цены в нём на жильё курортные:)

   Быстро переобувшись в ботинки, я выскочила из дому - очень хотелось гулять, пока не скрылось радующее теплом солнце. Заглянула на Курортный бульвар, сначала на ту часть, что видна была из моего окна:

А потом и на ту, что вела к Нарзанной галерее и парку. По случаю выходного дня и тёплой погоды здесь, кажется, собралось всё Ставрополье:) У здания Нарзанных ванн расположилась какая-то ярмарка с сувенирной и ручного изготовления продукцией. Да и везде, куда ни глянь, было весьма многолюдно. Поэтому я решила оставить попытки сфотографировать красивые здания бульвара на утро следующего дня:

И отправилась к парку. Цели идти куда-то далеко не было, хотелось осмотреться. Я даже палки из чемодана не достала, чтобы взять с собой. Я зашла в парк рядом с колоннадой:

   И задумалась о том, что делать дальше. На глаза попались электрокары, предлагающие в основном поездку до Долины роз, но посмотрев на стоящий тут же стенд со схемой парка, я поняла, что туда дойти - вопрос получаса, кой смысл ехать, когда погода чудесная и зовёт гулять? Подошедшей паре, кажется, обошедшей за день пешком все основные маршруты, предложили было доехать до Большого седла, я навострила уши, но тут же услышала, что 2-3 человека не повезут, нужно будет подождать ещё желающих. Тратить время на ожидание не хотелось. Я принялась изучать по схеме маршруты-терренкуры и парковые близлежащие достопримечательности, но географический кретинизм с этой задачей справлялся с трудом. Тогда я открыла сайт парка и прочитала про имеющиеся терренкуры там, дабы выбрать что-нибудь подходящее на оставшиеся до вечера несколько часов. Первый был совсем детско-разминочным и в этот час весьма многолюдным, второй и его дополнение - длинноваты для 2-3 часов, потому мой выбор пал на третий:)) Ну, и что, что написано "самый сложный", зато всего 5,5 км, для разминки первого дня как раз. К тому же описание обещало местами приличный уклон на тропе, а на завтра обещали дождь, кто его знает, как по этому уклону в сырую погоду подниматься. Потому решила идти.

  Небольшое отступление:

***

   Во время поездки накануне:

- А сколько нужно, чтобы весь ваш парк обойти? Неделю?

- Ну, если прям досконально, все маршруты, все достопримечательности, включая Большое седло... дней на пять найдёте, чем заняться.

***

   Подружка собирается в Кисловодск, где у неё будет пара свободных дней до встречи с группой. 

- Что там посмотреть, куда сходить?

- В парк.

- Ну, парк - это понятно. Ну, а в музеи какие-нибудь, театры ты ходила?

- Неа, исключительно по парку гуляла.

- Хм... (открыла карту). Ничего себе - ПАРК!!!

***

   Каюсь, Кисловодск я не увидела от слова "совсем". У меня, конечно, были планы погулять по городским улицам, заглянуть в музей, но дальше Курортного бульвара я так и не ушла. Потому что этот парк меня просто заворожил. Особенно тот факт, что он полностью создан руками человеческими. Сколько же любви и труда вложено в этот результат созидания, в превращение лысых гор в заросшие вековыми лесами склоны. Останется ли что-то подобное после нашего поколения, на память и на радость живущим после нас?

   Потрясающий огромный парк со множеством интересных и уединённых уголков, с воздухом, который можно есть ложками, с громадными деревьями, с невероятным количеством птиц (такого разнообразия видов мне не приходилось встречать никогда). В следующие два дня я наматывала по его дорожкам какое-то фантастическое даже для меня количество километров, ставя собственные рекорды, почти не чувствовала усталости, хотелось гулять ещё и ещё. Этот парк прекрасен в любую погоду и в любое время года. А город... ну, что ж, останется на другой раз:)

   Пока же я потопала по третьему терренкуру, ведущему через Красное солнышко к верхней станции канатной дороги. В той части парка, что примыкает к Нарзанной галерее, было, как и на Курортном бульваре, весьма многолюдно. Потому я прошла её быстро, не задерживаясь особо на фото. Вот разве что цветочный календарь издалека запечатлела да памятник Пушкину:

