Нафанин сундучок

   Если вы оказались у памятника Чкалову на набережной, скорее всего, вы дошли туда пешком по Советской. Уехать оттуда на общественном транспорте не получится от слова «совсем». Чтобы найти какой-то транспорт, нужно будет вернуться хотя бы до Драмтеатра. Чтобы не ходить одними и теми же дорогами, можно пройти по параллельным улицам, посмотрев на местами сохранившиеся домики купеческого Оренбурга 19-го века, а можно дойти до остановки другим маршрутом. Его и рассмотрим:)

    Для начала нужно спуститься по ступеням к пешеходному мосту. Можно сделать это, пройдя через копию ворот, подаренных некогда городу Елизаветой Петровной:

    Далее поворачиваем налево и проходим немного (несколько десятков метров) до лестницы, ведущей вверх. Раньше мы ходили по шпалам детской железной дороги, но осенью прошлого года расчистили полосу вдоль нее и проложили пешеходную дорожку в рамках реализации проекта реконструкции набережной. Не всё там, понятно, еще доделали в связи с наступлением холодов, какие-то работы продолжатся и в этом году, но пройти уже будет можно. Лестница, к слову, называется Александровский спуск. Поначалу она была скучно-бетонной,

но несколько лет назад её отдали в качестве холста молодежи, участвующей в международном форуме. Поэтому теперь, поднимаясь по ней, можно рассматривать симпатичные граффити, заодно будет повод передохнуть во время подъема:

   Поднявшись, наконец, наверх, попадаем на Марсово поле. Да, не поверите, оно у нас есть:)) Причем существует уже более ста лет. Потому что так назывался парк, который располагался в конце 19 века на берегу Урала в районе современных улиц 8-е марта, Челюскинцев. Территория парка включала в себя древесный питомник, цветники, павильон для музыки, площадку для игр в крикет, площадку для таун-тенниса, американские качели, чайный павильон и даже домик курильщика. Но постепенно площадка пришла в запустение. К очередному дню города (270-летию) парковую зону решили возродить. И теперь здесь небольшой сквер с детской площадкой, фонтаном

и памятником Петру I.

У меня в архивах ещё сохранилось фото, когда на его месте стоял только камень, обещающий памятник:)

   Отсюда же начинается и Красная площадь. Да, и она у нас есть:)) На самом деле это одна из старейших улиц города, точнее, района Форштадт, бывшего некогда казачьей слободой у стен города-крепости. Сегодня  - это район элитной застройки с жилыми домами, клубным отелем "ЯР" и рестораном "Александр", а также с местным Гидромецентром (т.е. именно в этом районе города прогноз наиболее близок к реальности:)) Начинается улица от весьма примечательного здания-башенки, в народе именуемого «Ведьминой шляпой». Там как раз располагается ресторан, обещали, что наверху будет смотровая площадка, но подозреваю, что если она и есть, то подняться по ней могут разве что посетители того ресторана. Да и ладно. Мне на самом деле эта конструкция больше нравится с другого берега, с Зауральной рощи, когда она отражается в реке:).

Однако, по улице Красной площади мы не пойдем, наша задача – выйти на ул.Челюскинцев. Поэтому идём за спину Петру, дальше - мимо фонтана и проходим через двор мимо жилых домов-пятиэтажек. Идти буквально несколько метров, и уже виднеется проезжая часть, это и есть Челюскинцев. Если продолжим идти прямо, выйдем к началу улицы 8 марта, где тоже есть остановки общественного транспорта, но это не так интересно. Мы же ещё хотим прогуляться:) Потому поворачиваем направо и топаем по той самой улице Челюскинцев. Буквально через пару шагов мы увидим здание (дом №17), некогда построенное для Оренбургской духовной семинарии.

   В 1878 году были объявлены торги на строительство, которые выиграл небезызвестный купец Белов (тот самый, в память о котором, точнее, о его ресторане «Поплавок» набережная по сей день в народе зовётся Беловкой). Здание было достроено к 1884-ому году, П.Столпянский писал о нём так:

«Духовная семинария — громадное красивое здание заключает в себе массу жилых и др. помещений светлых, высоких, снабжено всеми приспособлениями по гигиенической части и огорожено каменной с железными решетками оградой, которая заключает в себе площадь более 8400 кв. саж. земли на самом высоком и лучшем в городе месте. Виды из окон здания во все стороны поразительно хороши».
   В советские годы в нём располагался корпус легендарное лётного училища, подготовившее множество летчиков-героев СССР и космонавтов. После закрытия лётки в 1990-ые в здании располагался Кадетский корпус. Сейчас часть здания снова передано духовной семинарии, восстановлен домовой храм. Несколько лет назад пошли слухи, что семинария претендует на всё здание полностью, в связи с чем планируется выселить из него кадетов и музей космонавтики, занимающий три зала в этом же здании, но пока все они продолжают мирно сосуществовать на одной территории. Что касается музея, в нём больше даже не экспозиция, посвященная освоению космоса, а музей истории и славы бывшей здесь лётки и её выпускников. Очень хотелось бы посмотреть, но, к сожалению, это, наверное, единственный музей города, который работает так же, как и я – с понедельника по пятницу:)) Потому ходят туда в основном школьники по предварительной записи.

   На противоположной стороне улицы похожее по стилистике здание (Челюскинцев, 18): в нём с 1888 года располагалось Женское епархиальное училище, готовившее преподавателей для церковно-приходских школ.

Автором проекта здания был архитектор Ф.Маркелов.

Обучение в училище продолжалось 6 лет и включало 22 предмета. Сегодня эти стены также становятся вторым домом для студентов примерно на тот же срок, поскольку в нём располагается один из корпусов Оренбургского аграрного университета. Следующее за ним здание (дом 20) уже новодел, но выстроен в схожем стиле. Перед зданиями корпусов ОГАУ, за ажурной оградой, можно рассмотреть пару бюстов светил сельхоз.науки: Вавилова и Константина Скрябина.

   Улица Челюскинцев невелика. Пройдешь буквально мимо зданий университета, и услышишь уже звон колоколов или увидишь скоро блеск церковных куполов. То показался впереди храм Серафима Саровского. Он построен сравнительно недавно, в 2004 году недалеко от того места, где некогда располагался Георгиевский войсковой собор – церковь оренбургских казаков.

    Если дойдя до храма, повернуть налево, мы пройдем вдоль ограды ДК Газовик и выйдем на улицу Чкалова. Поворачиваем направо, идём вдоль всё той же ограды, видим за ней фасад ДК, узнаваемый по крупному мозаичному панно (единственное фото стырила из интернета):

Доходим до подземного перехода, спускаемся в него, выходим на противоположной стороне улицы и видим перед собой Никольский кафедральный собор.

Это, наверное, один из немногих храмов Оренбурга, сохранившийся с дореволюционных времен. Он был основан форштадскими казаками в 1883 году. Центральная Никольская церковь существует с тех времен и по сей день, потому что храм, хоть и закрывался в 30-ые годы, но разрушен не был: в нём располагалось общежитие, а потом, в период эвакуации военных лет – архивы НКВД из Ленинграда и Москвы. В 1944 году храм снова открыли, в 1950-ые годы расписали заново. В 1990-ые достроили колокольню и несколько зданий: часовню, крестильню, административные постройки.

   Рядом с собором располагается сквер владыки Леонтия, любимого в народе митрополита Оренбургского и Бузулукского(Никольский собор, к слову, является местом его погребения). В сквере есть памятник героям Первой Мировой

и Оренбургскому казачеству.

  Где-то вроде бы взгляд цеплял информацию о том, что открыли недавно памятник и самому Леонтию, но что-то в том сквере я давненько не была, надо сходить проверить:)

   На том пешеходную прогулку заканчиваем, ибо мы оказались прямо у остановки, с которой можно уехать как в сторону жилых районов Степного, в т.ч. на проспект Победы к гостинице «Виктория», так и в сторону Национальной деревни, например, если вновь перейти на другую сторону улицы. А можно вновь вернуться пешком в центр города и продолжить гулять)

  Если пойти гулять по бульварному кольцу Еревана, рано или поздно обязательно выйдешь к этому памятнику – присев на небольшом каменном пьедестале, задумчиво глядит вдаль поэт-романтик Ваан Терян. Куда смотрит он, о чем задумался?



   Оренбургский памятник на ереванский не похож: более суровые, скорбные, но всё же узнаваемые черты лица.



   Да и не мудрено: если в солнечной Армении прошли беззаботные годы детства и юности, то в суровом заснеженном Оренбурге зимой 1920-го года Теряна подстерегла смерть. Как же оказался армянский поэт в далеком степном городе?
   Ваан Терян оказался в Москве, когда грянули кровавые события 1905-го года. Он был молод и горяч, и ярким пламенем зажегся в его сердце огонь революции. С приходом к власти большевиков Терян, получивший прекрасное образование в Лазаревском институте, и знавший несколько иностранных языков, занял должность в комиссариате по национальным делам. Он принимал участие в переговорах о заключении мира в Брест-Литовске в 1918-ом году, но без права голоса, в качестве консультанта по армянским вопросам. Всё время, пока шли переговоры, он в яростных спорах с Троцким и Сталиным отстаивал армянские интересы. Видимо, слишком горячими были споры, слишком мешал выстраиваемой внешнеполитической линии молодого советского государства неуступчивый сын армянского народа. Есть версия, что его удалили подальше от столицы, в 1919 году отправив с неким тайным поручением в Турцию и Персию через Ташкент. Цель той поездки канула в омут истории, да и сама поездка оборвалась на половине пути.
   Он выехал в октябре, в нетопленных вагонах, с постоянными задержками в дороге...у Теряна обострился давно мучивший его туберкулёз, он вынужден был сойти с поезда в Самаре, чтобы немного набраться сил. Через несколько недель он снова сел в поезд, идущий на Ташкент. Но доехал лишь до Оренбурга. Здесь из-за вновь ухудшившегося самочувствия он снова вынужден был сойти с поезда. Вместе с поэтом в путь отправилась 19-летняя Анаит Шахиджанян. Формально – как товарищ по службе, фактически же она была его женой, счастьем, последней любовью, музой (официально Терьян всё ещё был женат на первой супруге Сузанне, с которой его давно разучила гражданская война, расстояние и остывшие чувства). Еще будучи в Самаре, Анаит встретила давних знакомых, живущих в тот момент в Оренбурге. Радовались встрече, звали в гости… кто бы знал, что вскоре придется воспользоваться приглашением, да только повод будет нерадостным? К ним, семье Оганян, в дом на улице Гришковской (ныне Чичерина, 32) и привезла Анаит больного Ваана. В этом доме он провел последние дни своей жизни. Здесь в холодном заснеженном Оренбурге 7 января 1920-го года он и умер на руках юной, испуганной и носящей под сердцем ребёнка Анаит. Где-то здесь его и похоронили. Где именно – точно не известно, нет давно старого кладбища, что размещалось в районе современной улицы Аксакова.
  Через несколько месяцев после его смерти Анаит, вернувшись в Москву, родила дочь Нвард, которая, повзрослев, стала биографом отца, опубликовав его письма и собрав по крупицам всё, что удалось узнать о его короткой драматичной жизни. Нелегко складывалась их жизнь, но стоит ли об этом?..
   Быть может, лучше о поэзии? Что меня удивляет, так это то, как яростный и пылкий борец революции уживался в Ваане Теряне с мягким и нежным поэтом-лириком, поэтом-романтиком. В его стихах - трепетная любовь: к жизни, к родной Армении, к любимой женщине. Они проникнуты ласковой нежностью и трогательной грустью. Он стал новой вехой, новым этапом в истории армянской поэзии, обогатив её не только собственными стихами, но и великолепными переводами зарубежных классиков. Особенно любил Верлена, мечтал перевести на армянский «Витязя в тигровой шкуре», да так и не успел.
***
День умирает. Медленная мгла
Ложится наземь невесомой пряжей.
Как тихо! Как спокойна и светла
Дремота вечереющих пейзажей!
Безмолвные не дрогнут тростники,
Застыли на воде их отраженья.
В раздумье небо, поле, гладь реки
И всё вокруг—ни звука, ни движенья.
Задумавшись, стою. Вокруг покой,
А в сердце грезы или грусть—не знаю.
И не ропщу на свой удел мирской,
И прошлое уже не проклинаю.
***
Нет, я в горах не одинок —
Со мной трава и синь густая,
И тихо ластится у ног
Тумана дымка золотая.
Меня целует поутру
Луч солнца, золотящий склоны,
Меня в полдневную жару
Прохладой окружают кроны.
Жизнь улыбается, маня
Цветами, звездами, листвою.
Душа распахнута моя,
Как небеса над головою.
Я вниз гляжу, и мне близки
Все расстоянья в мире этом,
И стряхивает груз тоски
Душа, наполненная светом.
***
День затих... Небеса возжигают златые кадила.
Небо, море, земля — всё пронизано негой огней.
Если б чья-то душа в этот ласковый свет погрузила
И смешала бы с ним боль души одинокой моей!..
 
Снова душу мою охватило страданье без меры.
Этой тайной тоске, мрачной боли — названия нет.
Если б чья-то душа даровала мне тихую веру
И шепнула бы мне, что и я обрету еще свет!..

   Странна и избирательна человеческая память, причудливы изгибы истории. А.С.Пушкин, хоть и "наше всё", но побывал в нашем городе лишь однажды и пробыл что-то около суток, собирая информацию о пугачевщине. Об этом знает каждый житель Оренбурга. Напоминая о том кратком визите сидит бронзовый Пушкин у здания музея истории, ведут неспешную беседу бронзовые Пушкин и Даль в сквере Осипенко, бронзовый бюст поэта установлен возле того места бывшей Бердинской слободы, где расспрашивал он старую казачку, помнившую Емельяна. Написано множество очерков, в которых буквально каждая минута пребывания поэта в городе описана и проанализирована. И это здорово на самом деле. Немного обидно другое... 

   Многие из жителей города, доведись им услышать имя Неплюева, будут судорожно вспоминать, где же они его слышали. И быть может, и не вспомнят, пока взгляд случайно не упадет на скромный бюст на фоне полукруглой колоннады, над которой лентой вьется надпись: "Основателю города Оренбурга, первому губернатору Оренбургского края - благодарные потомки". Благодарность нашла выражение в материальном памятнике лишь в 1994-ом году:

   Но был когда-то и другой "памятник"... Вот о нём и хочу сегодня рассказать.

  Иван Иванович Неплюев - личность выдающаяся и заслуживает отдельного рассказа, сегодня ж речь не о нём самом, а об увековечении его памяти. Скончался он в ноябре 1773 года. Ровно через сто лет тогдашний генерал-губернатор Оренбурга Николай Андреевич Крыжановский предложил в память об И.И.Неплюеве построить храм, которого не видывал еще пропыленный степными ветрами город. (Далее - выдержка из книги исследователя Оренбургского края Глеба Михайловича Десяткова "Казанский кафедральный собор").

   "Было предложено основать его там, где когда-то стояли Сакмарские ворота. После уничтожения крепостного вала и этих ворот образовалась огромная площадь, на которой самопроизвольно возник продовольственный рынок, своей антисанитарией постоянно вызывавший у городских властей головную боль. Городской думе помог сильнейший пожар в 1879 году, уничтоживший это чрево, или, как его еще называли местные жители, "скотскую обжираловку". Удивительно - но факт! У городских властей, как и сейчас, так и в те далекие годы, на строительство столь значительного сооружения денег не было. Поэтому генерал-губернатор предложил дело не откладывать "в долгий ящик", а открыть подписку и сбор средств у населения. Сам тут же вложил 500 рублей. Понимая, что надеяться на сбор средств только в одной Оренбургской губернии - дело безнадежное, решил обратиться к Его Императорскому Величеству (9 августа 1874 года) за разрешением на сбор пожертвований по всей России. Таковое было получено.
    Для сбора пожертвований был избран специальный Комитет. На Караван- Сарайской площади была поставлена специальная временная церковь. Как показало время, этой церковью за 20 лет была собрана, по тем временам, весьма значительная сумма - 57 795 руб. 78 коп. Следует сказать, что деньги на строительство этого храма жертвовали не только русские, но и люди другой веры (башкиры, татары)... Сбор пожертвований на строительство храма пошел по всей России. Но проекта храма Комитет еще не имел. Поэтому за помощью обратились в Императорскую академию художеств. Там был объявлен конкурс на лучший проект. Отобрано было два - один художника Леонова, второй - архитектора Шреттера. Ни один из проектов Комитет не устроил. Было предложено Шреттеру доработать свой проект, сохранив фасад, предложенный Леоновым.
  20 октября 1879 года Комитету был представлен доработанный проект. Его сметная стоимость составляла около 700 тыс. руб. Комитет располагал средствами в десять раз меньшими. По дворам города продолжали ходить монахини во всем черном, с кружками на бечеве, на которых было написано: "На строительство храма".
  Каждый жертвовал сколько мог. Устраивались "обеды по подписке", на которых тоже собирались значительные суммы. И тем не менее денег не хватало... Строительство собора отложили до лучших времен...
  ...Прошло шесть лет. В 1885 году в Оренбурге находился академик Ященко. Губернатор Маслаковец предложил Комитету за помощью обратиться к гостю. Он согласился. На разработку эскизного проекта собора, его утверждение, разработку рабочего проекта академику потребовалось всего менее года. 23 января 1886 года проект был Высочайше утвержден со сметной стоимостью строительства в 213 400 рублей."

   Тут следует, пожалуй, прерваться, чтобы понять, кто же тот гость, которому было доверено проектирование собора. Александр Александрович Ященко - выдающийся русский архитектор, мастер неовизантийского стиля. Его талант нашел применение прежде всего на землях войска Донского, где по его проектам было построено несколько гимназий, вокзал Новочеркасска, Донская Духовная семинария, Музей Донского казачества и т.д.  Но, пожалуй, главным апогеем его мастерства, воплощенного в камне, являлись три крупнейших собора - Казанский в Оренбурге, собор Александра Невского в Ростове-на-Дону и Вознесенский войсковой собор в Новочеркасске. Ростовский постигла та же участь, что и наш, оренбургский. А вот Вознесенский собор в Новочеркасске уцелел, и по сей день, глядя на него, мы можем представить, каким был символ Оренбурга конца 19-го века, ведь он является по сути братом-близнецом разрушенного оренбургского храма.

   "Вскоре начались земляные работы. После торжественной Литургии 8 сентября 1886 года архиерей Макарий с крестным ходом опустился по земляному откосу в глубь приготовленного для постройки храма места, углубленного до десяти с половиной аршин (более семи метров), и совершил закладку храма... но не на первоначально отведенном Думой месте - на Караван-Сарайской площади, которое признано было неудобным, а на Сакмарской площади, где он и стоял до момента его уничтожения.
    Как только начались регулярные строительные работы, выяснилось, что не хватает для стройки специальным образом обожженного кирпича. Шла же только кладка подвального этажа. Про это узнали местные купцы. Они быстро сообразили, что для постройки храма такой кирпич будет требоваться во все возрастающих размерах. То был редкий случай, который подворачивается раз в жизни, и то не каждому. Они предложили соборному Комитету построить кирпичный завод с круглосуточным циклом работы, который обеспечит бесперебойное снабжение стройки таким кирпичом. Но купцы есть купцы! О собственной выгоде, даже в таком деле, как строительство храма, не забыли! Они поставили условие, чтоб Городская дума освободила их от уплаты налогов сроком на десять лет. Для богоугодного дела Думе ничего было не жаль!
  Купцам отвели место для строительства завода. Одновременно с обеспечением строительства собора дельцы активно снабжали высококачественным кирпичом и местный рынок. Необлагаемый налогами кирпич дельцам принес баснословные прибыли!
   Далее стройка шла следующим образом:
  В 1888 году выкладывается цоколь. Кирпичная кладка по ярусам шла четыре с половиной года. В 1893 году собор покрывается железом, начинаются штукатурные работы, которые заканчиваются в 1894 году. И снова беда - выясняется, что на отделочные работы средств не хватает. Это означало, что окончание строительства, следовательно и освящение храма будет отодвинуто на неопределенное время... На помощь пришла вдова оренбургского купца М. Л. Иванова – она пожертвовала тридцать тысяч рублей, которые пошли на устройство иконостаса, на писание икон и на отливку колоколов.
 Для отливки колоколов в Оренбург был вызван мастер "колокольного отлива" с известного московского колокольного завода господина Финляндского, которому заказывали отливать колокола и для храма Христа Спасителя в Москве. Как говорят некоторые документы, отливка колоколов производилась на Сенной площади. Смотреть на это таинство собрались не только жители города, но и с его окрестностей. Собравшиеся бросали в котлован серебряные монеты, украшения, кольца - "для лучшего звона" - говорили они! Колокол весом 302 пуда был отлит 20 августа 1894 года. На нем была надпись: "Господь сил той есть Царь славы! Сей колокол лит во славу Божию и Пресв. Богородицы иждивением Марии Львовны Ивановой в память помолвки Государя Наследника Николая Александровича".
   Большому колоколу, весом в 723 пуда, не повезло. Он был получен со второй отливки 7 октября 1894 года. Вес его языка-более 25 пудов. Колокол имел рельефы, изображавшие лики херувимов, Спасителя, Божией Матери (Казанской иконы), преп. Макария египетского, Александра Невского, кн. Владимира, преп. Сергия Радонежского, Марии Магдалины и княгини Елены. На звонницу колокола подняты 4 декабря и закреплены на особых стальных контрфорсах. Подъем "сделан" без машин, усилиями рук верующих людей, которых
набралось к собору тысячи, несмотря на мороз. "Так велика у русского народа ревность к храмам Божиим! - восклицал современник. - Радостным чувством забилось сердце граждан, когда с небольшой сравнительно звонницы раздались мощные звуки большого колокола, возвестившие миру, что одним храмом стало больше на лице земли Русской".

    И еще небольшой отрывок, дающий представление о том, каким был уже построенный собор:

"  ...Вот как описывал в 1915 году этот собор П. Райский в своем "Путеводителе по г. Оренбургу" .
   "Собор устроен по проекту архитектора-художника Ященко в византийском стиле, наподобие храма св. Софии в Константинополе с выдающимся посредине обширным куполом, который с трех сторон облегают три полукупола, а между ними красиво возвышаются четыре колокольни. Высоко поднимаясь над городом, собор как бы царит над ним... Внутри собор художественно расписан живописью и орнаментами наподобие собора св. Марка в Венеции. При обилии дневного света, льющегося со всех сторон из больших окон, а также при освещении собора вечером электричеством внутренность его имеет необычайно красивый и величественный вид. Кроме главного алтаря, в соборе устроено два придела: во имя Святителя Николая Мирликийскаго чудотворца и преп. Сергия Радонежскаго."

   Высота храма достигала 54 метров, в нём находилась точная копия иконы Казанской Богоматери, почитаемой как чудотворная. На главном иконостасе находились иконы работы художника Владимира Маковского, а на одном из пилястров была помещена его большая картина "Явление Богоматери преподобному Сергию". 

  К сожалению, простоял великолепный храм не долго. В 1930-ые, на волне борьбы с религиозным культом, было принято решение его разрушить.  Вот такое чудо мы утратили страшным днем 1932 года.

  Ходит легенда, что в оренбургский горисполком пришло письмо с указанием сохранить Казанский собор как памятник архитектуры, но в период отпусков и по известной русской халатности его положили под сукно да  благополучно забыли. И вспомнили о нем только, когда раздался взрыв, уничтоживший храм. Подобное письмо найти не удалось, потому и существует эта история в разряде легенд, похожих на правду. Храм удалось разрушить далеко не сразу. Крепка была кладка, на совесть строили, на долгие годы. Несколько взрывов понадобилось, чтобы рухнули стены, часть их вместе с фундаментом в руинах сохранялись вплоть до 1936-го года. На месте Сакмарской площади, где возвышался величественный храм, сейчас здание областной администрации. В сквере с фонтаном перед ним стоит памятный камень - всё, что нынче напоминает о разрушенном храме:

   Но жители и гости области могут получить примерное представление о том, как выглядел собор. И для этого даже не нужно ехать в столицу донских казаков. Достаточно проехать всего несколько десятков километров от города. Ведь Свято-Троицкий собор в Саракташской обители - уменьшенная в полтора раза (на 12 метров ниже) копия взорванного Казанского собора. И на самом большом его колоколе вьется памятной ленточкой надпись: "В память о разрушении в лихие годы 1932-36 кафедрального собора в честь Казанской иконы Божьей матери..."

   Когда Казанский собор был разрушен, местные жители втихомолку уносили с места взрыва кирпичи, в память об утраченной красоте, с верой в сердце. Пару таких кирпичей подарили Саракташской обители, когда было принято решение о строительстве Свято-Троицкого храма, повторяющего форму Казанского. Один из кирпичей сохранили в музее, второй же заложили в основание собора, где-то в районе алтарной части. Право уложить сей кирпич в кладку было предоставлено старейшей жительнице Дома милоседрия, расположенного на территории обители. Однако, все оказалось не так просто - бабушка была выбрана не только за почтенный возраст и угодный Богу образ жизни, а потому еще, что дед ее был мастером, участвующим в строительстве Казанского собора. Вот такая преемственность.

   Ныне есть Казанский собор и в Оренбурге, прямо рядом с моим домом. По утрам в праздники сквозь открытые окна я слышу звон его колоколов. Он красив, но на тот легендарный храм конца 19-го века совсем не похож. Зато там есть чудесный, обожающий своё дело садовник:)

 Несколько лет назад, году в 2008-ом, появился перед многострадальным зданием нашего цирка памятник. Невысокий и не слишком могучий человек, стоя на одном колене, держит в руках скрученный в кольцо толстый металлический прут. С удивлением я прочитала подпись – Александр Засс.



   Имя ничего мне не сказало, каюсь, потому полезла на поиски информации. Оказалось, что то могучий богатырь, заслуживший в первой половине прошлого века звание самого сильного человека в мире и прозвище  - Самсон, или даже Железный Самсон. Большую часть жизни он прожил в Европе и Англии, в Лондоне же и похоронен. Однако, памятник-то стоит в Оренбурге… Оказалось, что в именно в здании, которое стояло некогда на месте нынешнего цирка Александр Засс впервые вышел на арену в 1908-ом году, в нашем городе состоялось его первое выступление.
   Он с детства мечтал о цирке, но отец-прагматик велел отбросить пустые мечты и получить нормальную профессию. И отправил сына в Оренбург учиться на машиниста и работать в локомотивном депо. Но не паровозы и рельсы привлекали 18-летнего Александра. Он преклонялся перед силачами на арене цирка. В те годы в Оренбурге уже появилось постоянное здание цирка с круглогодично идущими представлениями. И Засс, бросив железнодорожное дело, устроился подсобным рабочим в цирк, где в то время находилась труппа Анджиевского. Говорят, выйти на сцену с собственным номером ему помог счастливый случай и находчивость. Однажды выступающему на арене силачу Кураткину решивший недобро пошутить крестьянин подсунул закаленную подкову, которую артист разогнуть не смог. Засс быстро подсказал выход: он объявил, что к этой подкове Кураткин вернется в конце выступления, и незаметно подменил её на обычную. Кураткин из чувства глубокой благодарности стал его тренером и наставником, да  и хозяин цирка оценил поступок и позволил выступать с небольшими сольными номерами.
  Уже в 20 лет Александр Засс обладал необыкновенной силой: гнул подковы, завязывал металлические пруты в узел, разрывал цепи, поднимал пианино вместе с музыкантом. При этом был маленьким и довольно щуплым: при росте 166 см весил около 75 кг. Он разработал свою методику тренировок, которую изложил позднее в своей книге.



  Его карьера быстро пошла в гору, но её прервала Первая мировая война. Он был ранен, попал в австрийский плен, откуда несколько раз пытался бежать. После войны осел в Европе. Его цирковая жизнь была очень долгой, на седьмом десятке, когда силовые упражнения стали для него невозможными, он начал дрессировать животных. И погиб, спасая своих подопечных.



***
  Но если след Александра Засса в истории Оренбурга стал более-менее мне известен с установкой памятника, то другое цирковое имя, связанное с нашим городом, я услышала совсем недавно. История его жизни изложена в документальной повести А.Аронова «Пассажир без билета», по которой снят фильм «Эквилибрист». Повесть небольшая, но интересная, не пожалейте времени, почитайте.
  Лев Александрович Осинский родился в Оренбурге в 1924 году. Его отец был военным авиаинженером, и в печальном 1937-ом вместе с женой был арестован по обвинению в измене Родине. Дети – Лев и его брат – попали в детдом. Лёва жил в Уральске (Казахстан), именно там его – мальчика гибкого и способного к акробатике заметил Дойнов, гастролировавший в составе так называемой «дикой бригады» артистов по небольшим городам и поселкам. Пару лет Осинский колесил с той бригадой, но ни особой радости, ни денег такие гастроли не приносили. И Лев решил искать свой путь. Он мечтал о настоящем цирке, пока перебиваясь временной работой и разовыми выступлениями, но однажды ему несказанно повезло – судьба свела его с Владимиром Волжанским, чья семья заменила Лёве и родителей, и учителей. Волжанские приняли его в свой номер «Лягушки», тем самым обеспечив постоянную работу в Гос.цирке.
  Но не успел Лёва порадоваться свалившемуся на него счастью, как началась Великая Отечественная война. Он воевал в артиллерийском противотанковом полку. Первый раз был ранен под Тулой. Не долечившись, сбежал из госпиталя, когда узнал, что его полк переводят под Рязань. Участвовал в сражении на Курской дуге. В 1943-ем году повторное ранение лишило его левой руки. Внезапно появившийся немецкий танк расстрелял его боевой расчет почти в упор. Друзья погибли, он, истекая кровью, смог дойти до полевого госпиталя. На том война для него закончилась.
  Вернулся в Москву, попросил разрешения пожить в подсобных помещениях цирка. Несколько дней не показывался на глаза друзьям-артистам, боялся жалости. Да и не мог понять, что делать дальше. Но коллеги поддержали. Сила воли не дала жалости к себе возобладать. Осинский начал тренироваться, пытаясь сделать стойку на одной руке. Множество падений, синяки и ссадины, кровоточащие от непомерного напряжения швы на культе… но он упорно пытался снова и снова, пока не удалось. Однажды он понял, что способен выполнять трюки и стойки и с одной рукой. Он поверил в себя, в то, что сможет вернуться на арену цирка, без которого не мыслил жизни. Поверили в него и Волжанские. Вернувшись с гастролей, без тени сомнений они снова приняли его в свой номер. А через несколько лет, почувствовав, что уже тормозят его дальнейшую карьеру, так же, без тени сомнений, отпустили его в сольные выступления. Владимир помог подготовить эквилибристический номер, с которым Лев Осинский и начал успешно выступать.



  В 1956-ом году за номер «Эквилибр на одной руке» Лев Осинский получил золотую медаль на первом Международном фестивале циркового искусства в Варшаве. Зрители, восхищенно глядя, как высоко над ареной, опершись одной рукой на тонкий, к тому же вращающийся шест, эквилибрист меняет позиции, даже не догадывались, что второй руки у него просто нет. Широкий рукав костюма скрывал протез. Это был не просто высший уровень циркового искусства, но и пример огромной внутренней силы, мужества и победы над собой, над судьбой, над обстоятельствами. 

  Одно из самых помпезных зданий Оренбурга, этакий зефирный торт:) - здание на Советской, 60, бывшее Оренбургское городское общество взаимного от огня страхования. Построено оно в 1914-1916 годах для двух коммерческих банков, для строительства был объявлен конкурс, в котором участвовали небезызвестные архитекторы из Санкт-Петербурга, но победил в итоге проект Ивана Федоровича Курецкого:



   Величественное здание в стиле неоклассицизма (хотя намешано в нем всякого) было призвано подчеркнуть солидность и устойчивость организации, находящейся за его стенами. Но обычной монументальности классического стиля архитектору показалось мало, и он решил украсить фасад различными способами... чего здесь только нет: и колонны разных форм, балконы круглые, балконы прямоугольные, множество символики в лепнине, орнаменты, маскароны, атланты... глаза разбегаются и мозг сворачивается от попыток осознать задумку автора:))



Атланты, правда, застыли в какой-то несуразно-скрюченной позе, но так и украшают они не древнегреческий храм, зато олицетворяют различные сферы: мужчина со свитком - строительство:



Со щитом в крылатом шлеме (отсылка к Гермесу) - торговлю, в середине - с лопатой, серпом и колосом - сельское хозяйство, рядом со щитом и гранатой (то ли время строительство - первая мировая война - сказывается, то ли гранату прилепили уже в советские годы во время реставрации, что более вероятно, видимо, раньше всё же был классический меч) - армию:



Пятая фигура с наковальней, молотом и шестерёнкой олицетворяет тяжелую промышленность:



Различны и сюжеты на свитках-медальонах, что под полукруглыми балконами между коринфскими колоннами - гербы, соединенные в рукопожатии руки как символ тесного сотрудничества двух банков, сокол - символ победы, стремления ввысь, достижения цели. Но самые интересные - маскароны:



   Два человеческих лица, вовсе не напоминающие античных героев. Кто же они? Есть версия, что одно из них было портретом то ли самого Курецкого, то ли прораба, наблюдающего за ходом строительных работ, а второе - это близкий друг архитектора. Петр Андреевеч Крючков, человек в дореволюционном Оренбурге уважаемый, о нём можно было бы рассказать отдельную историю, да пусть будет здесь лирическое отступление.
   Был он директором Народного дома, что находился на месте нынешнего Театра музыкальной комедии. В том доме располагалось несколько учреждений, призванных отвратить народ от пьянства и разгула, как то изба-читальня, буфет без крепких напитков, юридическое бюро, оказывающее бесплатную консультационную помощь бедным слоям населения, а также народный театр. С особенным энтузиазмом Крючков взялся за создание театральной труппы и постановку спектаклей, но несмотря на все старания его руководителя, Народный дом не пользовался особым спросом среди горожан, вероятно, по причине отдаленности от центра. Ставился даже вопрос о его закрытии. И вдруг неожиданно на помощь пришла супруга П.А.Крючкова Прасковья Александровна. Она была отменной кулинаркой, любила готовить сама, создавая свои рецепты, и взялась обучать этому искусству девушек на воскресных кулинарных курсах. Всё, что готовили её ученицы, можно было попробовать в столовой при Народном доме, обеды были недорогими, но сытными и вкусными, ибо девушки готовили из свежайших продуктов, поставляемых с крестьянских подворий, под чутким руководством великолепной учительницы, со старанием и любовью. Вскоре слава о столовой разнеслась по всему городу, к тому же часто там устраивались конкурсы и состязания, куда собиралось немалое количество желающих продегустировать конкурсные блюда. Тем самым Прасковья Александровна поймала сразу двух зайцев - привлекла посетителей в Народный дом и обеспечила будущность девушек из небогатых семей или приезжающих из села. Ведь после кулинарных курсов Крючковой их гораздо охотнее нанимали в богатые дома в качестве домашней прислуги, а частенько холостые горожане заглядывали в столовую Народного дома в надежде присмотреть невесту, не зря же говорят про путь к сердцу мужчины...
   Народный дом пережил годы революции, трансформировавшись в городской театр, здание его просуществовало до 1960-го года, когда было решено снести его и построить новое (так себе замена, на мой взгляд). Петр Андреевич же погиб раньше, был расстрелян в 1937-ом.



   А в помпезном здании Общества взаимного от огня страхования после революции разместилось Управление Оренбургской железной дороги, совнархоз, горком партии, а затем и администрация города, которая располагается в нём и по сей день. К столетию со дня постройки здание отремонтировали, придав ему вид зефирного тортика свежий и приятный взгляду:



И по сей день детали на его фасаде можно рассматривать часами, дивясь фантазии академика от архитектуры Курецкого:

 Вчера погодный сайт показал у нас странные осадки: в наличии значился переохлажденный дождь и замерзающий туман. При виде этого на меня напал приступ сочувствия, я живо представила этих несчастных, дрожащих от холода дождя и тумана, которых захотелось срочно  завернуть в пледик и напоить горячим чаем:)



И что-то как-то фантазия разыгралась...
***
  «-1^оС, замерзающий туман». Алька, подивившись неожиданной формулировке погодного информера, отложила телефон, сунула ноги в мягкие тапочки и подошла к окну. После вчерашнего дождя город и в самом деле накрыло плотным туманом. Словно белым пушистым одеялом, приглушившим все звуки. Девушка открыла створку, вдохнула напитанного влагой холодного воздуха и прислушалась к тишине. Привычные утренние голоса городских улиц исчезли, испарились: ни шарканья ног, ни шума машин, ни лая собак, ни карканья ворон. Только мягко обволакивающий улицы, клубящийся между домами и ветвями деревьев белёсый туман, сквозь который едва проникал свет фонарей, кажущийся призрачным. Белое безмолвие. Стало немного не по себе. Захотелось услышать хоть что-то, хотя бы звук собственного голоса, чтобы нарушить эту глубокую непроницаемую тишину.

- Замерзающий, - усмехнулась Алька, иронией стирая мимолетный беспричинный страх. - Ну, что ты тут мерзнешь-то, бедолага? Заходи, погрейся…

  Оставив окно приоткрытым, она отправилась на кухню варить кофе. Засыпала в джезву, вдохнув терпкий аромат, собралась было долить воды, но резкий звук телефонного сигнала разорвал дремотное спокойствие сонной квартиры. Чертыхнувшись, она направилась в комнату, чтобы отключить забытый будильник. Нажатие кнопки прервало мелодию, вернув раннему утру уютную тишину.

- Закрой окно, пожалуйста, холодно, - тоненький голосок прозвучал жалобно где-то за спиной. Алька оглянулась, с недоумением осмотрелась. Привычные вещи, предметы на своих местах, привычное одиночество. В комнате никого, да и кто бы здесь мог быть? Почудилось. Но в комнате на самом деле стало свежо. Поёжившись, девушка захлопнула створку окна.

- Спасибо.

 Ну, нет, два раза подряд почудиться ей не могло. Алька вздрогнула и испуганно уставилась на кресло, от которого, как ей показалось, исходил голос. Кресло как кресло. Скомканный с вечера плед, книжка, забытая на подлокотнике… Девушка сделала один робкий шаг и неуверенно спросила:

- Здесь кто-то есть?