Да я в целом за эти 2.5 дня прогулок фотографировала не много, больше хотелось просто гулять и дышать свежим воздухом:) В третий день даже фотоаппарат в гостинице забыла, о чём жалела потом, конечно, ибо был красивый туман и иней, но возвращаться так и не стала:)

Удивили неподрезанные даже на зиму кусты роз. Такими темпами зацветут скоро:

Нептун у Царской горки:

Дошла до Красных камней. С одной стороны на удивительно яркого красного цвета скальных останцах портрет Ленина, с другой - привычный символ КавМинВод Орёл:

Вообще природные достопримечательности здесь весьма гармонично вписываются в рукотворный парк, создавая ощущение единения с природой:

Сосны, туи, голубое небо:

Коты на солнышке греются:)

Серые камни:

Причудливы изгибы сосновых ветвей:

Колоннада, от которой лестница ведёт в Долину роз, но я пока прошла её мимо, торопясь пройти терренкур до наступления темноты:

Две кабинки канатной дороги (жёлтая и красная) бегают туда-сюда:

Хорош же из них, должно быть, вид:)

Скалы Красного солнышка показались. Надо сказать, что ничего сложного в третьем терренкуре я так и не обнаружила, вот разве что тропинка серпантином почти всё время поднимается в гору.

Общий набор высоты от Нарзанной галереи составляет около 350 метров. Красное солнышко - промежуточная высота 1065 метров, дальше до смотровой у Верхней станции канатки еще примерно на 100 метров выше (это самый крутой участок подъема). 

От Красного солнышка открываются, безусловно, прекрасные виды, но главное украшение - двуглавый Эльбрус в тот день тщательно прятался:) Да и в последующие тоже:

Причудливые формы скал - результат воздействия ветров:

К Новому году украсили шариками:)

Верхняя станция канатки виднеется:

Лермонтов смотрит на Эльбрус, быть может, доступный его взгляду:

И собака:

В другую сторону виден город и окружающие его горы:

По дороге к Беседке семи ветров (на смотровой у станции канатной дороги):

Тень красиво лежит на склоне:

Виды хороши, да только солнце, выглядывающее из облаков, светит прямо в объектив:)

Кабинка канатки кажется отсюда совсем крошечной:)

Отдохнув немного на лавочке, отправилась вниз тем же путём. Графичность ветвей зацепила взгляд:

Где-то тут меня поймали с вопросом, куда идти на стоянку электрокара. Когда я ответила, что не знаю, потому что пришла пешком, женщина сильно удивилась: "Что, прямо снизу? И сколько ж шли?":))

Пока ходила наверх, на Кисловодск спустился вечер и туманные реки:)

Дойдя до смотровой над Долиной роз, я решила свернуть с терренкура и спуститься вниз, в долину:

За деревьями показались проблески заката:

Потому дальше я шла уже в стремительно надвигающихся сумерках. Снова мимо Красных камней:

Мимо освещённого Шахматного домика:

Успела заглянуть до закрытия в Нарзанную галерею попить водички:

Очень понравились эмалевые работы на одной из стен:

И поужинав в соседней столовой, я отправилась в сторону дома, спать:) Продолжение следует...

    В общем, из десятка разных дорожек к Малому седлу  мапс.ме выбрал для меня коровью тропу. Почти сразу она завела в глухие кусты, где под ногами хлюпала грязь, вся испещрённая следами копыт. Однако, вскоре тропа стала заметно забирать в гору, что давало надежду на то, что грязь скоро закончится. Вместе с грязью закончились и кусты, тропинка вышла на голый, заросший лишь прошлогодней травой горный склон и полезла довольно круто вверх. При этом она становилась всё уже и малозаметнее и порой грозилась исчезнуть из виду совсем. При виде этой исчезающей тропы мне стало как-то не по себе, но я упорно продолжала лезть в гору, пыхтя и задыхаясь на крутом подъеме.

Остановилась у живописных, причудливых форм скальных останцев, чтобы перевести дух и оглянуться назад.

Виды, конечно, открывались сногсшибательные.

Побродив немного среди каменных джунглей, я отыскала продолжение моей тропинки.