- Ой, прости. Я не поздоровался. Здравствуй, - из под пледа вынырнула чья-то небольшая голова, совершенно белая. Поначалу Альке показалось, что седая, но приглядевшись, она поняла вдруг, что белым было всё: лицо, заостренные сверху ушки, удивленно изогнутые брови, вздернутый нос, растрёпанная, взъерошенная шевелюра – всё это словно  было вырезано из единого куска мела, выделялись только черные,  живо поблескивающие глаза. От неожиданности девушка застыла на месте:

- Ээээм… зздравствуй. А ты кто? И как сюда попал? – спросила она, слегка заикаясь.

- Так ты ж сама сказала: заходи погреться, я и зашёл. Туман я. Замерзающий. Если бы не твоё любезное приглашение, совсем замёрз бы в этой декабрьской холодрыге, - удивительный гость натянул плед на макушку, закутался плотнее, так, что остались видны лишь нос да непослушный вихор на лбу. Только теперь Алька заметила, что по пледу то и дело пробегает легкая рябь – спрятавшийся под ним дрожал от холода.

- Может, чаю горячего? – неуверенно предложила она.

- Было бы чудесно, - радостно закивал Туман.

- Сейчас, - девушка торопливо зашагала на кухню, втайне надеясь, что вернувшись, обнаружит, что странный гость растворился, исчез, ибо он – лишь плод её фантазии. И всё-таки она вскипятила чайник, налила в чашку, подумав, добавила туда же малинового варенья. Вернулась в комнату. Её видение не исчезло, белоснежный гость продолжал кутаться в плед. Только дрожать, кажется, перестал. Присев рядом с креслом, она протянула ему чашку:

- Вот, держи. Только осторожно – горячий.

  Маленькие белые ручки, высунувшись из-под пледа, жадно схватили чашку. Алька, присев прямо на ковре возле кресла, смотрела, как он сделал первый глоток, потом второй, потом, довольно заурчав, как кот, залпом осушил чашку до дна. И расплылся в улыбке…а потом просто расплылся. Она, растерявшись, смотрела, как четко обозначенные до того черты лица теряют контуры, становятся зыбкими, исчезают. Миг, и вместо маленького, но вполне человеческого лица, закачалось вдруг перед ней только крошечное туманное облачко, и донёсся откуда-то тихий шелест, в котором, прислушавшись, она различила: «Спасибо, вкусно!»

- Ой, - вздохнула Алька, и тут ж испуганно прикрыла рот рукой, потому что от её легкого вздоха облачко заколебалось, подалось в сторону, контуры его стали стремительно меняться… Она услышала тихий и мелодичный, как перезвон колокольчиков, смех. В следующее мгновение облако сгустилось, приобрело очертания человеческой фигуры, и Алька увидела знакомые черты лица, слегка измененные озорной мальчишеской улыбкой. Её неожиданный гость был невелик ростом, с полметра, не больше. Возраст его не поддавался определению, а из одежды на нём различались лишь легкая рубашка да штаны, слегка колеблющиеся, словно от дуновения ветерка, такого же, как и весь он, белоснежно-облачного цвета.

- Конечно, замерзнешь в одной рубашечке-то да босиком, - проворчала Алька, стараясь скрыть изумление: Туман оказался вполне себе настоящим. – Хоть бы свитер надел, зима всё же на улице. Хотя… что это за зима, когда дождь льет? Новый год через несколько дней, а снега нет. И никакого новогоднего настроения…

- Эх, да не собирался я в ваши края-то, мы ж с морозами и снегом редко одними дорогами ходим. Южным ветром  случайно занесло, - вздохнул Туман. – Поспорили мы с ним, повздорили, разозлился он да понёс меня вдаль, не смог я из его цепких рук вырваться. Ладно, хоть не на самый северный полюс закинул, сжалился. Теперь придется ждать, пока не прилетит северный ветер, чтобы домой с ним вернуться.

- А?.. – в голове Альки завертелись роем десятки вопросов, которые она бы хотела задать, но тут взгляд её упал на часы на стене, и она вскрикнула. – Ох, прости! Мне же на работу надо собираться, опоздаю. А ты не стесняйся, оставайся, сколько захочешь.

   ***

  В рабочих делах и заботах день пролетел незаметно. Вечерние улицы сверкали новогодними огнями, отражающимися в лужах. Теплый свет фонарей слегка притенялся легкими занавесками из тумана. «Туман…», - Алька вспомнила утреннее происшествие как странный сон наяву. Было ли, не было? Сейчас ей казалось, что всё это почудилось, померещилось от страстного желания вдруг, как в детстве, поверить в сказку, в новогоднее чудо. Она готова была смеяться над собой, но… ноги сами занесли её в детский магазин. Побродив немного среди витрин, она выбрала симпатичный детский свитер с пингвином и тёплые носочки. Она была почти уверена, что вернувшись, застанет пустую квартиру, но всё же… «А, возьму на всякий случай. Подарю кому-нибудь».

  Открыв дверь, она застыла на пороге. Её квартира освещалась разноцветными мерцающими огоньками развешанных по стенам новогодних гирлянд, а между окном и креслом, тем самым, на котором с утра неожиданно объявился гость, стояла наряженная ёлка. Сам же белый человечек сидел под ней, развлекаясь поисками своего отражения в блестящих ёлочных шарах. Увидев Альку, он легко вскочил на ноги и, словно перенесенный дуновением ветерка, оказался прямо перед ней.

- Ты извини, я тут похозяйничал немного, - в его голосе зазвучали извиняющиеся нотки. – Но ты же сама говорила, новогоднего настроения нет. А так, глядишь, появится.

- Спасибо, очень красиво получилось, - придя в себя, благодарно прошептала Алька. – А я ж тебе и подарок принесла. Раз уж у нас новый год.

Свитер пришелся как раз впору. Гость, словно маленький мальчишка, радостно запрыгал и захлопал в ладоши. Потом они сидели на кухне и пили чай с вареньем и медом, а вечером, забравшись с ногами в кресло у мерцающей огоньками ёлки, Алька слушала его рассказы о дальних краях и удивительных людях – то ли сказки, то ли быль, не понять. И чудилось ей, что она снова стала маленькой девочкой, едет в поезде навстречу приключениям в одном купе с удивительным рассказчиком, и всё вокруг кажется удивительным, волшебным и… возможным.

- Завтра я вернусь домой, - вдруг, после недолгого молчания сказал Туман.

Алька вздохнула. Немного грустно, но что поделать? Она же знала, что он не задержится надолго.

- Я рада знакомству с тобой.

- И я. Я благодарен тебе за гостеприимство, - он церемонно поклонился, сняв воображаемую шляпу, и тут же, не сдержавшись, прыснул в кулак. Отсмеявшись, он стал серьезным. – Знаешь, я не Дед Мороз, конечно, но коё-что попросить у него смогу… я ведь должен тебе подарок на Новый год.

- Да ничего мне и не нужно особо. А с чем-то глобальным – типа мира во всем мире или благополучия всем живущим – мы ведь с тобою вряд ли справимся, правда?

- Мира во всем мире не смогу, это точно. Слишком много на этой планете зла, жестокости и непомерно-эгоистичных амбиций, что не под силу разгрести их последствия в одиночку даже самому сильному волшебнику. Где уж мне? Это задачка для самого человечества, здесь волшебство не поможет, пожалуй.

- Ну, попроси там тогда, пожалуйста, чтобы прислали нам с полюса снега. Красивого, пушистого, чтобы тихо падал, кружась, укрывая землю в новогоднюю ночь, и чуть поскрипывал под ногами. Чтобы появилось ощущение сказки, волшебства, и поверилось в чудо. И тогда, быть может, оно и случится, ведь главное - в него верить… и, глядишь, исполнится у каждого что-то - пусть маленькое, но заветное и долгожданное.

- Пусть так оно и будет!

  Осень пришла сразу и резко, без предисловий: после четырехмесячной жары похолодало, задули ветра, начали гулять над городом тучи. Пожелтело всё тоже как-то в миг, дружно: тополя, березы, ясени, ивы. Лес за городом по дороге на дачу стоит непередаваемо-солнечно-жёлтым, словно бы сам излучая свет. И по посадке вдоль дачного массива будто художник провел огромной кистью. Там, куда попало, пожелтело всё, включая то, чему вообще не очень свойственно желтеть, полосой: снизу окрашено, а верхушки зеленые:) И невероятно много в этом году красных оттенков, ярких, насыщенных, пылающих. Красиво...впрочем, бывает ли осень не красивой?

   Воскресным утром на даче стоит нереальная тишина. Солнце едва проглядывает сквозь сгустившиеся полупрозрачные серые облака. Нет звуков: ни птиц, ни человеческого гомона, ни шума ветра. Опустевшие участки, наполовину сбросившие листву деревья...Словно мир пуст, необитаем, словно он живет после. После человечества. На мгновение даже охватывает жуть, но есть в этом что-то завораживающее.

  Осенью меня традиционно охватывает тяга к перемене мест - хочется в машину, поезд, самолет... и ехать, ехать или лететь, глядя на мелькающие за окном пейзажи вдоль километров бесконечных дорог, на облака, клубящиеся внизу, под крылом самолета. А когда нет возможности ехать, засасывает в омут воспоминаний ностальгия. Я традиционно скучаю по любимым местам, где живут кусочки моего сердца, тем более недавно появившиеся темы на форуме способствуют.

***  

 Однажды, когда мои отношения с Грузией были еще не совсем определенными и мне понятными, я сказала своему армянскому гиду: "Знаешь, в Грузию я хочу вернуться, потому что умом понимаю, сколь многого я там еще не увидела, столько интересных мест. А в Армению я хочу возвращаться просто так, потому что здесь - рай для моей души, здесь она отдыхает". С тех пор многое изменилось, но не вторая часть вышеприведенной фразы:)) Просто и Грузию я успела полюбить и научиться скучать по ней.

   И всё-таки ловлю себя на мысли, какие это разные чувства. Скучая по Армении, я скучаю в целом, по атмосфере, которая складывается из отдельных составляющих, что тесно сплелись в моих ощущениях и восприятии. Это ароматы, вкусы, звуки, картины, образы, люди... Всё это слилось воедино в моей памяти в одну уютную, теплую, почти домашнюю атмосферу, которой мне не хватает. Я скучаю по Армении в целом, хотя неожиданно память частенько мне подкидывает эпизоды, мельчайшие события, вызывающие одновременно улыбку и щемящую тоску в сердце. Для меня Армения - это залитые ярким солнцем ступени Каскада, таким ярким, что невозможно смотреть вдаль, глаза наполняются слезами, а смотреть хочется, потому что там, впереди, вдалеке плывет над легкой туманной дымкой, прикрывшей землю, величественная вершина Арарата. Это бесконечные горы, мелькающие за окном авто, от которых невозможно оторвать взгляда. Это туманные ленты, сползающие по склонам тех самых гор ранним утром. Это тихо плещущие о берег волны Севана. Это источающая умопомрачительный аромат корицы хапама и вкусное гранатовое вино дяди Вано на рынке Еревана, закусываемое сушеным инжиром. И его самый лучший и правильный в мире тост: "За мир!"Это пронзительные, бередящие душу и зовущие куда-то звуки зурны. И прекрасные мелодии Арно Бабаджаняна, украшающие дорогу, бегущую средь розовых скал. Это восторженные нотки в голосе лучшего гида из всех, что мне доводилось встречать - Гора. Неподражаемое чувство юмора и непередаваемая любовь к родной стране Роланда. Теплая улыбка Ашота и искреннее: "Мы рады видеть тебя снова". Удивительно добрые глаза Араика. Это теплый, хрустящий, только с тандыра лаваш с завернутым в него солоноватым сыром и хрустящими листиками кинзы. Это чистая, прозрачная, наполненная хрустальной свежестью вода из фонтанчиков-пурпулаков на улицах Еревана, которй невозможно напиться, хочется ещё и ещё. Это тонкое каменное кружево хачкаров, завораживающее и притягивающее взгляд снова и снова. Это древние камни, к которым хочется прикоснуться, не веря самой себе и не имея возможности уложить в голове и осознать числа, обозначающие их возраст. Это шапочками, сверху, желтеющие абрикосовые деревья. Это аисты, уютно расположившиеся в гнездах на крышах домов прямо вдоль дороги. Это лучистые, добрые, и в то же время излучающие необыкновенную силу глаза отца Михаила в Татеве. Это затаенная гордость в голосе пограничника в поезде, идущем из Еревана в Тбилиси: "Красивая у нас страна, правда?" Это удивительное ощущение, когда идешь, а мимо тебя плывут облака, и ты пытаешься поймать, ухватиться за краешек, и чудится что ты где-то там, на недостижимой вершине мира. Это брызги на лице от веселого, шумного водопада Шаки, водопада с кнопкой "вкл/выкл":)) Это меланхоличная грусть дороги под мелким, накрапывающим дождем, порой переходящим в снег. Розово-снежная вершина Арарата на рассвете. И облако в виде дракона, глотающего закатное солнце, в финале одной из самых прекрасных дорог и одного из самых лучших дней. Это вкус спелого, сладкого боярышника на языке. И душевный трепет, что охватывает среди древних стен монастырей, и восторг при взгляде на сохранившие яркие, сочные краски фрески Ахталы, которым больше 800 лет. Это утренняя сонная тишина, легкая морозная свежесть и умиротворяющее, бальзамом на душу спокойствие Санаина. Это горьковатый вкус кофе в придорожном кафе, где на вопрос: "Сколько я Вам должна?" на тебя смотрят удивленно и отвечают: "Да что ты, это же от души!" Это высоченное дерево во дворе гостиницы Гориса с весело-настораживающей надписью: "Берегитесь падающих груш!" Переливы птичьего пения по утру, слышные сквозь приоткрытое окно. Огромные яркие звёзды на черном бархате неба, до которых, кажется, можно достать рукой. Это таинственность скрываемой быстро наступающим сумраком ночи почти позабытой церкви среди полуразрушенных жилищ пещерного города. И пачка старых черно-белых фотографий, словно машина времени. Это тающие во рту, с обжигающе-горячим кремом внутри только испеченные пончики. Величественные стены Матенадарана, за которыми истинные сокровища - вызывающие восхищение яркие, красочные миниатюры среди старых, слегка пожелтевших страниц рукописных книг. Солнечные картины Сарьяна. Бесконечные разговоры на кухне хостела вечерами. Слёзы на глазах, когда приходится уезжать... Я могла бы продолжать так до бесконечности.
***
   С Грузией не то. Через несколько поездок я поймала себя на мысли, что вспоминая Грузию, я скучаю прежде всего по людям, с которыми свели на короткий миг грузинские дороги. Для меня Грузия - это замечательно-заботливый мой водитель Богдан, первым показавший мне Грузию, советовавший, выбиравший лучшее и интересное, помогавший с поиском касс, билетов, гидов, компании, терпеливо отвечающий на массу моих вопросов в Вайбере даже тогда, когда я ехала уже не к нему. И тревожно-заинтересованное ожидание в его глазах на то короткое мгновение, что длилось между его вопросом и моим без особых раздумий данным ответом "Армения прекрасна, восхитительна!" Потому что тбилисец по месту проживания и армянин по рождению, он с достойной восхищения любовью относится к обеим своим родинам. 
    Это обладающий неиссякаемым запасом оптимизма, чувства юмора и жизнерадостности Отар. Эх, как же мне не хватает порой этого оптимизма, от которого хочется зачерпнуть немного для себя, пополнить запасы, словно подзарядить батарейки:) Пожалуй, самые яркие, фееричные и запомнившиеся фрагменты в калейдоскопе моих путешествий по Грузии -  оттуда, из поездок с Отаром, чье присутствие способно сделать любую дорогу лёгкой, веселой и незабываемой:)
   Это чудесная хозяйка гостевого дома Нино, готовившая мне чудесные и очень обильные завтраки и терпеливо ожидающая меня на веранде по вечерам, чтобы убедится, что я вернулась, и всё у меня хорошо. Мне кажется, вкус её ароматного, тающего во рту хачапури, завернутого мне в дорогу, я помню до сих пор. Как и теплые объятия и напутствие: "Обязательно приезжай снова!"
   Это добрейшей души хозяин батумского гостевого дома и смешного пса Бени Лёва, набивающий мой рюкзак под завязку фруктами из своего сада на дорожку, беспокойно ворчащий на Отара, когда ему кажется, что он опаздывает и заставляет меня ждать и беспокоится (на самом деле Отар пунктуален, и я совершенно не нервничаю, но Лёва начинает нервничать за меня - заранее:)) ). Лёва, пресекающий мои попытки проскользнуть мимо с грозным окриком: "Куда?! Ты же не поела хурмы! Ну-ка иди за стол!"
   Это немногословный Автандил, в поездках с которым я получила очень нужное и важное - возможность не бежать галопом, а, не торопясь, наслаждаться уединенной безмятежностью прекрасной аджарской природы, остановить мгновение, побыть немного в тишине. И самое вкусное домашнее вино из тех, что мне доводилось попробовать  - бонусом:)
   И даже совсем мимолётные встречи живут в памяти, оставив в душе теплый широкий след. Пожилая грузинка, угощающая нас кофе в маленькой лавочке с потрескивающей дровами и излучающей приятное обволакивающее тепло печкой. Она рассказывает Автандилу свою не слишком радостную жизнь, а я пью мелкими глотками вкусно пахнущий кофе и слушаю мелодичное звучание чужой речи, уплывая мыслями куда-то вдаль.

 Суровый, словно с иконы сошедший лик пожилого свана у входа в церковь Ламарии.
   Молодой парень, суетящийся у костра на берегу горной речки, спрятанной в глубоком ущелье где-то в районе Нокалакеви. Я с благодарностью принимаю из его рук очередной бутерброд - мягкий белый хлеб и источающая умопомрачительный аромат,  копчёная на костре, пахнущая дымком и тающая во рту рыба под тихий шепот Автандила: "Не отказывайся, не обижай его, ты же гость, он от души угощает". Я уплетаю за обе щёки эту вкуснятину и снова (дежавю) уношусь мыслями куда-то вдаль под плавное звучание чужой речи.
Удивительные сванские глаза Бориса, потеплевшие разом с моим ответом на его вопрос ("Ну, рассказывай, как тебя Сванетия? - Мало...так мало времени! Я бы ещё недельку хотя бы пожила! - Всё, дальше можешь не продолжать, мне это понятно:) ) Эти необыкновенные глаза сванов - льдистые, словно прозрачная вода стремительных горных рек, за внешним холодом скрывающие в глубине лучистые искорки добра и смеха - сколько их живёт в глубинах моей памяти...
   Господи, пусть мир, добро и благополучие живёт в домах их всех, людей, с которыми меня сводила судьба... Гаумарджос!
***
   Мое сознание разрывает на части. В мире столько интересных, манящих к себе мест, в которых мне хочется побывать. А душа настоятельно требует вернуться туда, где ей было хорошо...что с этим делать?:)

   Всколыхнул очередной случайный разговор ворох мыслей-воспоминаний...
  В детстве я всего пару раз выезжала из дома далеко-далече - мама показывала мне Москву. Первый раз мне было лет семь, мы полетели буквально на три дня. В самолете мне было сильно нехорошо, потому первый день после прилета я не помню совершенно. А потом - смутные обрывочные воспоминания: о том, как среди лета неожиданно резко похолодало, и мама в промежутках между экскурсиями бегала по магазинам в поисках теплой кофты, ибо из теплых вещей она почти  ничего не взяла, на три дня казалось бессмысленным. Помню вкус невиданных в нашей провинции напитков - пепси и фанты в маленьких стеклянных бутылочках (тогда это была не подкрашенная газировка, а реально фруктовый сок, слегка газированный). Помню ужас, который охватывал меня при мысли о том, что нужно снова сесть в самолет...
   Второй раз мы ездили в столицу спустя три года, на десять дней, останавливаясь в подмосковном санатории, откуда выезжали в Москву на экскурсии. Тогда у мамы выдался полноценный отпуск, и мы, не особо торопясь, поехали на поезде. И это было для меня приключением. Интересно было всё - мелькающие за окном пейзажи, мосты, широченная Волга, города и крошечные станции со смешными названиями. Я старалась запомнить их все, но вскоре поняла, что удается это с трудом, потому прямо там, в поезде, едва успев отъехать от дома, я принялась писать длинное подробное письмо папе, дедушке и бабушке, периодически откладывая его и дописывая дальше по мере поступления впечатлений. Эмоций была масса. Бабушки, угощающие вкусняшками, домашняя еда в свертках, разложенных на столике, чай в стаканах с подстаканниками, убаюкивающий перестук колес, бесконечные разговоры... дорожной романтикой я тогда прониклась сразу, впитав её и полюбив до дрожи. В одном отсеке плацкарта с нами ехал отставной военный лётчик, который всю дорогу баловал меня рассказами о небе, звёздах, о географии и достопримечательностях нашей огромной страны. Я слушала его, открыв рот от удивления и восхищения... впрочем, оглядываясь на других попутчиков, я понимала, что не только я, но и взрослые соседи, забывшись, тянулись за его рассказами, округлив удивленно глаза и внимая... потом вдруг спохватывались, делали вежливо-равнодушные лица и порой отворачивались к окну, чтобы скрыть кажущееся взрослым серьезным людям излишним любопытство. Эта дорога запомнилась мне на всю жизнь. Обратную я почти не помню по двум причинам: переполненность московскими впечатлениями и тревожность... то был 1989-ый год, и находясь в Подмосковье, мы узнали о железнодорожной катастрофе под Уфой. Детская память избирательно заблокировала те впечатления.
   Потом был долгий-долгий перерыв в моей туристической карьере. И когда я впервые решилась на самостоятельную взрослую поездку в столицу, в моей голове прочно сидело предубеждение к авиаперелетам и нежная, романтичная любовь к поездам. Но тогда обстоятельства привели в самолет. Я ждала полёта с ужасом, мне было снова, как и в далёком детстве, не слишком хорошо при взлёте и посадке, но я вдруг увидела солнце над облаками, по которому за долгую и поднадоевшую уже пасмурную зиму я успела соскучиться. Это была невообразимо прекрасная картина - пушистое одеяло из белоснежных облаков под крылом самолёта, живых, движущихся, постоянно меняющих форму, и яркие слепящие солнечные лучи в иллюминатор. Два часа я смотрела на эту картину, и она мне не наскучила. А потом мы внезапно вынырнули из этого блистательного царства света в промозглую московскую туманную серость... У меня болели заложенные уши, кружилась голова, свернулся клубком ухнувший куда-то вниз при посадке желудок. Но душа пела в унисон с отголосками восторга, испытанного в небе, и уже тосковала и снова просилась в полёт. Так я полюбила самолёты, но ещё не разлюбила поезда:)
   Пока ещё у меня не было шансов их разлюбить - впереди была "Красная Стрела", что мчала навстречу мечте и хорошей компании. Короткий ночной переезд в предвкушении долгожданной встречи с любимым заочно городом, раннее утро, свежий только что выпавший снег на перроне вокзала, пустой, притихший, сонный и такой прекрасный Петербург...
   Потому через несколько лет путь к следующей моей мечте мог выглядеть только так - ночной поезд+автобус по Европе. Я даже не задумалась особо, выбирая тур в Прагу. Увидела автобусный тур и соблазнилась дорогами, дорогами, дорогами... дорожная поездная, а потом и авто-романтика. Я не жалею. Несколько лет подряд я выбирала этот вариант с ночным поездом Москва-Брест и бесконечно долгим переездом по Польше на автобусе. Я любила эти дороги и никак не могла ими пресытиться, и лишь пара последних моих туров с ТТВ стали авиа-вариантами. Тот поезд "Москва-Брест" - это идеальный для меня поезд. Во-первых, он состоит почти полностью из единомышленников-путешественников, едущих покорять просторы Европы, а во-вторых, дорога на нём идеальна по времени: загрузились в поезд во второй половине дня, разложили вещи, поужинали, скоротали время за разговорами и туристическими байками, легли спать пораньше, ибо подъем ранний впереди, утром проснулись - а дорога уже и закончилась. Ночные поезда - они сродни самолету по части скорости доставки тебя из пункта А в пункт Б. Закрыл глаза, открыл - уже на месте:)) Ну, за одним исключением, о котором речь впереди. Обратная же дорога из Бреста в Москву всегда казалась мне более длительной и порой успевала надоесть, ибо поезд шёл днем, не поспишь особо:)
   И вот тот первый мой заграничный тур, показавший мне вожделенную Прагу и несколько еще чудесных чешских и баварских городков, подошёл к концу. Попрощавшись с попутчиками, я оказалась в Москве наедине с огромным чемоданом, который я по глупости, свойственной, наверное, всем впервые выехавшим за границу, набила всякой ненужной, но милой сердцу ерундой до неподъемного состояния. Как я тащила тот чемодан, отдельная грустная история, которую я уже рассказывала. И вот дальше в моём отчаянно-подпорченном конфликтом с чемоданом настроении я оказалась в поезде, идущем из Москвы в Оренбург. И тут вся дорожно-поездная романтика, которую я лелеяла в душе с нежностью с той первой детской поездки, разбилась о быт и современные реалии. Долгие споры по поводу моего чемодана, которому почему-то оказалось не место под нижней полкой, хотя я ехала на той самой нижней. Попутчица с верхней, всю дорогу до поздней ночи норовящая усесться на мои вытянутые было на полке ноги. Вместо вкусной домашней еды - пивные ароматы, витающие по вагону. Вместо интересных разговоров - бесконечная реклама какой-то сетевой ерунды (то та самая попутчица с верхней полки, воспользовавшись случаем, вцепилась в уши семейной паре напротив, пытаясь убедить купить какую-то пластину, защищающую от радиации, излучения, болячек, дождя, неумных бюрократов и от всех других несчастий разом). Я пряталась за книжку, но где-то на середине пути поняла, что одной книжки мне будет мало, впору в Самаре на вокзале за следующей бежать. Потому как ни спать, ни смотреть на пробегающие за окном пейзажи эта говорливая особа спокойно не даст, заведет опять свою басню про чудо-амулет... К середине дороги к тому же от лежания на жесткой полке заболели бока, затекли ноги, привыкшие за время отпуска к активному и постоянному движению... В общем, прибытия в родной город я ждала горячо и страстно, и с тех пор разлюбила долгие железнодорожные переезды. Моим идеалом по сей день остаётся тот ночной белорусский поезд, терпимым -  любой другой, находящийся в пути не более 8 часов:) Даже в окно смотреть мне уже не кажется столь интересным и привлекательным - от картинок, мелькающих за окнами скорого поезда, меня  частенько охватывает грусть и меланхолия, становится жаль, что всё интересное так быстро проносится мимо, не рассмотреть, не задержаться даже взглядом. Хотя иногда этот калейдоскоп картинок рождают новую мечту. Так у меня было с Выборгом - увидела в окно поезда, поняла, что мне туда надо и не успокоилась, пока не приехала целенаправленно.
   Зато я вдруг полюбила электрички. За их медленный плавный ход и неторопливость - это своего рода медитация, очищающая голову от ненужных мыслей. Но это, пожалуй, отдельная история.

***
   Сейчас же лучше о том самом упомянутом исключении. Что меня всё время поражает в расписании РЖД или их коллег на постсоветском пространстве, так это тот факт, что все границы в поездах проходятся глубокой ночью. Я понимаю, что в этом есть, наверное, какой-то смысл - меньшая загруженность железных дорог, быть может, или какие-то другие, мне неизвестные причины. Но это понимание никак не уменьшает моего возмущения... Какого лешего (или поездного?) все эти длительные и неоднократные процедуры прохождения границ и таможен приходятся на то самое время, когда ты предвкушаешь удовольствие от глубокого здорового сна под покачивание вагона и постукивание колёс? А вместо этого на тебе - просыпайся, показывай паспорт одному пограничнику, потом багаж таможеннику, потом паспорт другому пограничнику, потом снова чемоданы таможеннику... и так, пока за окном рассвет не забрезжит. Хорошо, если впереди у тебя еще минимум сутки дороги, можно попытаться выспаться днём (я так однажды, в докрымнашенские времена проспала едва ли не всю территорию Украины). А если уже утром выходить, так и выползаешь из поезда, как сонный ёжик в тумане. Но это я ворчу, конечно, на самом деле границу в поезде проходить необременительно... во всех остальных отношениях, кроме ночной бессонницы:))
   Ну, и одна железнодорожно-пограничная история, для которой в подробностях так и не нашлось места в моих заметках. Не хватило времени, да и слишком сильны были эмоции из той поездки, что мешало излагать мысли внятно, потому отложилось то повествование на "потом", что сродни "никогда":))
***
   Как уже писала не раз, если расстояние между пунктами А и Б, которое необходимо преодолеть, начинает измеряться четырехзначными числами километров, я обычно выбираю самолет. Но иногда железнодорожный или автотранспорт становятся единственными возможными вариантами попадания в нужную точку. Тогда я ворчу, ругаюсь, предвкушаю массу впечатлений и... покупаю билеты на поезд:) Ну, не отказываться же в самом деле от мечты из-за пустяка. Тем более, что в тот раз была МЕЧТА!!!
   На момент покупки билетов про поезд "Москва-Ташкент" я слышала многое, но в памяти почему-то значилось только то, что наши местные частенько ездят на нем в Москву\из Москвы, но меньшая стоимость билетов выливается и в меньший комфорт, чем в фирменном "Оренбуржье". Ну, да и ладно, для меня сутки в поезде - всяк некомфорт, чуть больше, чуть меньше - какая разница? И я, не особо задумываясь, купила билет в плацкартный вагон. И тут же в рабочем аврале про него забыла. Вспомнила накануне поездки, когда в случайном разговоре с друзьями упомянула про тот поезд, поймала на себя сильно удивленный взгляд и вопрос: "Одна едешь? Хоть в купе?" И тут я что-то задумалась:)) И решила почитать отзывы про тот поезд. Ага, как раз накануне поездки, примерно так за полдня до часа Х. Читала долго, видимо, у всех в жизни когда-то настает период, когда хочется страшных сказок перед сном:)) Начиталась до того, что полезла смотреть, есть ли места в купе. Мест было навалом, но ценообразование в этом поезде устроено так, что чем ближе к отправлению, тем дороже... за день до билет в купе стоил сильно за десятку. У меня же, помимо этой не слишком дешевой поездки, маячили впереди новогодние каникулы, переходящие в отпуск, с труднопредсказуемыми затратами. В общем, лишней десятки у меня не было. Потому я решительно выключила комп и решила положиться на судьбу...
***
    Декабрьской ночью на перроне в ожидании поезда стояли, поёживаясь от пробирающегося под одежду морозца, всего несколько человек, да и те в основном встречающие. У моего плацкартного вагона я и вовсе оказалась одна. Когда дверца вагона с грохотом отворилась, выпуская клубы жарко-нагретого воздуха и заспанного проводника, удивленно взглянувшего на меня и махнувшего рукой, не посмотрев ни на паспорт, ни на билет, мне стало как-то не по себе. Настолько, что даже захотелось вернуться домой в тепло и уют родной квартиры. Но я решительно шагнула в неизвестность полумрак спящего плацкарта. В вагоне было темно, я практически на ощупь пробралась в его центр, стараясь не потревожить спящих, с трудом разглядела в слабом свете едва горящей лампочки номер своего места, чтобы понять, что полка занята до меня:)) В моём плацкартном отсеке на нижних и на одной из верхних полок расположились мужчины-узбеки, едущие из Москвы на родину, вторая верхняя была заставлена клетчатыми набитыми битком сумками с багажом. Всё в лучших традициях прочитанных мной отзывов:)) Я опечаленно присела было на боковушку напротив своей законной полки и призадумалась, но в духоте вагона после морозного воздуха перрона быстро разморило и стало клонить в сон. Желание лечь поспать придало сил. Я решительно встала и отправилась будить проводников. Попыталась объяснить ситуацию, показывая билет, но парень то ли спросонья, то ли потому, что вообще по-русски говорил не очень, меня искренне не понимал. Пошли разбираться на месте:))
 - Вот это моя полка - показываю на занятую нижнюю. - Что делать?
 Парень-проводник почесал затылок и спросил, показывая на боковую напротив:
 - Эта не подойдет?
 - Вообще-то я нижнюю специально брала за месяц до поездки, мне на ней удобно.
 - Аааа, у Вас еще и нижняя, я-то думал, верхняя, где багаж... Тогда просыпайся, - он решительно толкнул парня, спавшего на моей полке.
   Проснулись все трое, ехавшие одной компанией и удивленно воззрились на меня как на внезапно явившееся чудо. Мне снова стало не по себе. Но опасения оказались напрасными. Быстро стряхнув с себя сон, все трое начали суетливо извиняться и обещать, что сейчас очень быстро освободят полку, переселив занявшего моё место на боковушку. Парень под строгим взглядом старшего в этой компании безропотно встал, уступая мне место... и тут я поняла, что смотрю на него снизу вверх, задрав шею до хруста. Представив себе, как эти два метра роста будут располагаться на боковушке, я махнула рукой:
 - Ай, спите дальше, я лучше сама на этой полке... - не сказать, что в тот момент мной руководил исключительно альтруизм, подспудно в голове сидела мысль, что в одиночестве на ней мне будет всё же уютнее, чем в плацкартном отсеке с тремя мужиками, но мой внезапный порыв приняли с благодарностью. Меня горячо благодарили, шесть раз спросили по очереди, точно ли мне будет там удобно, сходили за постельным бельём и одеялом для меня, предложили напоить чаем прямо среди ночи, разместить где-то мой багаж... Из багажа со мной ехал только маленький рюкзачок, который я сунула под голову вместо подушки, поход за одеялом радостно переложила на мужские плечи соседей, от чаю вежливо отказалась, ибо всё, что хотелось мне на данный момент - растянуться на полке и завалиться спать. Что я и сделала, проваливаясь в сон под очередное: "Девушка, Вам там точно удобно? Ничего не нужно?"
   Не прошло и пары часов, как вот оно, "любимое" ночное приключение - граница... Яркий свет, брызнувший в глаза, подъем, поиски документов, пушистая овчарка с тающими на серой шерсти снежинками...
   Теперь как на явившееся внезапно чудо на меня смотрел русский пограничник - молодой светловолосый парень...
 - Выйдите на свет, пожалуйста, - я слезла с полки, встала в проходе, ожидая, когда меня опознают по фото на паспорте - российском, полученном в незапамятные времена. Всё-таки идентификация прошла успешно.
 - С кем едете?
 - Одна, - взгляд стал слегка удивленным.
 - Первый раз в Казахстане? - я кивнула.
- А до какой станции?
 - Тюратам.
 - Цель поездки?
 - Туризм, - глаза пограничника округлились.
 - Первый раз слышу, чтобы туда в целях туризма ехали. Обычно или в командировку, или с отпуска домой возвращаются.
   Взгляд, устремленный на меня был настороженно-озадаченным. И тут я поняла, что есть два пути развития ситуация - либо меня сейчас высадят из этого поезда, заподозрив в шпионаже, либо решат, что с не совсем нормальными девицами, едущими в одиночестве в плацкартном вагоне узбекского поезда до какой-то Богом забытой станции в целях невесть какого туризма, лучше не связываться:)) Парень выбрал второй вариант... по ходу решил про меня благополучно забыть и посоветовать сделать то же самое идущему следом таможеннику - тот лишь взглянул мельком на мой рюкзак, даже не попросив открыть. Мне объяснили, как заполнить миграционку и что её нужно не потерять до выезда из Казахстана, и оставили в покое. Чем я быстро воспользовалась, чтобы снова залечь в спячку.
   Как проходили границу с казахской стороны, если честно, не помню совсем - на мои документы, кажется, тоже глянули лишь мельком. В целом же с обоих сторон вагоны проверяли долго и тщательно, но я благополучно дремала, не особо замечая того, что творилось вокруг. Потом было несколько часов тишины, когда весь поезд спал. Я проснулась, когда забрезжил рассвет над степными казахскими просторами. За окном мелькал удивительный пейзаж - ровная, как стол, бесконечная белоснежная степь...километры глади, где не за что зацепиться взгляду. Даже мне, жителю степного края, этот пейзаж казался удивительным и завораживающим. Всё-таки у нас ландшафт частенько оживляют небольших горы, поросшие лесом холмы, рощи вдоль дорог, сёла.. А здесь километры складываются в десятки, а за окном - ничего, оживляющего пейзаж. Бескрайнее, бесконечное, безмолвное ничто. Оно должно бы казаться скучным, но удивительным образом притягивает взгляд, манит, обещая раскрыть какую-то свою тайну... Я успела немного полюбоваться этими завораживающими картинками за окном в тишине и одиночестве, а потом поезд начал просыпаться. Зазвенела посуда, забегали по проходу дети, зашумели разговоры, пошли по вагонам торговцы всем подряд, зашедшие на первой же после рассвета станции. Вагон стал напоминать восточный базар с его гомоном, красками, ароматами.
   Соседи продолжали за мной заботливо присматривать - от меня отгоняли слишком назойливых торговцев, пытающихся разложить свой товар на моей полке, снова предлагали угостить чаем, сходить в вагон-ресторан за мантами или пловом, спрашивали, не дует ли от окна и не принести ли второе одеяло. Я улыбалась, благодарила, уверяла, что у меня всё хорошо, и, спрятавшись за книжку, с улыбкой и вежливым интересом наблюдала за жизнью этого поезда, которым меня так пытались напугать. Почти через сутки я вышла из того вагона со смешанным чувством облегчения (после духоты легкие с огромным удовольствием вдохнули свежего морозного воздуха) и легкой грусти, поймав себя на мысли, что мне хотелось бы ехать на нём и дальше, и увидеть, наконец, еще одну свою давнюю мечту - самобытный, непохожий на то, что я видела раньше, прекрасный Узбекистан. И что если вдруг потребуется, я без особых страхов и сомнений поеду снова на этом узбекском поезде, потому что ничего слишком пугающего в нем нет - обычный поезд (привет из СССР, из того самого моего детства) без особых удобств, но и без каких-либо дорожных ужасов, один из тех поездов, коих немало еще бороздят просторы постсоветского пространства в ожидании того благословенного момента, когда смогут уйти на пенсию, сменяемые новыми и современными вагонами. Говорливый, шумный, под завязку забитый баулами и бродящими по нему торговцами нехитрым товаром, но миролюбивый, спокойный, наполненный ароматами крепкого чая и горячего узбекского плова, бесконечными разговорами, детским смехом и деланно-грозными материнскими окриками, тихим шепотом уединенной молитвы... А если ж не захочется больше испытывать судьбу в плацкарте, всегда есть полупустые купейные вагоны, в которых, кажется, ездят только русские по территории России. Моя соседка по комнате в байконурской общаге рассказывала, что от границы с Казахстаном ехала во всем купейном вагоне вдвоем с женщиной из нашей же туристической группы. В общем, никакого негатива из той поездки в узбекском плацкарте я не вынесла, а вот в хваленых казахских поездах-тальго прокатиться в одиночестве мне было не слишком комфортно.
   До Тюратама я доехала глубокой ночью. Я до сих пор помню то раскинувшееся над головой бездонно-темное небо и звезды, огромные, яркие и близкие, до которых, кажется, легко можно было бы достать рукой, если встать на цыпочки или подпрыгнуть самую малость... Стоит ли удивляться, что путь человечества к звездам начался именно отсюда?