У меня были сомнения, но всё-таки я решила двигаться вперед. Возвращаться через утоптанное коровами болото не слишком хотелось. Подъём, казалось, становился всё круче, и не было ему конца. В какой-то момент я поняла, что назад для меня пути уже нет… Ну, просто мне всегда спускаться тяжелее, чем подниматься, а тут местами уже преодолелись такие участи пути, по которым пришлось карабкаться едва ли не на четвереньках. Спускаться на таком угле уклона – не мой вариант. Оставалось только вперёд.

    Так я и шла, шаг за шагом преодолевая крутизну подъема, теряла и находила вновь малоприметную тропу, притормаживала у очередной группы скальных останцев перевести дух и иногда уже теряя надежду добраться до Малого седла хоть когда-нибудь. При мысли о том, что мне придётся всё же повернуть назад и преодолеть все тяготы спуска по этой тропе, к горлу подкатывал ком. Скажу честно: я не испытывала ни капли страха, бродя среди высоких кавказских гор в грузинском октябрьском отпуске, а вот тут среди невысоких плюшевых гор вблизи от города мне иногда становилось страшно и одиноко.

Тяжелее всего пришлось под конец пути. Я уже видела вершину Малого седла, слышала где-то над собой голоса пришедших по нормальной человеческой тропе, но тут передо мной выросло препятствие, показавшееся непреодолимым.

Я вышла к гротам прямо под вершиной Малого седла.

Погода резко начала портиться: сзади набегали темные дождевые облака, начал моросить дождь, а чуть выше меня Малое седло накрылось плотной пеленой тумана. Становилось страшно: в тумане отыскивать тропы сложнее, под дождём трава на склоне становится скользкой. Понимая, что надо побыстрее подняться и выйти на нормальную человеческую тропу, дабы возвращаться уже по ней, я свернула налево от гротов, но вскоре уперлась в отвесную стену, обошла справа, увидела тропинку, довольно круто поднимающуюся вверх, обрадовалась было… но рано. Вскоре она тоже уперлась в почти отвесный склон. Не так уж был высок участок, который нужно было преодолеть, но без посторонней помощи для меня он был недоступен. Если бы кто сверху руку подал, ещё можно было бы попробовать подтянуться, а так… Вдох-выдох, успокоив подступающую истерику, я присмотрелась и увидела ещё одну натоптанную тропинку, уходящую правее от гротов. Моя последняя надежда. Сделав зигзаг, она и вывела меня на финальный участок склона Малого седла.

Идти на смотровую площадку не было ни сил, ни желания, ни смысла – всё вокруг затянуло туманом, в паре метров человека или дерево не рассмотреть, да к тому же стало холодно. Ноги дрожали, дыхание сбивалось, но даже присесть отдохнуть не пришло в голову.

Мне хотелось побыстрее выбраться из этого тумана.  Однако, уровень моего чутья на пешеходные тропы в тот день был таков, что спустившись с трудом по камням, опираясь на палки, я оглянулась и увидела в полуметре нормальную утоптанную дорожку:))

Мои ноги направились к самой широкой колее из всех возможных, хватит с меня козьих троп. Вероятно, я собиралась свернуть на дорогу, по которой ездят электрокары, но тут вынырнувшие из тумана папа с сыном направились немного левее той дорожки, на которую я собиралась повернуть. И я решила последовать за ними, по крайней мере, если блуждать в тумане в поисках дорог, то не одной. Следом за ними я и попала на туристическую тропу, по которой планировала идти на Малое седло.

Не сказать, что она была совсем лёгкой – были местами тоже и грязь, и крутые подъёмы, но с моей козьей не сравнить, возвращение казалось мне лёгкой прогулкой:)) Туман вскоре отступил, видимо, то было облако, оставшееся на вершине Малого седла, идти стало веселее, вновь показались чудесные виды на Кисловодск и окружающие его горы. В общем, жизнь наладилась:) Но вывод о том, что не всегда стоит верить мапс.ме, я запомнила:))

Продолжение следует...

 В преддверии 9 мая покажу пару новых уфимских памятников, которые раньше мне видеть не приходилось. Да и не могла я их увидеть, ибо появились они уже после моего последнего визита в этот город, который случился несколько лет назад. Первый встречает гостей города, прибывающих на железнодорожный вокзал. Я видела его мельком, когда после неожиданного приземления в Уфе в январе приехала на вокзал, чтобы добраться до дому самым надёжным транспортом в зимнюю непогоду - поездом. Тогда я зацепила его взглядом из окна вокзала, но подойти рассмотреть времени не было.