  Инструкция о том, как дойти от Набережной до Караван-Сарая и что встречается на пути:)

  Про Оренбург В.И. Даль сказал: "трижды зачатый, единожды рожденный". До того, как он возник в том месте, где стоит сейчас, его пытались основать дважды - сначала Кириллов, потом Татищев, и наконец, отцом-основателем города стал И.И.Неплюев. В отличие от многих уральских городов, возникших стихийно вокруг добывающего или металлургического производства, Оренбург изначально строился по утвержденному плану и имел чёткую планировку города-крепости. Основанная в 1743 году крепость в целях защиты от внешних набегов с трех сторон была окружена глубоким рвом и крепостным валом, остатки которого (по неподтвержденным данным) сохранились еще на территории водоканала прямо за зданием музея истории (бывшей гауптвахты).



   С четвертой стороны естественной защитой служил высокий берег Урала. Строить жилье вне защиты крепостных валов жители не отваживались, потому долгое время город теснился на площади всего 4 квадратных километра, ограничиваясь с севера набережной, а с юга нынешней улицей Володарского (быв. Инженерной). Макет Оренбурга 18-го века есть в этом же музее.



   Меня на нем, помню, поразил тот факт, что на площади 4 кв.км. находилось 24 (!) церкви. Город изначально строился как оплот православия на пути в Азию, потому по первому времени мечеть в городских стенах было представить сложно, и только купцу Хусаинову удалось (где-то авторитетом, где-то взятками) добиться разрешения построить первую мечеть у самой городской стены. Эта мечеть по сей день стоит на ул.Кирова и названа в честь основателя Хусаинией. А через дорогу от нее, на здании школы можно увидеть памятный знак, свидетельствующий о том, что здесь проходила крепостная стена.



История мечети и Хусаиновых вообще стоит отдельного внимания, но слегка отклоняется от маршрута по Советской, потому оставим её, скажу лишь, что при мечети есть чудесный магазин сети "Салям" с специалитетами татарской кухни, если есть время, можно заглянуть:)

   Пока же вернемся же к Пушкинскому бульвару, который, кстати, некоторые горожане под этим именем даже и не знают. В народе он зовется Набережной или Беловкой. Он всегда был любимым прогулочным местом горожан, еще  более двухсот лет назад неспешно прогуливались  здесь же наряженные по случаю выходного дня дамы и кавалеры. В те времена, правда, гулять было просторнее и вольготнее, ибо тянулась благоустроенная набережная до самого района Форштадта, и была в районе нынешнего Александровского спуска смотровая площадка, откуда вся панорама берега Яика открывалась, как на ладони (к слову, нынче вернуть прогулочную набережную в прежние границы есть в планах по реконструкции, через пару лет и мы, возможно, будем гулять до Форштадта). И гостеприимно открывались двери кафе "Поплавок", принадлежащего купцу Белову, по имени которого и прозвали тот участок набережной Беловкой. Кто уже помнит о том купце? Но название прижилось, и имя его продолжает звучать. И звонили колокола двух церквей, расположенных на набережной друг напротив друга - восстанавливаемая ныне Введенская:



и самая старая церковь города - Преображенская.

   А за мостом, где и по сей день любимый в народе лесопарк, в роще, которая тогда называлась Зауральской, располагались летние домики знати и купечества первой гильдии. И как и сегодня, на большой поляне собирались по большим праздникам - погулять, повеселиться, на других посмотреть и себя показать. И до сей поры, говорят, в роще можно увидеть почти стертые следы былого великолепия в виде старых вазонов да кустов сирени, обрамляющих пустое пространство, где когда-то стоял купеческий домик.
   Мост же появился совсем недавно, всего лет сорок назад, и по нему можно совершить символический переход из Европы в Азию (ясно, что граница эта условна, но у нас принято считать, что проходит она по реке Урал),



о чем свидетельствуют вот такие верстовые столбики на перилах моста, у которых любят фотографироваться и которые любят обклеивать наклейками своих клубов футбольные фанаты:))





К слову, для футбольных фанатов на Набережной, под мостом есть своё "место силы" - недавно установленный памятный знак в честь Юрия Сёмина, уроженца наших мест:



Кроме прогулки по Набережной, спустившись под мост, можно прокатиться на мини-транспорте: вот такой прогулочный кораблик-плоскодонка катает по речке, недалеко и недолго, это скорее дань памяти тем корабликам, что ходили здесь раньше, когда Урал был немного полноводнее, небо синее, трава зеленее...



А еще здесь есть детская железная дорога, на её поезде, который полностью обслуживают школьники, можно прокатиться до летних лагерей, что расположены дальше, в лесной зоне. Павильон станции сейчас снесли, к осени должны восстановить в его старом, историческом облике:



фото с нашего новостного сайта ural56.ru



   Однако, возвращаемся наверх, к Беловке - Пушкинскому бульвару. Некогда над спуском к Уралу возвышалась Александрийская колонна, установленная в память и благодарность за освобождение Оренбурга от воинского постоя. Благодаря Указу императора Александра I в 1822 году с горожан была снята тяжелая повинность бесплатно пускать военных к себе в дом на постой, что дало толчок развитию Оренбурга именно как городского поселения (торговле, промышленности, росту городских кварталов). Ныне колонна стоит на набережной чуть дальше, у восстанавливаемой Введенской церкви:



Это новодел - реконструкция, конечно, подлинная в советские времена была разрушена, не потерпели памятника монархии. Но вот один фрагмент, выделяющийся среди ровненько подогнанных граней остальных своей выщербленной шероховатой поверхностью, он подлинный:




   Рядом, к слову, на страницах с указом Анны Иоанновны о даровании привилегий Оренбургу, можно увидеть схему первоначального города-крепости: четкие параллели улиц, обрамленные звездчатой крепостной стеной (стены уже нет, но планировка сохранилась и по сей день?



   А сегодня на историческом месте Александрийской колонны - величественный памятник В.П.Чкалову, человеку, безусловно, выдающемуся, но не имеющему никакого отношения к нашему городу. Прославленный летчик не жил здесь, не учился и вообще ни разу в жизни не был в Оренбурге, а памятник этот, говорят, предназначался для Киевского вокзала в Москве, да не понравился Сталину, потому его и "сослали" в Оренбург, пару десятилетий носивший имя Чкалова (о том, почему это произошло, у наших краеведов есть своя интересная точка зрения, но если приводить здесь все городские легенды, прогулка по Советской станет бесконечной:)) )



Что мне нравится в этом памятнике, так это его расположение. Глядя на него, каждый раз ловлю себя на мысли, что летчик там, где ему и предназначено быть, - в небе, среди облаков...



   И сурово взирает он на то, что осталось от легендарного здания бывшего летного училища, выпустившего в небо первого советского космонавта Юрия Гагарина.  К сожалению, здание сегодня в плачевном состоянии, особенно после случившегося недавно пожара, вокруг него ведутся дискуссии и споры, а между тем оно постепенно разрушается...



И имя национального достояния - Юрия Гагарина неспособно его защитить.  Что уж говорить о делах давно минувших дней? Про то, что здание - памятник архитектуры (одна из первых многоэтажек, в которое был проведен первый водопроводов), уже никто и не вспоминает:



Напротив - резиденция военных генерал-губернаторов, где располагались управление, канцелярия и жилые помещения. Уже в советские времена, здание было перестроено, в частности, добавился верхний ряд окон, нарушив архитектурную гармонию. На самом деле смотрятся они инородно и как-то куце что ли... А над входной дверью когда-то был балкон, с которого генерал-губернатор обращался с приветственным словом к построившимся на площади перед зданием отрядам:



Символические ворота в Азию - подарок императрицы Елизаветы городу в 1755 году. Оригинал стоял на нынешней улице Горького (тогда Водный вал), затем, когда необходимость в крепостном вале отпала, и его уничтожили, ворота перенесли на набережную. Нынешний вариант был восстановлен по чертежам, рисункам и фрагментам, хранящимся в музее истории Оренбурга:



Ангелы  на Елизаветинских воротах:



 ... что "скорее похожи на каменных баб, находимых в степи, чем на ангелов". (П.Столпянский)



   От генерал-губернаторской резиденции гуляем по Советской (быв.Николаевской/Большой). На самом деле у каждого здания здесь есть своя история или легенда. Остановлюсь лишь на некоторых моментах, которые в своё время стали для меня самой открытием.
   Здания крепостного Оренбурга 18-го века до нас, к сожалению, не дошли, то, что мы сейчас видим в центре - в основном век 19, купеческая застройка. Исключением является дома Рычкова, который хоть и подвергся сильным изменениям, но все же сохранился с 1753 года. Петр Иванович Рычков - выдающийся человек, внесший огромный вклад в изучение оренбургских земель (памятник ему стоит перед зданием железнодорожного вокзала, те, кто приезжает поездом, его увидят наверняка). Это факт известный. А вот то, что благодаря супруге его Анисье Прокофьевне Оренбург обрел главное свое достояние - пуховый платок, я услышала впервые несколько лет назад на той самой экскурсии от исторического музея. Именно Елена Рычкова научила местных женщин использовать при вязке спряденную шерсть, до того теплые вещи вязали, добавляя волокна-пушинки степной травы:





   Здание на ул.Советской, д.3 - бывшее комендантское управление (ордонансгауз). Сюда  в 1847  году привезли Тараса Шевченко со строгим запретом писать стихи и рисовать, и здесь он провел свою первую оренбургскую ночь. Оренбург Тарасу Григорьевичу не понравился, был он в те времена классическим степным городом с минимальным количеством зелени, по улицам которого сухой степной ветер гонял тучи пыли.



    Но тогдашний оренбургский губернатор Обручев проявил к сосланному Шевченко некоторое сочувствие, закрыв глаза на запрет рисовать, что несколько примирило его с ненавистным городом. Видимо, в благодарность из-под руки Шевченко родился вскоре портрет жены Обручева Матильды, копия которого хранится в музее Т.Г.Шевченко, который тоже расположен на ул.Советской, в подвале школы №30, рядом с драм.театром.
   Вот и мемориальная доска с портретом поэта:



Напротив дома №3 целый квартал занимает медицинская академия, перед которой расположились бюсты светил медицины, а вот через пару домов, между №7 и 9 есть небольшой сквер с памятником первой учительнице. За спиной памятника - таблички с именами заслуженных учителей области:



   Если пойти дальше, перейдя через ул.М.Горького, через пару зданий увидим на той же стороне тот самый местный фаст-фуд "Русские блины", где можно быстро перекусить блинчиками с различными начинками с пылу, с жару:) Выйдя из блинной, можно потереть нос Сарматскому оленю, расположившемуся у стен городской усадьбы Тимашева - яркого примера кирпичной городской застройки 19-го века. Олень же - увеличенная копия фигурки, найденной во время раскопок Филипповских курганов. К сожалению, оригинальные олени нынче хранятся в музее Уфы, но кое-что из сарматского золота есть и в коллекции нашего музея:



    Следующее здание - здание дворянского собрания, построенное, как и здание Караван-Сарая, по проекту известного петербургского архитектора Александра Брюллова, брата великого автора "Последних дней Помпеи". Здесь давали балы, которые отличались от столичных, как банан от картошки. Ведь только на многонациональных оренбургских балах можно было увидеть как классические бальные платья и фраки, так и экзотические наряды дочерей Востока. Потому куда больше они напоминали костюмированные маскарады или карнавалы.





   В память о тех балах перед дворянским собранием присела на лавочке уставшая танцевать юная мечтательница. Откровенно говоря, все эти современные формы вызывают неоднозначную реакцию у горожан, но сфотографироваться с девушкой частенько возникает очередь:))



Следующее здание на перекрестке Советской/Правды не изменило своему назначению - в 19 веке здесь располагалась мужская гимназия, сейчас - педагогический университет:



   На его стене можно увидеть несколько мемориальных табличек, среди которых, например, та, что рассказывает о том, что детство директора Эрмитажа, ученого-востоковеда, автора подробнейшей монографии об истории Урарту Бориса Борисовича Пиотровского, связано с Оренбургом. Отец его Борис Брониславович приехал в Оренбург в 1914 году заместителем директора Неплюевского кадетского корпуса, а затем стал директором той самой мужской гимназии, что находилась в этом здании, и в ней же учился Борис Борисович. Оренбург в своей биографии вообще имеет немало фактов, связующих его с Петербургом:)



   Здание напротив, где располагается памятная мне по университетским временам Областная библиотека им.Крупской, в прошлом своем была усадьбой купца Чистозвонова. Легенды говорят, что у купца была необыкновенно красивая жена, а сам он был ужасно ревнив. И чтобы не смел никто даже смотреть на нее, перестал купец выпускать ее из дома. А чтобы не было ей скучно, приказал разбить для нее чудесный сад, куда свозились самые причудливые растения со всех концов света:



За исторической частью библиотеки, новый корпус, фото которого у меня почему-то никогда нет, потому - из интернета:))



Перед входом в библиотеку недавно установили вот такой памятник словарю Даля. К слову, в квартале от библиотеки, некогда располагался дом, в котором жил В.И.Даль в годы своей службы при губернаторе Перовском. Говорят, что старый дуб, растущий под окнами того дома, помнит и самого Даля, и гостившего у него Пушкина, и в память о том визите под дерево недавно посадили скульптуру ученого кота:)



   Однако ж, не сворачиваем, идем дальше:) По той стороне, где педагогический университет, будет сквер, главное украшение которого - ротонда. Изящная белоснежная беседка - ротонда была создана в 1837 году к приезду в Оренбург будущего императора Александра II, и установлена была изначально в Зауральской роще:



   За ней - главный корпус Музея изобразительных искусств (там есть небольшая коллекция классической живописи, одна из основных ценностей которой моя любимая акварельная картина Михая Зичи, живопись и графика оренбургских художников, залы для временных выставок. К слову, коллекция оренбургских пуховых платков разных лет хранится в фондах именно этого музея, периодически их выставляют на временных выставках в филиале - галерее, что расположен чуть дальше, на ул.Володарского)



   В этом же сквере некогда стоял маленький Ленин (горожане шутили, что в полный рост:)) ) на фоне здания Офицерского собрания, но года полтора назад пьедестал под ним дал трещину, Ленина увезли на время реставрации, но что-то процесс затягивается к великому возмущению местных коммунистов, которые периодически шумно требуют вернуть Ленина обратно:



С другой стороны от Ленина, симметрично Ротонде расположился фонтанчик:



Напротив Ленинского сквера - здание драм.театра, у стен которого фонари играют джаз:) А далее, желтое здание с белыми колоннами - краеведческий музей, где и хранится небольшая часть коллекции сарматского золота Филипповских курганов:



Здесь же расположились и художник с мольбертом и позирующая ему девушка (фото из интернета):



Я не знаю, почему в моих архивах не находится ни одного фото музея/театра в полный рост, потому опять же с интернет-просторов:)

Драм.театр, впрочем, центральный его вход расположен с другой стороны, со стороны Советской он узнается по афишам да по маскам на фасаде:



 Краеведческий музей:



Напротив него - любимый мой областной театр кукол, недавно отреставрированный:



Рядом с музеем, к слову, находится магазин пуховых платков.

Далее (возвращаюсь с новостных сайтов к своим фото) - исправленная не так давно историческая несправедливость: наконец-то у нас появился не памятник даже, а хотя бы бюст основателю города И.И.Неплюеву:





 Он расположился на территории, некогда занимаемой Гостиным двором, сейчас от него осталась лишь  часть зданий на Советской/Кирова. Я привыкла считать, что Гостиный двор - это крытые торговые ряды и только. Но есть и другая, трагической страница его истории. После подавления пугачевского восстания именно в этом здании рассматривались дела и выносились приговоры участникам емелиного бунта. В частности, именно отсюда после клеймения отправился в ссылку Салават Юлаев, башкирский национальный герой.



Сейчас Гостиный двор вернулся к своему назначению - в нем расположены в основном магазины. Но есть на втором этаже еще одна интересная достопримечательность, открыта, правда, в основном по выходным. Это создаваемый энтузиастами макет "Шелковый путь": от Оренбурга до Китая в миниатюрах:


А если повернуть налево у Гостиного двора, на улицу Кирова, то можно найти кондитерскую "Винни-Пух", где можно попробовать наш фирменный торт "Алладин" и прочие кондитерские вкусняшки:) А через пару кварталов будет как раз мечеть Хусаиния, а за ней - музей под открытым небом "Салют, Победа!" или сад им.Фрунзе, с Вечным огнем, образцами техники военных лет и экспозициями, рассказывающими о войне и тыловом Оренбуржье.

Напротив Гостиного двора симпатичное здание с буквами П.Ф.П. - это инициалы на фасаде дома купца Панкратова, выполненного в стиле модерн, ярким признаком которого являются яркие синие цвета в отделке:

Через дом от Гостиного двора - часовая башня. Это относительно молодая постройка, интерес её в том, что во-первых, часы на башне вызванивают несколько мелодий, среди которых гимн Оренбурга и "Оренбургский пуховый платок", кроме того, в 12.00 из открывшихся дверок под часами должны появляться фигурки, символизирующие людей, связанных с городом – казак, колхозница, пуховница, газовик, солдат, Юрий Гагарин, Александр Пушкин. Честно, не знаю, действует ли нынче это представление, застала его как-то один раз за всю свою жизнь, не попадаю в нужное время в нужное место:))



   Но, пожалуй, самое интересное - в арке под этой башней расположен сувенирный магазин, и стены, ведущие к нему, расписаны граффити. Коротко о главных событиях истории города в картинках (дизайн периодически меняется, на моей памяти это уже третий вариант):









   Там же, при магазине недавно открылась галерея "Наши люди", где рассказывается об известных лицах, так или иначе имеющих отношение к Оренбургу.

Рядом с башней - доходный дом постройки 1910 года:

а также сквер с памятником Пушкину и Далю:

И еще один представитель модерна - здание, в котором нынче расположен татарский драматический театр, спектакли идут с синхронным переводом.



   На стене здания - еще один памятный знак о том, что здесь проходил крепостной вал (угол Советской/Володарского), таким образом мы дошли до границ первоначального города-крепости. Если пройти еще немного прямо по Советской, можно увидеть зефирный торт здание с атлантами городской администрации:



Если же идти по диагонали налево, попадем в сквер с фонтаном перед зданием областной администрации:



Здесь стоит памятный знак в память о разрушенном в 30-ые годы величественном Казанском соборе:



Дом советов - областная администрация.



За ней будет площадь с большим памятником Ленина, проходим перед ним, а дальше сквер с Ангелом мира. В нем - доски с именами почетных жителей города,



На краю его сидит Муса Джалиль:



Дальше, через дорогу - парк с аттракционами и памятником Льву Толстому "Тополя":



А справа напротив парка - Караван-Сарай. Всё, пешеходный маршрут завершен. Хотя можно гулять и дальше, прямиком до железнодорожного вокзала:)

На самом деле и Советская на том не заканчивается, но за зданием администрации начинается совсем другая, непарадная Советская, частный сектор, среди домиков которого тоже встречаются интересные экземпляры, но это уже другая история, другой старый, уходящий Оренбург, который я, например, очень люблю, но понимаю, что далеко не всем он приглянется. Он живет и на соседних от Советской улицах, в тихих переулках, где порой теряешь ориентацию во времени?

Есть там, почти в самом конце улицы и образец промышленного архитектуры начала 20-го века - Юрова мельница:

И та самая стена средневекового замка:)) На самом деле - стена мясных складов купцов Хусаиновых:

Но всё это уже в стороне от привычно-туристического пешеходного маршрута?

   8 марта. Вообще-то я собиралась этот день посвятить поездке в Гюмри, но снова не срослось по причине банальной лени. Потому спала долго. Окончательно разбуженная телефонным звонком, я выглянула в окно в надежде… надежда частично оправдалось: Ереван освещался ярким и почти по-летнему теплым солнцем. Арарат прятался:)) В такую погоду хочется только одного – гулять, впитывая в себя запас солнечного света  и тепла, дабы хватило потом дождаться своей весны. Потому я в темпе отправилась на завтрак, где была одарена, как и все представительницы женского полу, симпатичным тюльпанчиком. Мило:)

    Гулять – это, конечно, хорошо. Но раз уж не Гюмри, то что-нибудь новое посмотреть всё же хотелось. Потому я решила совместить прогулку с посещением музея. Однако, закрываться в прохладу и полутьму обычных музеев в такую солнечную погоду показалось преступлением, потому я выбрала Эребуни, большая часть которого – это руины крепости под открытым небом. И пошла я на поиски… пешком:)) Ну, не дружу я с общественным транспортом, на такси как-то тоже не захотелось. Ну, а что? Гулять же… к тому же карта по дороге показывала наличие озера, у которого можно передохнуть. Да и в общей сложности расстояние не прям гигантское – километров пять. В общем, я потопала. Дорога довольно быстро, пробежав мимо рынка, выбралась с привычных центральных улиц, и нырнула в нетуристические районы Еревана. В общем, она была не особо интересной – шла  большей частью по обочинам улицы с оживленным автомобильным движением, мимо каких-то бесконечных строек и заправок. Пока не дошла до озера.

 Озеро Вардавар – искусственный водоём на территории большого Лионского парка. Не совсем ранним утром, когда я сюда дошла, оно было безмятежно гладким, не тревожимым ни малейшим дуновением ветерка, словно зеркало, отражающим деревья и дома на берегу, да возвышающуюся над Ереваном телевизионную башню. Могло бы отразить и Арарат, но не в этот день:))



Вдоль озера проходит пешеходная дорожка, по которой прогуливаются или бегают местные жители, чуть в стороне есть детская площадка… в общем, место, ничем не примечательное для туристов, зато популярное для прогулок среди местных жителей района Эребуни. Солнышко, птички поют, рыбки в воде стайками плавают… красота и безмятежность вокруг! Присела на лавочку, и уходить расхотелось.









    Позагорала, подставив морду лица солнцу, однако, не весь день же здесь просидеть. Тронулась дальше в путь.

    Тем более, что дороги осталось совсем немного, считанные метры. Вскоре она вывела к Эребуни.



Сфотографировав музей от подножья лестницы да царя Агришти на площади перед ним,









я бодренько направилась к кассам и турникетам и… уперлась лбом в закрытые ворота. Только тут я вспомнила, что армяне по праздникам вообще-то любят отдыхать. Крепость Эребуни была где-то там наверху, но оказалась неприступной:



Память сразу резво подкинула мне информацию о том, как я не попала в Матенадаран в свой первый визит в новогодние каникулы именно по этой причине – в праздничные дни в музее выходной! Стоило бы, пожалуй, догадаться и в этот раз, и хотя бы попытаться найти информацию, прежде, чем топать в такую даль. Но… дурная голова ногам покоя не даёт, хорошая мысля приходит опосля, и все похожие поговорки – это про меня:)) Если я скажу, что не расстроилась и не испытала разочарования совсем, совру, конечно. Раскопки на месте крепости времен Урарту очень хотелось увидеть, и неизвестно, будет ли у меня еще такая возможность.



   Но и прям долгого и горького разочарования не было – слишком ярко светило солнце, слишком весело щебетали вокруг птицы, слишком приятными казались любые прогулки в этих условиях почти лета. Я немного посидела на лавочке, чтобы перевести дух и обдумать дальнейшие планы, но быстро исчезла от музея, дабы не смущать влюбленную пару, устроившуюся рядом. Пока они тоже сидели на лавочке, мы даже и не видели друг друга, и никак друг другу не мешали, но потом девушке захотелось танцевать… и как я её понимаю! В такую-то погоду да от избытка чувств… И я тихонько ушла, обойдя их стороной и улыбаясь случайно подсмотренной умиляющей сцене.

   До следующей точки, куда я решила заглянуть, мапс показывал прямую дорогу по шумной оживленной магистрали, но я решила еще раз заглянуть к озеру Вардавар. Слишком уж притягательна была его умиротворяющая гладь, по которой зайчиками скакали солнечные лучи. Нашла лавочку под раскидистым деревом, на котором прямо на глазах раскрывались первые листочки, радуя взгляд.





   Буквально через пять минут, местные пернатые, привыкнув к моему присутствию, возобновили радостные весенние напевы, обеспечивая порцию наслаждения еще и слуху:))
   А вдали, в солнечно-туманной дымке на холме, к слову, виднеется та самая загадочная крепость, оставшаяся в этот раз для меня неприступной:



   Вокруг озера текла своя привычная и повседневная жизнь: кто-то вышел на пробежку, кто-то на пешую прогулку, дедушка с серьезным не по годам внуком, бабушка с весело щебечущей девчушкой лет четырех, люди на байдарках вышли потренироваться у противоположного берега…



умиротворяюще-спокойные картинки и теплые, ласковые солнечные лучи, от которых снова не хочется уходить.



   Однако, снова решив, что я не могу сидеть у этого озера бесконечно, я опять отправилась в путь.

  Когда вдруг я увидела впереди шпиль вокзального здания, я даже слегка расстроилась, что мой путь сквозь этот восхитительный квартал закончился.



   И тут я внезапно вспомнила, что присмотренные мной гостевые дома в районе вокзала, судя по карте, находились как раз где-то на этих улицах. И во мне окрепла уверенность однажды (для поездки в Гюмри, а может, и еще в парочку близлежащих городов на электричках) остановиться здесь обязательно, ибо этот район меня очаровал.

   Между тем я вышла к площади перед вокзалом, над которой возвышался стремительно скачущий на врага с обнаженным мечом в руке герой национального эпоса богатырь Давид Сасунский. Красивый памятник, если присмотреться. Движение, стремительное и мощное, передано очень точно, впечатляюще.



   А сама площадь залита солнцем, и стоит ли удивляться, что она стала центром притяжения местных жителей окрестных кварталов?:) Дети весело кувыркаются на мягкой пробивающейся траве газона и с визгами убегают от напускающих на лицо показную суровость пап. Девочка под присмотром деда переобувается в ярко-розовые роликовые коньки. Пожилые мужчины расположились на лавочке, лениво обсуждая что-то… я тоже не удержалась, присела напротив, подставив лицо солнышку:))

  Отдохнув и позагорав немного, топаю дальше. Заглянула на всякий случай в здание вокзала в поисках входа в музей железнодорожного транспорта, не особо надеясь на то, что он открыт. Оказалась права – праздник же:)) Протопав еще с километр мимо промышленных зданий, вышла, наконец, в жилой район. Перейдя дорогу по надземному переходу, оказалась в очередном ереванском парке. И снова зависла на лавочке надолго… Ну, как можно спешить, когда столь долгожданное тепло, солнце и оглушающее пение птиц вокруг?:)) А еще с того парка открылся необычный вид на Ереван - фруктовые сады в черте города:)

Симпатичный парк



с небольшой детской площадкой, парой неизвестных мне памятников и граффити с стиле М.Сарьяна



переходит в Пантеон им. Комитаса, упирающийся в свою очередь забором в здание музея и концертного зала имени любимого армянским народом композитора.



   В Пантеоне (как и в Тбилиси, на Мтацминде), похоронены люди, чью память особенно чтут в Армении – композиторы, включая самого Комитаса, актеры, художники, писатели, спортсмены. Побродила в немом восхищении, отдавая дань память… не все имена читаемы и мне известны, но и тех, что узнаю, достаточно – Комитас, Арам Хачатурян,



Фрунзик Мкртчан,



Сергей Параджанов,



Мартирос Сарьян, Уильям Сароян,



Аветик Исаакян и многие другие:

Территория Пантеона – очень ухоженная, утопающая в зелени.



В музее, кажется, собирался начаться какой-то детский концерт – навстречу попалась спешащая к его зданию нагруженная костюмом и пакетами мама, торопящая дочку. Похоже, опаздывали:)

 Пока дошла, пока дала немного отдохнуть уставшим от намотанных километражей ногам, солнце начало клониться к закату. Мимо такого зрелища я пройти не смогла. Сначала из окна,



потом с улицы.





   Мелькнула было мысль поучаствовать в обещанной гостиничной вечеринке, но погода звала на воздух. Когда еще я дома смогу гулять часами, наслаждаясь теплом и солнцем? Потому, заглянув в пару магазинов по дороге, я отправилась на Каскад, смотреть, как укутывается в темноту наступающей ночи Ереван.



Эскалатор тоже не работал, живо напомнив о том, как в новогодние каникулы мы каждое утро бегали пешком смотреть, видно ли Арарат. Теперь я знаю, что чтобы понять это, нужно преодолеть минимум 140 ступенек. Хороша утренняя разминка:))

 А в этот вечер и у меня тоже была живая музыка… пели мелодичными юными голосами девчонки, расположившиеся на ступеньках Каскада, пели под гитару мальчишки на Северном проспекте. И даже гранатовое вино, подаренное д.Вано, ждало в номере. Так что, думаю, я ничего не потеряла:))



И всё это освещалось яркой, как фонарик, полной луной,



и даже в какой-то момент отблесками фейерверка:

 Спать совсем не хотелось, как и в четыре стены гостиничного номера. Поэтому я задержалась еще понемногу у оперного театра, на Северном, на площади Республики. Везде кипела обычная ереванско-туристическая жизнь. Парк 2800-летия Еревана под окнами моего отеля превратился в парк сотен фонарей. Красиво. И немного жаль, что завтра уже уезжать…

 Мелькнула было мысль собрать чемодан, но стало лень, отложила до утра. Тем более, что утром увидела чудо, давшее мне существенный пендель для ускорения этого дела:))) Утром в окне показалась вершина Арарата. Особо хорошей видимости не было, большая часть величественной горы по-прежнему скрывалась в дымке, но и этого мне хватило, чтобы быстро позавтракать и убежать на Каскад. Мечта, которая всегда в трудные моменты согревает мне душу, - сидеть на ступенях Каскада, щурясь от солнца, и смотреть на Арарат. Лучшее успокоительное!
   Телефон вершину Арарата так и не нашел, потому просто утренне-солнечное фото с видом на Ереван:

 К 12-ти – времени выселения из гостиницы, вернулась, по дороге еще немного прогулявшись по улицам и заглянув к самой старой церкви Еревана.



Встретила кусочек Парижа:)

   Потом, оставив чемодан (ужаснулась от его веса, когда вытаскивала из номера - килограмм 17, перестаралась с сухофруктами, кажется!:) ) в гостинице, побродила по ближайшим паркам еще немного, впитывая солнечный свет,  запасаясь теплом впрок.



Прямо на глазах деревья, которые еще вчера стояли без листьев, одевались в неуловимо-зеленый наряд.







   И я порадовалась за группу Гора, которая, наверное, как и мы пару лет назад, вернувшись в Ереван через три дня, застанет его зеленым и цветущим. Мне же пора было уезжать.

   Собственно, особо ничего нового я из этой поездки не привезла, даже фотографий минимальное количество. И писать вроде бы не о чем. Но от одолевающей со всех сторон коронавирусной истерии и собственных рабоче-личных вопросов хочется отгородиться теплыми воспоминаниями... Потому пусть будут:)

   Идея поездки родилась еще в декабре, когда стало ясно, что новогодние каникулы у меня пропали на работе, а Аэрофлот подкинул соблазнительные цены на перелет дом-Москва с вылетом до 31 марта. Я решила, что раз уж новогодние праздники я работаю за коллег, логично будет, если 8 марта они поработают за меня:)) И купила билеты. Но не менять же слякотный оренбургский март на еще более слякотный московский. В марте мне всегда особенно хочется тепла и солнца, вдохнуть их хотя бы на пару дней, чтобы легче было ждать своей цветущей и теплой весны. Будь прямые рейсы до Батуми, наверное, передо мной встал бы вопрос выбора. А так - его не было:)) Москва стала транзитным пунктом на пути в Ереван, тем более, что в предыдущую отпускную поездку мне так не хватило в нем времени...

6 марта, рабочий день. Цветы, торты, поздравления.



С трудом дожидаюсь вечера и еду по дороге в закат.



   Два привычных ночных перелета с пересадкой в Шереметьево. Накануне новости о распространяющемся коронавирусе назойливо лезут в уши, невольно заставляя поддаваться общей панике и подозрительно смотреть на каждого чихающего, особенно азиатской наружности. Люди в масках вокруг, настороженные взгляды – источник зреющей и растущей паранойи. Хочется быстрее к солнцу Еревана, верится, что там спокойнее. Хотя «Спутник», который я всегда считала адекватным интернет-изданием и черпала с него новости стран из бывшего СССР, тоже вдруг поддался общей панике и рассказывал о людях в масках на ереванских улицах (где они нашли для фото те пять человек?:)) ), о дефиците тех самых масок в аптеках, о массовых отказах туристов и возвратов авиабилетов... Потому битком забитый самолет ночного рейса Москва-Ереван стал для меня сюрпризом:)) А гигантская очередь на погранкотроль, к которой присоединились пассажиры прилетевшего одновременно с нами Ютейра, и подавно:)) Никакой паники не наблюдается – несколько человек из прилетевших да пограничники в масках, пара уставших под утро медиков с тепловизорами. В очереди – оживленные, смеющиеся и весело болтающие туристы в предчувствии отдыха или начинающихся приключений. Расшатанная нервная система начинает восстанавливаться. Пока медленно движется очередь к окошкам пограничников,  от нечего делать глазея по сторонам, убеждаюсь, что эта табличка действительно существует:)


 

   Утро как-то сразу не задалось… сначала ни с первого, ни со второго раза я не смогла найти работающий обменник, изрядно походив кругами по сонным и пустынным еще улицам Еревана.

Потом, поменяв, наконец, деньги и прикупив заодно йогурта и сока, я отправилась к кассам театра.



   В ожидании их открытия снова пришлось бродить кругами, как оказалось, для того лишь, чтобы узнать, что билетов на «Маскарад» Хачатуряна нет. Ругая себя, наивную девицу, поверившую отзывам в интернете о том, что зал большой и билеты всегда можно купить прямо перед спектаклем, я отправилась куда глаза глядят… (это позже уже я узнала, что в честь 8 марта мэрия Еревана подарила женщинам возможность посетить спектакли, кинотеатры и концерты этого дня бесплатно, и пригласительные на «Маскарад» быстро разобрали. Конечно, жалею о том, что не попала на балет, но сама идея такого подарка мне очень понравилась!) И даже кофе автомат у оперного театра, разукрашенный нотками, мне выдавать отказался, несмотря на мои щедрые попытки накормить его мелочью. Рррр... ну, что ж за утро?!
   Направление «куда глаза глядят» выдалось каким-то бестолковым, потому что когда я вдруг опомнилась и вспомнила, что можно было дойти до кафе у Матенадарана и поесть знаменитых пончиков, оказалось, что я уже ушла от них на пару километров. И именно в тот момент пончиков захотелось со страшной силой, и никакую другую альтернативу организм принимать не захотел! В общем, прибавить к этому скрывающее за плотной облачностью солнце, отсутствие столь желаемой зелени, на которую жила в душе надежда, приведшая сюда, бессонную ночь, невозможность умыться, гудящие уже от бестолкового хождения кругами ноги… мне вдруг захотелось сесть прямо на тротуаре и разреветься с мыслью о том, что любимый город в этот раз как-то не очень рад меня видеть, похоже. Но я быстро разогнала мрачные мысли, напомнив себе о том, что дома вообще нынче сугробы по колено, черные от весенней слякоти, минусовая температура и рабочий день. А в Ереване пахло весной, и пробивающиеся на короткие мгновения ласковые лучи солнца согревали, ободряли и дарили надежду.





   И я отправилась за пончиками.

 Ох, уж эти пончики… обжигающе-горячие, усыпанные тающей на них сахарной пудрой, с вкуснейшим кремом внутри. Это одно из лучших средств от любой хандры:))



   Потому из пончикового заведения



я вышла уже в приподнятом настроении, осознав, наконец, что вот она, моя мечта последних нескольких месяцев – возвращение в розовый и теплый Ереван, сбылась!  И да, по дороге наконец-то удалось сфотографировать игрока в нарды, застав его в редком одиночестве:)

  Решив сделать блуждание по городу хоть чуть-чуть более осмысленным, я зашла в музей.



   Честно говоря, исторического музея Армении в этот раз у меня в планах не значилось, я собиралась досмотреть недосмотренное в Национальной галерее, послушав и посмотрев заодно еще раз море в залах Айвазовского, но случай решил за меня – я забыла, что билеты в галерею продают на втором этаже и решительно подошла к кассе на первом:)) Так, заплатив 2000 драм, я стала обладателем билета в залы с историческим наследием Армении.