   В этот раз на тот вокзал я приехала, и времени у меня был целый вагон. Поэтому первым делом я отправилась к памятнику, точнее даже, монументу, посвященному "Землякам, ушедшим на фронт", в основе которого скульптурная группа из девяти фигур - мужчин в солдатской форме, уходящих на войну, и женщин, детей, стариков, их провожающих. Мемориал открыт в 2020 году, в годовщину начала Великой Отечественной войны, и что бы там ни говорили критики о непропорциональности фигур, об исторической недостоверности (пишут, что на фронт в 1941-ом отправлялись не с этой станции, а с "Дёмы"), мне кажется, отличный получился памятник, важный, нужный и трогательный, цепляющий за душу. Автор - скульптор Вадим Кириллов.



На скульптурной композиции люди разных национальностей и в различных национальных костюмах - это подчеркивает, что во-первых, несмотря на статус национальной республики, Башкирия - регион многонациональный; во-вторых, что то была общая для всех война, и только вместе в ней смогли победить:



Второй мемориал, посвящённый защитникам Родины, появился совсем недавно - в 2022-ом году на Советской площади. Масштабы впечатляют -  колоннада, полукругом обрамляющая площадь, протянулась почти на 70 метров в длину. В ней 24 колонны, изготовленные из башкирского гранита. На центральных колоннах закреплены пластины с именами 78 Героев Советского Союза, служивших в 112-ой Башкирской кавалерийской дивизии.  В центре - генерал Мингали Шаймуратов, её командир, погибший в 1943-ем году. Автор памятника Салават Щербаков (к слову, создатель памятника князю Владимиру в Москве) изобразил генерала в момент атаки, на вздыбленном коне, с шашкой в одной руке и плетью в другой.



Каюсь, близко к нему я не подходила - сначала торопилась в музей, потом немного рассмотрела со стороны, пока слушала концерт студентов Института искусств по соседству, но без фото. Да и сама слишком близко и подробно не рассматривала, а зря. В следующий раз буду внимательнее. Скульптурные композиции - барельефы с двух сторон пьедестала наполнены множеством смыслов. Слева (если стоять лицом к памятнику) - показаны основные вехи жизненного пути Мингали Шаймуратова (служба в Китае в том числе) и боевого пути его дивизии, в лицах бойцов, стоящих у подножия памятника генералу, узнаваемы лица некоторых реальных сослуживцев.



 С другой стороны расположен барельеф "Душа башкирского народа, его история и легенды". Здесь смешались реальные исторические персонажи (как Салават Юлаев) и мифические герои из легенд и сказок (богатырь Урал-Батыр на крылатом коне), между ними затесались сцены из обычной повседневной жизни - юрты, соколиная охота, праздники и посевные будни. Есть и фрагменты ранней биографии Мингали Шаймуратова - мальчик, играющий на баяне, рядом с колесным пароходом, на котором будущий генерал служил в молодости юнгой. Одно из самых заметных мест на барельефе занимает конница времен Отечественной войны 1812-го года. Башкирские конники участвовали и в изгнании Наполеона из России, и в зарубежных походах 1813-14 года, покрыв себя славой и получив за особую меткость прозвище "Северных амуров".
 

   Все эти отсылки к истории и другим героям приводят к тому, что назвать данный мемориал памятником только генералу Шаймуратову или даже 112-ой Башкирской дивизии в целом было бы неправильным. Это памятник всем землякам-защитникам - от времен наполеоновских войн до нашего времени. Хотя генерал, конечно, весьма уважаем и почитаем в Башкирии, его именем названы улицы нескольких городов, установлено несколько памятников, ему посвящен отдельный зал в Национальном музее. В 2020 году ему было присвоено звание Героя России посмертно (если не ошибаюсь, по инициативе Президента Башкортостана). Перед мемориалом разбит фонтан, через который бегают дети, рядом сквер с лавочками и клумбами, где приятно отдохнуть взрослым. А заодно вспомнить и склонить на мгновение головы перед памятью о Героях...