   И ни разу о том не пожалела! Музей на самом деле шикарный, у него только один недостаток – фото- и видеосъемка запрещены полностью, от слова «совсем». При этом и подпольные кадры сделать сложно – смотрительницы в залах тщательно следят. Впрочем, я вообще исполнительная: сказали «нельзя», значит нельзя. Фот я вовсе оставила в гардеробе, телефон запрятала глубоко в карман. Где-то часа через два я поняла, что сей запрет – во благо. Потому что фотографирующих, видимо, в этих залах потеряли бы навечно:))) Потому как там представлены предметы быта, культа, декоративно-прикладного искусства от эпохи бронзы до наших дней (с 23 века до н.э), и большая часть найденных при археологических раскопках вещей настолько красивы, интересны и тщательно и с любовью восстановлены, что взгляд от них оторвать сложно. Это невероятно – видеть предметы, вышедшие из рук мастеров более 4000 лет назад, сделанные с таким изяществом и столь искусно, что их изготовителям могут позавидовать современные мастера со всем их набором передовых технологий в помощь. Огромные расписанные орнаментами кувшины-карасы, каменные фигуры идолов, бронзовые статуэтки богов и животных (и даже модель солнечной системы в тогдашнем представлении о ней!), украшения, собранные на каркас из найденных и сохранившихся фрагментов телеги и колесницы, камни с клинописью Урарту, в том числе с указом об основании Эребуни – прародителя современного Еревана, фрагменты барельефов, украшавших старые храмы, ныне утраченные, оружие, национальные костюмы, тот самый древний кожаный тапок, что нашли в пещере Арени, на почетном месте в самом начале экспозиции,  – чего там только нет! И детали всего этого можно рассматривать бесконечно. В какой-то момент у меня начали подкашиваться ноги и закрываться глаза, но потом вдруг открылось второе дыхание:)) Правда, ошарашенная огромным массивом увиденных чудес и попытками усвоить хотя бы часть информации, я умудрилась не зайти на первый этаж, где представлены временные выставки и ковры Армении, но, боюсь, я бы уже не смогла воспринимать ни капли нового, так что всё, что ни делается, к лучшему. Была у меня мысль вернуться на следующий день, заодно и в галерею зайти, но вышло иначе… Ах, да, к слову вспомнился еще один недостаток музея – несколько раз встречались залы, где описания к экспонатам встречались вовсе только на армянском языке. Сложновато, однако, разобрать:)) Правда, есть возможность пройти по музею с экскурсоводом за довольно скромную плату, но об этом я тоже узнала позже:)

   Ответив, что подумаю, быстро сбежала, чтобы, наконец, смыть вторые сутки держащуюся на ресницах тушь, пока глаза вообще не перестали видеть. Спать уже смысла не было, да и не хотелось. Второе дыхание, пойманное в музее, манило гулять, тем более, что сквозь облака всё чаще проглядывало солнце. Да и пообедать хотелось. Потому немного отдохнув, переодевшись и подзарядив телефон, я отправилась до изнеможения бродить по знакомым ереванским улицам…
   Быстро перекусила долмой в «Карасе», заглянула в магазин за продуктами на вечер и коньяком домой, поднялась на Каскад, чтобы поймать прячущийся в облаках закат,



вернулась в отель, чтобы бросить сумки, ожидаемо встретила возле дверей Гора с группой («Знаешь, а я сегодня наших, с тех новогодних групп не раз встречал!» Не меня одну, значит, покорили тогда его рассказы об Армении, заставляя возвращаться снова:)) ) и собравшиеся на площади напротив нашей гостиницы машины, выстраиваемые в сердце в честь 8 марта,  да жужжащий над ними квадрокоптер. Понаблюдала немного за флеш-мобом (жаль, фото пока так и не увидела), побродила еще по стандартным туристическим тропам, любуясь освещенным ночными огнями городом,





и отправилась, наконец, спать… завершив день, растянувшийся часов на сорок, что уже,кажется, входит в традицию:)) Но в Армении не сложно не спать, она дает силы и энергию. И душевное спокойствие заодно.

   (Накануне поездки)
- Ты еще не всю Башкирию вдоль и поперек облазила? Есть там еще что-то для тебя неизвестное?
 - Ой, конечно, много!
   В планах на выходные значились места, где мне бывать еще не приходилось - Аскинская ледовая пещера (вот эта самая, где живут ледяные мамонтята) и Розовые скалы. Итак, едем:


 

    Раннее субботнее утро, когда весь город еще спит. Сыроватый снег, валивший ночью, продолжается и по дороге, летя в лобовое стекло крупными хлопьями, вкупе с темнотой вокруг создавая фантастическую картину стремительного движения среди звёзд...
    Впрочем, скоро рассвело (день-то уже существенно увеличился), и за окнами замелькали заснеженные башкирские пейзажи, придя на смену ощущению, что мы одни во Вселенной. Цель нашей поездки находилась на границе двух районов Башкирии - Гафурийского и Архангельского. Доехали до хутора Солонцы, оставили машину на его окраине, и дальше потопали пешком. Надо сказать, что количество машин и микроавтобусов на стоянке удивило - мы, наивные, почему-то думали, что Аскинская пещера - не слишком популярная достопримечательность. Оказалось, очень даже наоборот. Видимо, близость к Уфе и хорошая дорога зимой сказываются (как нам рассказала девушка-экскурсовод в пещере с необычным для моего слуха именем Зифа, летом с дорогой всё гораздо хуже).
   Пешеходный путь до пещеры состоит из нескольких этапов - сначала нужно дойти от хутора до КПП вдоль реки, что мы и сделали:



Река оказалась совершенно не замерзшей, удивительно было видеть свободно текущую среди сугробов воду:



С сугробами, к слову, в Башкирии всё в порядке:) Пока Москва и её окружение тоскуют по снегу, наш Южный Урал не успевает откапываться, чтобы выйти из дома:))



В середине реки застыли многослойные снежные бутерброды:)





   Тропинка всё время бежала у реки по самому краю, но в какой-то момент закончилась, и несколько метров пришлось протопать прямо по мокрым камням и воде. К слову, речка в эту пору совсем мелкая, видимо, ждет весны, чтобы стать на короткие дни-недели бурным и стремительным потоком, вбирая в себя талые воды от лежащих вокруг снегов. Тем удивительнее было, что даже в условиях нынешней теплой зимы она не замерзла. Сам собой напрашивался вывод, тем более, что память подсказала, что Красноусольск с его обогащенной минеральными веществами и такой же незамерзающей рекой совсем недалеко...



   Не успела я озвучить мысль, пришедшую в голову, как мы нашли её подтверждение - речка в этом месте питалась от минеральных источников. Попробовали водички,



попытались угадать, куда ведёт мостик:



и потопали дальше, дивясь на очередные попавшиеся в воде слоистые снежные тортики:





   Вскоре вышли к КПП, представляющий собой пару деревянных домиков на большой поляне среди заснеженного леса. Здесь же обнаружились и первые информационные щиты, рассказывающие историю Аскинской пещеры. Открыта она была еще в 1902 году горным инженером и исследователем Южного Урала Леонидом Конюшевским. Он обозначил на карте её географическое положение и составил краткое описание - размеры околовходной части, температурный режим. Первое подробное исследование пещеры провели в 1924-26 гг, на тот момент в ней обнаружили всего 8 ледяных сталагмитов. В последующие годы массив льда существенно увеличился, но вот примерно десятилетие назад начался обратный процесс - из-за большого количества желающих посмотреть и не особо задумывающихся о том, как это сделать правильно, не причиняя ущерба, микроклимат пещеры был нарушен, и началось таяние льдов. Потому в 2017 году было принято решение, призванное спасти уникальную природную достопримечательность - Аскинскую пещеру передали в аренду Русскому географическому обществу и ограничили доступ в неё. Сейчас, оплатив входной билет и услуги экскурсовода, можно посетить пещеру только в составе группы и не больше, чем на полчаса. Зимой пускают группы по 20 человек на 30 минут, летом - не больше 10 человек и на 20 минут. Между экскурсионными группами предусмотрены рекреационные перерывы - по 30 и 50 минут соответственно. Усилия ученых оказались не напрасны - сегодня льды в пещере медленно, но верно продолжают расти, меняя формы и очертания. Так что можно приезжать периодически и смотреть, как в первый раз:)) Стоимость билета с услугами экскурсовода - 200 рублей, приобретается здесь, на КПП. Здесь же и формируются сборные группы. У пещеры довольно активная группа в ВК, где есть возможность предварительной записи на определенное время, что в выходные дни вовсе не лишнее, учитывая количество народу.
   А еще тут же, на КПП предложили взять на прокат хобу, чтобы было на чём на обратном пути с горки идущей под уклон тропы скатиться. И нет, это не моя гениальная идея! Её местный парень, продающий билеты, озвучил!:))



Пока ждем своего времени, дивимся на сугробы. Кто сказал, что мало снега в этом году?:))







Черно-серо-белый монохром



разбавляется порой цветными пятнами:



   Когда подошло время выходить, молодой человек с КПП проводил нас несколько десятков метров и указал дорогу к пещере через этот мостик и дальше, по натоптанной тропе, озвучив, что на путь до пещеры у нас есть 50 минут, так что можно не особо торопиться. Весь путь от первого моста до пещеры - не больше 2 км почти всё время по прямой:



И мы пошли через заснеженный, белоснежный, пушистый, как из зимней сказки, лес:













   Пройдя примерно половину, встретились с речкой, которая некогда и образовала Аскинскую пещеру, промыв её в известняковой породе хребта Уралтау. Сделала она это столь удачно, что пещера расположилась на восточном склоне, защищенная массивом горного хребта от прогревания и солнечных лучей, благодаря чему в ней и зимой, и летом температура не поднимается выше -4:



   За мостиком видна беседка для уставших туристов, в дальнейшем попалась еще одна такая же. Так что тропа оборудована с расчетом даже на самого нетренированного туриста. Впрочем, когда я увидела идущую навстречу женщину в замшевых сапогах и с изящной дамской сумочкой, я поняла предусмотрительность доброй пещерной администрации - не всякий турист здесь турист:)) Есть и просто городские жители, выехавшие на природу едва ли не впервые в жизни:)



А тропинка бежит дальше:





Очередной мостик



на этот раз - через замерзший ручей, потерявшийся под снегом:



Грибочки:)



Здесь, от последнего моста, тропа начинает забирать вверх, под финальный отрезок пути даже довольно круто, но для облегчения подъема на этом участке провешены перила - натянут трос между стволами деревьев, так что подниматься вполне безопасно и удобно:



Эх, как же всё-таки красивы эти пушистые сугробы! Всё-таки без снега зима - не зима:





Дошли. Вот под этой заснеженной скалой и располагается вход в пещеру:



   Выжидаем временной интервал, слушаем инструктаж от девушки Зифы (головы беречь на входе, лёд не ковырять и не облизывать, громко не разговаривать - эхо множества голосов резонирует и создает звуковой хаос, оказывая губительное воздействие не только на лёд, но и на редкие виды летучих мышей, живущих в пещере) и мимо сосулек - сталактитов выше меня ростом проходим в ледовое царство:







   Пещеру оборудовали цветной подсветкой, которая включается на время нахождения в ней туристических групп, что создает эффект сказочной пещеры Сезам, скрывающей несметные богатства. Красиво и для льдов и обитателей пещеры безопасно:) Пещера представляет собой большой грот, размерами примерно 100*60 метров, но особо по ней сейчас не погулять - огорожено. Оставлена только смотровая площадка у подножия лестницы, ведущей вниз. Едва ступаешь с нижней ступени, сразу попадаешь на лёд: "пол" пещеры - это примерно 1,5 метра ледового покрытия. Так что под ноги смотреть иногда крайне желательно, чтобы не растянуться на полу, особенно если обувь скользкая. С первых же шагов по лестнице обращаешь внимание на находящийся справа огромный ледяной сталагнат - это реликтовый лёд, не таявший никогда. Вероятно, он возник сразу после образования пещеры - тысячи? миллионы?.. лет назад. Впечатляет "дедушка":



   Даже при том, что я всегда за естественные природные ландшафты, считая, что пытаться их приукрасить - только испортить, но тут не могу не признать, что разноцветная подсветка очень выигрышно подчеркивает красоту льда, придавая сталагмитам фантастический, сказочный вид:





Льды растут как грибы после дождя, целыми семейками:)



Причудливые формы, в зависимости от того, насколько бурно работает фантазия, складываются в фигурки... эта, например, напоминает сурового седобородого старца, духа пещеры:



В свете фонариков и подсветки лед переливается бриллиантовым блеском, завораживает:



Птичье семейство появилось всего пару месяцев назад:



    А этот разветвленный сталагнат, напоминающий нынче женщину с ребенком на руках, по рассказам Зифы, раньше  выглядел совсем по-другому: правая его часть, наоборот, была меньше, и в целом, если всмотреться, казалось, что это девушка, которую обнимает любимый. Но по прозрачным верхушкам, означающим "молодой" лёд, видно, что "девушка" растёт заметно быстрее, под воздействием капающей со свода пещеры её на макушку воды. Так и превратились "Влюбленные" в "Мадонну с младенцем":





Реликтовый столб льда притягивает взгляд. За ним видны проходы, уходящие куда-то вглубь. Исследования показали, что в пещере есть несколько сотен метров коридоров, но куда они ведут и соединяются ли с другими пещерами, установить так и не удалось, поскольку они закрыты толстыми слоями льда. Но есть версия, что Аскинская пещера является частью разветвленного и тянущегося на несколько километров комплекса Каповой пещеры:



   К слову, большая часть ледовых образований в пещере - это сталагмиты, растущие снизу вверх. Этот напомнил очертаниями то ли Деда мороза, то ли гнома из сказки про Белоснежку:)



Фонарики - электрические и ледовые:



А еще у стенки живут мамонтята, те самые, что на первом фото этой записи. Вооон там, за "Мадонной" расположилась целая полянка юных мамонтят, которые, быть может (кто знает?), через несколько лет вырастут до огромных ледяных слонов:)



   Помимо красоты и необычного температурного режима, пещера обладает еще одним чудесным свойством - здесь прекрасная акустика, что нам продемонстрировала Зифа. Когда эхо ранее родившихся звуков стихло, она запела, и это было восхитительно. Звук, убегая к сводам пещеры и отражаясь от них переливчатым эхом, становился многогранным и многослойным, и сложно было поверить, что поёт один человек без всякого музыкального сопровождения...



   Насладившись звуками многоголосного эха и полюбовавшись еще немного ледяными красотами, начинаем продвигаться к выходу - время истекло:









Аскинская пещера остается отдыхать и наслаждаться темнотой и тишиной в ожидании следующего экскурсионного сеанса,



а мы двигаемся по знакомой уже тропе в обратном направлении. Местами, как и советовали, на поджопнике с горки:)) Весело:))



   До места ночлега нам остается проехать еще около ста километров, потому к с.Бриштамак приезжаем уже глубоко за обед. Эта деревня меня очаровала, как некогда Тирлян. Такие же разноцветные, яркие домики с резными, словно украшенными деревянными кружевами, ставнями и наличниками, и невероятной красоты заросшие лесом горы вокруг:



   Оставив машину и взяв в проводники местную жительницу, топаем по крутому, местами почти отвесному склону горы, через заснеженный лес к...автобусу:) Не, это не мираж, это наше место ночевки - автобус в лесу. Гениальная идея, как использовать старый списанный транспорт, кроме, как пустить его на металлолом, я считаю. Утеплили, выбросили всё лишнее, разместили лежаки, столик, умывальник и печку - и живите, товарищи туристы! Уютно, тепло и необычно:)



Есть оборудованная мангальная зона, туалет, заготовленные дрова, вода - в роднике рядом, на склоне у реки. В общем, всё для комфортного проживания:



      Автобус стоит на берегу речки, на поляне в окружении хвойного леса. От деревни - километр с небольшим, но кажется, что до ближайшей цивилизации огромные расстояния. Такая тишина стоит вокруг, проливаясь бальзамом на уши, уставшие от вечного городского шума и суеты. Кажется, что слышно даже, как падают снежинки, тихо шелестя о поверхность сугробов. Только снегоходы раз за вечер разорвали эту тишину, промчавшись по замерзшей поверхности реки, да уютное постукивание колес да гудки тепловоза поезда, бегущего по противоположному берегу:



Охранник нашей проводницы, несмотря на больную лапу, одну не отпустил:)



Попрощавшись с хозяевами (муж девушки, провожавшей нас до автобуса, приехал сюда заранее, растопил нам печку и натаскал дров, переживая, что мы приедем поздно и вдруг замерзшие), мы остались осматриваться и обживаться:



   Единственное, чего, пожалуй, пока не хватает - навеса-дровника. Дрова, утонувшие в сугробах, горели медленно и неохотно давали угли и жар, потому, чтобы пожарить шашлык, нам потребовалось часа три... Но у потрескивающего (и дымящего так, что куртка от дыма у меня не проветривается уже неделю, так и хожу со вкусным ароматом костра в качестве духов:)) ) и переливающегося в темноте янтарно-алой россыпью горящих углей костра было уютно и тепло, так что время провели с удовольствием. Вскоре к тому же повалил огромными хлопьями пушистый снег, превращая нас в снеговиков и вызывая щенячий восторг родом из детства. Хотелось носиться под этим снегом, играть в снежки, подняв лицо вверх, ощущать, как тают на разгоряченном лице снежинки... Заодно поставили походную переносную баню, но топилась она теми же сырыми дровами, так что особо попариться не получилось, но слегка погрелись и снегом-таки умылись:)) Остаток вечера прошел за традиционными походными байками и житейскими историями, закончившись где-то за полночь, в салоне автобуса, освещаемом отблесками тлеющего еще костра да новогодними гирляндами, подключенными к аккумуляторам.
   Когда в районе полуночи один из наших парней вышел на улицу подышать воздухом из духоты жарко натопленного автобуса, в стороне от костра обнаружились свежие следы лап... мы предпочли думать, что собачьих, но не факт:)) Поэтому решили, что лучше ночью лишний раз из автобуса не выходить:) Пару раз за ночь ребята вставали подкидывать дров в печку, под утро стало заметно прохладно, но в целом даже я в своем летнем спальнике не замерзла.



 Утром обуяла лень... проснуться проснулись, вставать не хотелось. В уюте теплого, снова жарко натопленного автобуса, шевелиться особо не хотелось, хотелось сидеть и смотреть на тихо падающий за окном снег:







   Однако, постепенно проснулись, сварили макароны на завтрак, вскипятили чай, я так даже кофе себе сварила в обнаруженной среди посуды турке. Не торопясь, позавтракали, стали собираться, подгоняемые моей подругой, которой очень надо было попасть домой раньше полуночи:) Хотя, откровенно сказать, покидать этот гостеприимный домик-автобус не хотелось. В таком бы пожить с недельку, наедине с природой и собственными мыслями, в тишине и спокойствии, приводя в порядок расшатанные стремительным ритмом современной жизни нервы. Обратная дорога далась легче - по сути преодолеть пришлось только один крутой подъем, вся остальная тропа пошла под горку, потому мы шли легко, успевая любоваться застывшей под снегом рекой внизу и скалами противоположного берега, которые проступали порой в просветы между густым ельником. Ну, и елками в снежных шапках-ушанках и рукавичках, конечно:)
   Забрав машину и распрощавшись с гостеприимными хозяевами, мы доехали до края деревни. Какая она все-таки живописная - аккуратные, уютные даже на вид домики, окрашенные в веселые яркие цвета, украшенные ставнями и резными наличниками, особенно красиво они смотрятся на фоне белоснежных сугробов и темно-лесного покрова местных гор. Так и хотелось погулять по этим утопающим в снегу улицам, фотографируя каждый домик-теремок:







Оставили машину у подвесного моста, перешли через реку,





и "по шпалам, опять по шпалам..." потопали вдоль полотна железной дороги, бегущего по берегу реки:



Сначала на противоположном берегу мелькали домики деревни, потом промелькнул затерянный среди деревьев ярким желтым пятном наш автобус-ночлег,



а потом пейзажи стали совсем безлюдными - горы, тайга, застывшая во льдах речка и солнце, вырвавшееся из плена туч:



А мы всё шли и шли дальше:



   Примерно на середине пути попался навстречу грузовой состав, пришлось быстро нырять с дороги прямо в сугробы. Машинист, взгляд которого, похоже, соскучился среди этих бесконечных лесов и снегов по людям, радостно поприветствовал нас, обдав облаком снежной пыли. Поезд, поднявший маленькую снежную бурю, шумно прогрохотал мимо и скрылся из виду, а мы продолжили путь.
   Около трех километров позади. А впереди - Розовые скалы, цветом горной породы живо напомнившие мне осенний армянский Нораванк:



   Между тем небо почти совсем прояснилось. Впереди у железнодорожной будки начинается тропа вверх, к вершине горы, с которой можно рассмотреть вблизи эти причудливые розовые скальные выступы. Были сомнения, не утонем ли мы там в снегу, но тропа оказалась хорошо утоптанной и лишь слегка припорошенной ночным снегопадом. Зато стоило оступиться и сойти с неё, легко было оказаться в пушистом снегу по пояс:))



Сверху открылись шикарные виды на башкирские просторы, высоченные цепляющиеся за камни ели,



и розовые камни склона:





   Полазили по сугробам, поохали от восторгов, осматривая окрестности... простор, ощущение полёта! Устроили фотосессию.