   Утром я, наконец, выспалась и попала на завтрак в гостинице. На четвертые сутки проживания пора бы уж, наверное:)) Ну, просто завтраки начинаются в половине девятого, а я в предыдущие два дня уезжала в шесть утра. В один из дней, правда, я проговорилась об этом дежурному администратору, и она принесла мне с вечера бутерброды и варёное яйцо, чтобы я совсем голодной не осталась. А тут, наконец, полноценный завтрак поймал меня на выходе из гостиницы - когда одевшись и прихватив рюкзак, я направилась было на улицу, напрочь забыв про тот завтрак, меня остановил голос добрейшей женщины-администратора: "Да куда же Вы опять без завтрака сбегаете?!" Меня чуть не за руку отвели в помещение гостиничного кафе и принялись кормить на десять минут раньше назначенного времени. Обалденные, кстати, каши готовит местный повар. И выпечку - блинчики, пироги и прочее. К тому же мне понравилась организация: для постояльца каждого номера был сервирован отдельный столик - номер комнаты соответствует номеру стола. Всё просто, на всех места хватает, никто не рвётся занять лучший стол, наступая соседу на ноги. Но это так, лирическое отступление в качестве небольшой рекламы гостиницы:)

   Утро выдалось после нескольких пасмурно-снежных дней ясным и морозным по кисловодским меркам - градусов 10 с минусом. Я внезапно осознала, что такая погода означает... потому и попыталась удрать из гостиницы быстро, пока на южном солнце температура воздуха не начала резко прибывать. От дверей моей гостиницы до входа в парк со стороны стеклянной струи - 3 минуты пешком, поэтому через эту часть парка я и начала прогулку:

Как ни странно, но мелкий пруд у Стеклянной струи, как и сам фонтанчик, оказались свободными ото льда:

А вот речка местами скрылась под ледяным панцирем:

Мне хотелось побыстрее подняться наверх, потому я, не раздумывая, отправилась по красному терренкуру, порой срезая его изгибы по прямой через лес. Прошла мимо Красных камней:

Через туевую аллею, мимо серых камней:

Проводник попался, бегунов на тренировку провожал, но слегка устал и отстал:)

Как же мне нравятся эти аллеи:

Чем выше в гору, тем больше снега и пушистого инея на ветках деревьев:

И вот, наконец, я выхожу на открытую местность - природную смотровую площадку у Синих камней, чтобы радостно осознать, что успела я вовремя:)

Да, морозное ясное утро - идеальное условие для созерцания больших гор. Мороз делает воздух прозрачным, обеспечивая отличную видимость на многие километры, и вот он - красавец Эльбрус двуглаво замер на горизонте. Но я именно что успела, ибо слева уже начинают подкрадываться к великану облака:

Внизу раскинулись леса Кисловодского парка и окружающие его ущелья:

Словно в заботливых ладонях, укрытый горами от ветров, лежит внизу Кисловодск:

Солнышко пригревает так, что впору сесть на лавочке, подставив лицо его лучам, да так и провести день, принимая солнечные ванны. За долгую зиму организм соскучился по солнечному свету и теплу. Но на месте я долго сидеть не могу, поэтому топаю дальше - пока без особой цели, хочется просто подняться повыше:) Дошла до Красного Солнышка, составила компанию Михаилу Юрьевичу, который тоже любуется Эльбрусом:

Кисловодск стал ещё миниатюрнее:)

Эльбрус примерил первые облака:)

Решила подняться ещё выше, к Верхней станции канатки, где деревья совсем окутались в белые шубы, захотелось посмотреть на эту зимнюю сказку:

В прошлый раз этот подъём мне дался непросто, быть может, в этот раз я его почти и не заметила, остановилась только пару раз, да и то не отдохнуть, а бросить взгляд назад, сфотографировать панораму:

Ну, и красавец-двуглавый великан, конечно, притягивает взгляд... надо ж полюбоваться, пока не скрылся:)

А вот и снегурочкино королевство началось:)

Шалопаи:)

Пока дошла по тропинке от беседки до станции канатной дороги:

Облака скрыли Эльбрус едва ли не наполовину:

А облачный шарф Эльбруса становится всё шире и пушистее:

Город с высоты птичьего полёта:

Кабинка канатной дороги бежит:

Оглядевшись по сторонам и поздоровавшись с велосипедистом, решила двигаться дальше.

Куда - сама не знала, в этой стороне я раньше не была. Но как можно отказать такой тропинке?:) Я не смогла и пошла по ней.

Продолжение следует... 

   Мы едем дальше, и туман становится всё реже, сквозь него уже показываются первые кусочки голубого неба, и выплывают из него верхушки гор:

Когда мы свернули из Баксанского ущелья в Адыр-Су, уже вовсю светило солнце. Адыр-Су - это ущелье, уходящее в сторону от Баксанского, по дну которого течёт одноимённая река:

Помимо красоты природы, сюда влечёт чудо технической мысли - автомобильный подъемник-фуникулёр. Площадка поднимает машину на высоту около 60 метров, пассажиры и водитель идут пешком по боковой лестнице. От верхней точки подъёмника автомобиль может продолжить путь дальше - к альплагерям и станции МЧС. Володя рассказывал, что летом этот фуникулёр весьма востребован, хвост очередь растягивается до поворота на Баксанское ущелье:

Зимой же дорога к альплагерям скрыта сугробами, потому площадку за невостребованностью завешали свитерами и прочими тёплыми сувенирами:) Ущелье же безлюдно и весьма живописно:

Едем дальше, приближаясь всё ближе к Терсколу и Поляне Азау, и всё белее, снежнее становятся горы впереди, обозначая приближение финальной точки маршрута:

Наконец, въезжаем на парковку Поляны Азау. Продолжение следует...

   Итак, по вчерашней схеме мы отправились первым делом к кассе. Как и на Эльбрусе, на вершину Мусса-Ачитара ведут три очереди подъемников, однако, здесь на каждую продаются отдельные билеты. Ну, или можно купить общий с небольшой скидкой. Я вспомнила вчерашнее предупреждение Володи об очередях в кассах на станции канатки, купила единый билет на все три очереди, заплатив 2000, и... совершила ошибку. Учитывая прогнозы погоды, правильнее было бы взять только на первую, а дальше ориентироваться на месте. Ибо в тот день дальше первой я так и не поднялась. Не было у меня сожаления по поводу напрасной траты денег, просто извлекла урок на будущее. Нижняя станция канатной дороги находится прямо рядом с кассой, здесь ходят современные восьмиместные кабинки, такие же, как на Эльбрусе:

   Кабинка поднимает с высоты поселка Домбай (1590 м) до 2277 м минут за 6-8, плавно скользя между верхушками высоченных ёлок. Завораживающее зрелище. Невероятной красоты и стройности хвойные растут на этих склонах. Подъем почти на 700 метров слегка встряхнул мозг, но особого дискомфорта не доставил - всё-таки общая высота невелика, в отличие от подъемников Эльбруса. Мелькнула было мысль сразу подняться выше, для чего надо было пересесть на кресельный подъемник. Я подошла к месту посадки и уткнулась носом в невесть где начинающуюся очередь. Не, она была не длинной, она была широкой:)) На сравнительно небольшой площадке толпа желающих подняться выше по-другому просто не помещалась, кроме как плотно стоя в 25 рядов, которые каким-то волшебным образом потом перестраивались в 2 - по количеству пропускных турникетов. Самое удивительное, что во всём этом хаосе перестроения лыжники умудрялись ещё как-то пристёгивать лыжи, чтобы на кресло подъемника забраться уже "обутыми". Я окинула взглядом всё это необозримое людское туристическо-горнолыжное море и решила пойти прогуляться, авось очередь немного уменьшится.

   Площадка на высоте 2277 м оказалась каким-то невероятным средоточием туристического бизнеса. Я всё понимаю: для многих местных жителей туризм - единственный источник дохода, но всё же то, что я увидела - явный перебор, производящий удручающее впечатление. Поднимаясь в горы, всё-таки хочется видеть природу, горы, виды, облака, а не бесконечный базар. Тут же - целый сувенирный рынок, будто мало его (огромных размеров) у подножия в поселке возле парковки, несколько кафе, сфотографироваться с яками, сфотографироваться на лавочке с надписью "Счастье в горах", сфотографироваться с надписью "Люблю Домбай", записать панорамное видео, сфотографироваться ещё с чем-то и кем-то... в итоге заставлен и застроен буквально каждый сантиметр, что удивляться, что в очередь на подъемник встать некуда-то? Хотя яки красавцы, конечно, но мне кажется, все эти фото их уже изрядно утомили.

И отдельная тема - покататься на ратраке... Этот бизнес для меня вообще за гранью добра и зла. Учитывая очередь на подъемниках, заработок там неплохой - 1000 рублей с человека, на площадку ратрака набивается (как селедки в бочку) человек 20-25, как они оттуда не сваливаются, осталось для меня загадкой. Поэтому машинки эти, вообще никак не предназначенные для катания туристов, гоняют нещадно по склону туда-сюда несчетное количество раз:

   Я не спорю, катают везде. Но нигде ещё я не видела, чтобы ратраки гоняли с такой частотой специально для покатушек. Обычно подвозят попутно, когда собираются наверх для того, чтобы пройти подровнять трассу или отвезти какой-то груз.  Больше того, на наших уральских курортах я никогда не видела работающий ратрак на трассе, по которой идёт катание. Обычно он уплотняет трассы во внерабочее время или когда склон закрывают специально для того, чтобы пустить ратрак (обычно по очереди, по одной трассе, направляя катающихся на другие). Потому что... ну, представьте эту огромную зверь-машину, занимающую порой всю ширину трассы, ползущую навстречу спускающимся на скорости лыжникам/сноубордистам, среди которых далеко не все профессионалы или даже опытные любители. У меня на глазах, когда навстречу девочке-лыжнице из-за поворота внезапно вырулило это чудо техники, она растерялась так, что сначала просто не сообразила, что делать, потом резко повернула, врезалась в сугроб на склоне, упала, при этом от удара её откинуло чуть не под гусеницы. Удержалась и отползла обратно к сугробу на краю трассы буквально чудом. Ну, и такой ещё момент - после прохождения ратрака снег на склоне становится довольно рыхлым, нужную твёрдость он приобретает только через час-полтора при хотя бы слабой минусовой температуре в состоянии покоя. Т.е. по сути лыжники и сноубордисты катаются просто по снежной каше. Если учесть ещё и огромные долгостоящие очереди на подъемник, честно сказать, на лыжах кататься сюда ехать у меня желания не возникло бы. Собственно, мои наблюдения подтвердили потом сидящие за соседним столиком в кафе ребята, делившиеся впечатлениями: "Наверху трассы хорошие, но туман такой, что ничего не видать, скорость не наберешь - опасно. А внизу всё разбито, ратраков в прошлом году не было, куда лучше было..."

   Ладно, негативные эмоции выплеснула, перейду к позитивным:)) Горы прекрасны, даже когда с погодой не очень повезло. Потому найдя себе более-менее немноголюдную обзорную точку на склоне, я принялась смотреть на горы:) Поначалу тучами было затянуто всё так, что чётким треугольником обозначился только пик Инэ: 

да ледник с труднопроизносимым названием Джугутурлючат за ним, что расположен на склоне одноименной горы, которая поначалу пряталась в тумане. Как и Домбай-Ульген, что лишь слегка проглядывает слева, за склоном:

Потом вроде бы стали появляться просветы меж облаков, в которые виднелось голубое небо, даря надежду на повторение вчерашней смены погоды, что довелось увидеть на Эльбрусе. Но надежда быстро стала призрачной:) Облачность, казалось, только сгущается:

Внизу в долине лежит посёлок Домбай:

На склонах гор большими белыми полотнами лежат массивы ледников Алибек и Двуязычный:

   В какой-то момент облачность вокруг стала невыносимо белесой, казалось, её вот-вот прорвёт поток солнечный лучей. И я решила-таки попробовать подняться дальше - авось, пока проеду следующие 700 метров набора высоты, солнце разгонит туман и откроются виды:) Очередь на подъёмник никуда не делась и ничуть не уменьшилась. Я встала в один из этих 25-ти рядов, с краю. Простояла минут 20, продвинувшись на пару шагов. Сзади подошли ещё желающие встать в очередь, напирая на пятки. Со всех сторон образовались настолько плотные ряды, что впору было словить клаустрофобию. И в этот момент канатка остановилась. Ничего страшного, такое бывает. Пока её перезапустили, прошло ещё несколько минут, моё терпение начало иссякать. И в это время случилось решающее - вновь подошедшие туристы стали расспрашивать стоящих в очереди к турникету, где можно купить билет. Им показали на стоящую рядом кассу, но парень со сноубордом при этом добавил: "Только деньги зря потратите. Не видно вообще ничего, сплошной туман." Я посмотрела вверх, в уходящие к плотному слою облачности кресла подъёмника, и поняла, что он прав. Стоять минут сорок ради того, чтобы просто прокатиться на подъемнике - не стоило, даже при том, что билет уже всё равно был куплен. 

   Я вернулась обратно, на присмотренную обзорную точку на склоне, и принялась наблюдать за спускающимися мимо по трассе лыжниками/сноубордистами. Люблю смотреть, как другие катаются, оживают воспоминания о том, как сама пыталась учиться стоять на лыжах, накануне на Эльбрусе даже что-то в душе перевернулось, захотелось покататься:) Особенно за детишками интересно наблюдать - пяти-шестилетки носятся на своих маленьких лыжах, опережая родителей, совершенно бесстрашные же. 

Ну, и за бродящими хороводом вокруг вершин облаками смотреть не забывала, конечно:)

Постепенно выглянула из-за облаков красавица Белалакая:

На то, как меняется небесно-облачная картина, можно смотреть бесконечно:

Старая кабинка приехала парковаться:

А между тем и Зуб Суфруджу иногда замелькал в просветах облаков:

А Инэ и Джугутурлючат, напротив, укрылись облачным одеялом:

Домбай-Ульген прячется, так и не показался:)

Вдали выглянули из тумана два треугольных пика - Аксаут и Сулахат:

Окошко в небо:)

Облака мимо плывут, спускаясь всё ниже:

Зуб в рамке из облаков вдруг оказался виден чётко и ясно:

Облака всё больше и больше сгущались, и когда стало ясно, что ждать внезапного прояснения уже бесполезно, я почувствовала, что начала замерзать и хочу есть. Потому, не отходя далеко, я зашла я кафе "У ручья", рядом с которым стояла, заказала хычин и чай, попросив принести всё это на открытую веранду, чтобы продолжать смотреть на горы. Шикарная у них там веранда из дерева, с креслами-качелями и диваном, однако я присела за обычный деревянный столик - поближе к видам. И кормят вкусно:)

   Станислав давал нам четыре часа. Когда я поняла, что подниматься дальше первой очереди не буду, подумала, что времени вагон, и надо бы, наверное, придумать, куда его деть. Мелькнула мысль спуститься пораньше и сходить к альпакам, но в итоге этот танец облаков меня так заворожил, что я не заметила, куда делись эти четыре часа. Допив чай и посмотрев на часы, я обнаружила, что до назначенного времени отъезда осталось полчаса. Внезапно:) Потопала к кабинкам канатки, на спуск. Проходя мимо турникетов на креселку второй очереди, я неожиданно увидела полное отсутствие очереди - то ли лыжникам надоело чувствовать себя ёжиками в тумане, катаясь наощупь, то ли вовсе из-за отсутствия видимости трассы наверху закрыли? Спустившись к парковке и найдя взглядом машину, я успела только заглянуть на сувенирный рынок, чтобы купить горного травяного чаю.  

   Прождав минут десять всё ту же пару, что ждали с утра, мы тронулись в обратный путь. Поднимавшиеся наверх делились впечатлениями, мы со Станиславом спорили по поводу того, когда сюда нужно возвращаться. Сошлись-таки на октябре:)

   Проехав совсем немного, мы остановились у реки Уллу-Муруджу, чтобы попробовать чистейшей и вкусной водички. "С реки кому-нибудь пить доводилось? - спросил Станислав, раздавая стаканчики. - Если нет, сейчас впервые и попробуете.":) Мне доводилось, конечно, но это ж не повод отказываться. Река берет начало с ледников, где-то по пути проходит через серебряную жилу, что способствует, как известно, очистке воды, по пути прыгает по камням, бурля и насыщаясь кислородом. Вода в самом деле прозрачная, холодная, голубовато-бирюзового оттенка, который появляется у ледника в солнечных лучах. Очень вкусная - не напиться. Говорят, в бутылках не портится очень долго. А вокруг сказочный, высоченный хвойный лес... и воздух, который хочется черпать ложками и складывать про запас. Жаль только, деревьев поваленных много, Станислав сказал, что в прошлом году по осени ветра были очень сильные, поваляло:

Мы ехали дальше, в сторону Карачаевска, а затем Шоанинского храма. Продолжение следует...