Кадр называется: "Сфотографируй еще раз эту дорогу, я чувствую, она у тебя не получилась!":)))



Солнце совсем разогнало тучи, пригревая по-весеннему:



   Вниз местами спустились, местами скатились:) Почти незаметные три километра обратно, и вот мы уже снова у знакомого моста и деревни Бриштамак. Солнечные лучи, позолотившие окрестные горы, высветили розовато-бежевый оттенок скал и здесь, совсем рядом:


 

А мы в путь-дорогу к дому, сквозь заснеженную башкирскую зимнюю сказку. Пока, Башкирия, до новых встреч!:)

   Когда приехали к станции канатной дороги "Крылья Татева", накрапывал мелкий дождик, а склоны гор, образующих ущелье у Алидзора, облизывали облака. А еще здесь в полную силу разгулялась яркая армянская осень, и это была необыкновенной красоты картина, заставляющая сердце замирать от восторга:



    Потому дальше будет много-много фоток, остановиться и проредить их я так и не смогла:))



Просидев в ресторане ровно столько, чтобы подъехать как раз ко времени отправления кабинки, зарезервированному для нас, мы сразу прошли на посадку. Но не сфотографировать тросы дороги, убегающую в облака, было невозможно:)



   Стекла кабинки были усеяны каплями дождя, вызывая некоторое сожаление - чтобы полюбоваться пейзажами, проплывающими под нами и вокруг нас, приходилось выискивать свободное пространство между этими капельками:



Потому по большей части пейзажи виделись нам размытыми в акварель. Но удержаться и не фотографировать было сложно, настолько они были восхитительны:







Под кабинкой плывет дорога в осень:





А над нею, прямо рядом с нами, плывут облака, иногда заглядывая прямо к нам в кабинку, обволакивая её, провожая некоторое время, и сбегая дальше, по своим облачным делам:)













Какой восторг испытываешь, путешествуя по таким дорогам, словами не описать. В моей памяти всплыли разом недавние осенние Кахетия и Арцах, и я в очередной раз порадовалась тому, что они со мной случились:)





Спрятавшаяся среди зелени и золотистого леса Татевская пустынь промелькнула глубоко внизу:



Показались водопады:



Одинокий домик на утёсе выглядит приютом романтика:)



Водопады приблизились... точнее, мы к ним:)



А вдали, над вершинами гор плывут и плывут облака, иногда стекая по склонам туманными водопадами:



Красиво, глаз не оторвать:



Этими золотисто-облачными пейзажами можно было бы любоваться бесконечно... но впереди уже показался купол Татевского монастыря. Я возвращалась в это место, однажды запавшее мне в душу, через полтора года, и сердце вдруг забилось сильнее:



У выхода с канатной дороги - разноцветный фруктовый сад:



А облака  в сочетании с осенними красками по-прежнему притягивают взгляды:



Впрочем, вскоре внимание переключается на архитектурный ансамбль монастыря, ибо мы заходим на его территорию.



В дождливую погоду здесь особенно тихо и пустынно, желающих побродить под моросящим дождем не много. Впрочем, к тому времени, когда мы подошли к воротам монастыря, дождь совсем перестал, и даже небо посветлело:



   Наш гид быстро провел нас по некоторым строениям монастыря, коротко рассказав о них, чем снова вызвал некоторое моё удивление, и дал минут сорок свободного времени. Честно говоря, я даже обрадовалась... здесь хотелось побыть в одиночестве. Я бродила среди знакомых стен, и в памяти оживали восторженные рассказы Роланда. Тогда, в мой первый приезд сюда, он говорил, говорил, говорил... и мне хотелось его слушать. Час пролетел незаметно. Он мог бы рассказывать еще столько же, но необходимость дать нам хоть какое-то свободное время до отъезда остановила. Тогда, прервав рассказ, он повёл нас знакомиться с отцом Михаилом...



   Собор Петра и Павла, главная церковь монастыря, очень красив. Он вобрал в себя лучшие традиции армянского зодчества и стал практически эталоном, идеалом, совершенством. И отдельные элементы в его отделки тоже можно рассматривать часами... барельефы, вмурованные в стены хачкары, волнами уводящие взгляд посетителя ко входу в церковь монументальные колонны, которые при огромных размерах вовсе не кажутся тяжеловесными, ажурные каменные узоры на арках над входами, напоминающие павлиньи перья... Да, этот монастырь очень красив, но, быть может, до конца бы я этого так и не осознала никогда, если бы не Роланд, умело и бережно направлявший наши взгляды в нужном направлении, за что я по сей день ему очень и очень благодарна. Боюсь, моим нынешним попутчицам красота этого монастыря так до конца и не раскрылась.

















А какие из окон монастырской библиотеки всё-таки открываются виды! Глядя на это, и в самом деле чудится, что обретаешь крылья и паришь над миром:)  "Та тев"... "дай мне крылья!"



















   В свободное время я, конечно же, заглянула в храм. Отец Михаил вёл службу. Не особо разбираюсь в церковных обрядах, не знаю, что это было. Вокруг него собралась небольшая армянская группа, сколь я поняла, специально для того приехавшая. Близко подойти я не решилась, постояла в стороне, подошла к часовне-усыпальнице Григора Татеваци, которая оказалась закрытой решетчатой дверью, рассмотрела на стене барельеф с историей монастыря.Вроде бы всё, можно уходить, но не хотелось... даже не так, я просто не могла заставить себя уйти. Несколько раз подходила к двери, но каждый раз возвращалась обратно. Так и болталась кругами по церкви, отдавая себе отчет, что, наверное, мешаю. Но взгляд отца Михаила, который я пару раз ловила на себе, не был осуждающим или строгим. От был всё тем же, засевшим в памяти, лучисто-добрым и иногда чуточку ироничным, от которого оставался теплый след на душе, словно от прикосновения солнечного лучика. И я снова, как и в первый раз, ощутила невероятное, исходящее от этого человека сочетание необыкновенных внутренних света и силы. Вспомнилось, что сказал о нём наш гид: "Это настолько светлый человек, что рядом с ним я постоянно чувствую себя в чём-то виноватым..."
   Служба закончилась, отец Михаил благословлял всех вместе, каждого в отдельности, какие-то подносимые ему вещи... Потом церковь постепенно опустела, ушел куда-то в заалтарные помещения и отец Михаил, потом вернулся ненадолго, ушел снова (я так и не решилась подойти, он выглядел уставшим, говорят, серьёзно болен... дай, Господи, ему здоровья!)... а я всё не могла покинуть её стен. И только взгляд на часы, показавший, что с минуты на минуту кабинка, на которую у нас были куплены билеты, уйдет без меня, заставил меня поспешить к выходу. И вот тут совершенно неожиданно для себя, задержавшись у двери, чтобы повесить на место платок, которым накрывала голову, я и столкнулась вдруг с отцом Михаилом. Склонила голову под мягким прикосновением руки к волосам, заглянула в глаза, и нахлынуло вдруг давно забытое чувство безграничной, безоблачной детской веры в то, что всё у тебя будет хорошо, раз всезнающие родители обещали... уж они-то точно знают, им можно верить! Так и этот взгляд обещал, и я вдруг почувствовала себя доверчивым ребенком. И это было такое теплое, уютное ощущение родом из детских лет. И снова, как и в прошлую встречу, навернулись на глаза слезы, очищающие и смывающие весь негатив. А отец Михаил, вдруг лукаво улыбнувшись, достал из кармана конфетку и протянул мне, усиливая и без того невозможное, но такое реальное в тот момент впечатление возвращения в беззаботное детство. "Спасибо! За всё спасибо!.."
    Из монастыря я выскочила чуть ли не вприпрыжку. На душе было легко и радостно. "Дай мне крылья..." - а ведь здесь и в самом деле их можно обрести. И словно чудо - я вдруг увидела над головой кусочек безоблачного неба.



До станции канатной дороги я бежала бегом, чтобы не опоздать:) Успела, даже ещё осталась пара минут на то, чтобы отдышаться и сделать пару кадров напоследок:









А потом мы снова плыли над и среди осенних пейзажей рядом с облаками. И, навеваемое плавным ходом кабинки канатной дороги, в душе еще росло и ширилось позаимствованное в монастыре умиротворение, которое хотелось сберечь, сохранить, запомнить на потом...

Короткие 12 минут пути прошли, и вот уже снова на наших глазах канаты воздушной дороги убегают в облака:



которые лентой вьются над Алидзором:



И снова невозможно оторвать взгляд от этой восхитительной картины:





А чуть дальше от станции канатной дороги огромные горы облаков выползают прямо из ущелья, словно выталкивая друг друга, спешат быстрее подняться в небо:



и плывут, плывут дальше, опутывая окрестные горы:



Невероятная, постоянно меняющаяся, и оттого не надоедающая картина. А вдали за облаками видны уже заснеженные вершины. Зима близко:

















На самом деле зима оказалась даже ближе, чем я думала: пока нас не было, снег выпал буквально километрах в 30 от Еревана, покрыв тонкой белой пеленой пейзажи, мелькающие вдоль дороги:



   Наше короткое путешествие заканчивалось. По дороге заехали еще только в Арени на традиционную дегустацию. Винодельня была для меня новой, нам провели экскурсию, показав производство и винные погреба и рассказав немало интересного, но само вино меня не особо впечатлило. Так что в первый раз я, кажется, уехала из этой деревни виноделов, не гремя бутылками:)) А, может, сказалось уже то, что накопилась дорожная усталость, хотелось побыстрее домой... в ставший почти родным ереванский хостел. Там ждали приятные встречи, пробудившие море теплых воспоминаний, и рождавшие новые мечты и планы. А впереди - еще один (всего один!) день в Ереване. Так что еще немного картинок с Еревана будет:)

***

(- А поехали с нами? Мы сегодня  в Дилижан... - и я отчетливо в тот момент поняла, что однажды вернусь, чтобы поехать. Но не в этот раз. 
 - Эх, я бы с радостью, но меня не пустят на работу без чурчхелы.
 - Таня, ну, какая чурчхела? Уж ты-то знаешь, что это суджух.
 - Я-то знаю, а они ждут чурчхелу:)) ) 

   Итак, когда подъехали к Хндзореску, над ним снова сгустились тучи, от безоблачного синего неба, что радовало взгляд по дороге, не осталось и следа. Более того, то ли туман, то ли облака ползли, стелились порой прямо по склонам горы, на которой разместился пещерный город. Но мы наивно не придали этому значения и нимало не обеспокоились...


 

   Однажды, увидев на фотографиях армянскую осень, я заболела мечтой увидеть её воочию. И вот второй год осуществляю мечту:) В прошлом ноябре я увидела много красивых мест в осеннем обрамлении, но вот до Сюника так и не добралась, и Хндзореск остался мечтой. Теперь же он раскинулся передо мной, окрашенный золотистыми оттенками, и я жалела только об одном - на прогулки по пещерному городу снова было очень мало времени. Так и остался, несмотря на два посещения,  Хндзореск мечтой, к воплощению которой снова хочется вернуться:)



   Про этот яблочный город, в котором еще несколько десятков лет назад еще жили люди, я уже рассказывала, повторяться не буду. Потому дальше по большей части будут просто картинки осеннего Хндзореска:



  Что увидела нового по сравнению с прошлым разом - внизу, у входа на мост есть небольшой музей, у которого дежурит местный житель, который в детстве жил в одном из домов этого пещерного города, и может рассказать о нем немало... эх, если бы только было время послушать. Снова эта главная проблема групповых экскурсий - вечный галоп:(( Там же, у моста дежурят таксисты для тех, кто не желает/не может подниматься по лестнице, по которой от моста болье 400 ступенек. Мы мужественно решили спускаться/подниматься пешком... все дружно, кроме нашего гида:)) Он неожиданно сказал: "Вы идите, погуляйте там сами, а я тут подожду". Сказать, что мы удивились - значит, ничего не сказать. В итоге, мои попутчицы аргументом "Как Вы можете бросить одних беззащитных женщин, к тому же боящихся высоты?!" нашего сопровождающего всё же убедили прогуляться с нами:)) И вниз мы отправились полным составом, оставив в машине только водителя:



Виды с лестницы открывались восхитительные, и мы постоянно тормозили на фотопаузы, хотя и звучали иногда протесты: "Да пойдемте уже, на обратном пути сфотографируемся". Знали бы мы тогда, что на обратном пути о фото можно будет забыть:))







   Дошли до моста. Народу в городе было немного, потому мост был пустынным, что не могло не порадовать - раскачиваться под шагами впереди идущих не будет:) Пока попутчицы преодолевали страх высоты, меня пропустили вперед... ага, из меня первопроходец тот еще, особенно там, где речь идет о высоте и бездне под ногами:) Было, конечно, страшновато. Пожалуй, даже страшнее, чем в первый раз. Похоже, тогда просто весёлая компания отвлекала разговорами, потому тот мост я проскочила почти незаметно:)) Но после подвесной тропы Окаце организм, кажется, уже начал привыкать к подобным испытаниям:)



Как же всё-таки велик этот город! Ррр... хочется же забраться повыше и подальше:))



Золото осени разбавлено оранжево-медным и багряно-красным:



Остановившись у первой пещеры,



я уже давно обозревала окрестности,



а попутчики мои всё ещё привыкали к высоте и фотографировались на мосту. Всё-таки 40 минут на это место - непозволительно мало:)) Мне кажется, за эти сорок минут мы даже с моста еще не сошли полным составом:) К слову, нашла тут данные о мосте: 160 м длина, 1.5 ширина и 63 высота:



А облака между тем превращались в густой молочно-белый туман и спускались всё ниже. Вот уже и вершины гор укрылись за ними:



   В итоге прогулялись мы по тому же маршруту, что и пару лет назад весной с Роландом - мимо остатков двухэтажного дома с арочными окнами, источника, которому предписывают чудодейственные свойства, до церкви и обратно. И этот знакомый уже маршрут всколыхнул целую волну теплых воспоминаний.





















На стены цитадели я снова бросила завистливый взгляд. Обещая себе, что когда-нибудь я всё же приеду сюда на более, чем час, продолжительное время:



Каменная купель у источника:



Древние камни у стен старой церкви:





Совсем ненадолго мы заглянули в церковь, но когда вышли и вернулись на тропу, по которой предстояло дойти обратно до моста, туман неожиданно оказался уже совсем низко, скрывая от нас окружающий мир:



    И мост. Я вспомнила, как в прошлый раз один из коллег-туристов сказал: "По нему в темноте лучше всего ходить, не видно ж, что под ним":)) У моста, убегающего в туман, было такое же преимущество. Однако, одна из моих нынешних попутчиц так не считала. Ей казалось, что слишком сильно тот мост качается, похоже, помимо наших, по нему еще кто-то шел навстречу. "Давай подождем", - попросила она, и мы задержались, чтобы переждать волнения на мосту. Однако, они не прекращались. Вроде бы идущие навстречу уже выплыли из тумана и снова пропали в нём, отправившись осматривать город, и голоса, скрадываемые плотным туманом, затихли совсем, подсказывая, что и шедшие впереди наши и не наши уже оказались на той стороне ущелья. Было ощущение, что мы одни на этом мосту, но... он качался. От ветра что ли? Не так уж ощутимо он дул, по большей части его вообще не было, лишь изредка с тихим шорохом налетали неожиданные порывы. Так или иначе, нужно было идти. Ждать дальше было уже невозможно - ожидающие спутники, график тура и т.д.  и мы пошли потихоньку, держась за перила и замирая иной раз, пережидая особо сильные колебания.



   Честно говоря, страшно в этот раз не было совсем. То ли в самом деле от того, что не ощущается высота под ногами, то ли от того, что рядом был человек, которому страшнее, чем мне, и собственный страх отступил перед необходимостью ободрить и успокоить... Я шла и вспоминала, как однажды здесь мне пришла в голову "здравая" мысль устроить качели, сразу отвергнутая криками сзади "Только попробуй!":)) И вот, когда мы мучительно медленно преодолели 2/3 пути, я услышала впереди весёлый девчачий смех, и поняла, что качающийся мост качается вовсе не от ветра, и не от каких-то мистических сил, прячущихся в тумане, а от хулиганок-девчонок, решивших воплотить моё давнее желание в жизнь:)) Стало проще:
 - Девчонки, не качайте, пожалуйста, мост, нам тут страшно! Дайте, мы пройдем, потом качайтесь, сколько угодно.
 - Ой, - раздался смущенный голос из тумана, - мы думали, что мы тут уже одни...



Лестница тоже поднималась в туман:



Беседка превратилась в домик для интроверта - только ты, и ничего вокруг, отгородилась от всего мира непроницаемой завесой тумана:



Но яркие оттенки осени не скрыть даже плотному туману:)



   Снова чувствуя себя ёжиками, едем дальше. К тому времени, когда остановились на обед где-то в небольшом семейном ресторанчике, туман сменился дождём, что как-то не очень радовало... впереди замаячила невозможность прокатиться на самой длинной канатке - "Крыльях Татева". Потому мы смотрели за окно с тревогой, которая, впрочем, быстро развеялась за вкусным обедом, домашним вином и обещанием нашего гида, что до Татевского монастыря мы доберемся в любом случае - если не на канатке, так на машине по серпантину. Потому... продолжение следует, впереди Татев:)

   Внезапно туманно-облачная пелена, которая, казалось, окутала нас навечно, начала трещать по швам. Из плотной однородной массы она превратилась в живую, движущуюся и постоянно меняющуюся воздушную субстанцию. Стало светлее, мир заиграл пока еще не красками, лишь легкими полупризрачными намеками на них, оттенками...

   А потом вдруг случилось чудо: мы окончательно вырвались из облачно-туманного плена и увидели солнце и ярко-голубое небо над нами. И было это так неожиданно, что сердце сжалось от пронзившего его ощущения невыразимого и абсолютного счастья, накрывшего на мгновение. Как всё-таки мало нужно иногда человеку для того, чтобы быть счастливым...



   Некоторое время облака еще плыли рядом с нами, маня к себе... Казалось, руку протяни - достанешь. Но мы уже довольно набродились в этих облаках, хотелось к солнцу и безоблачному небу:) Потому в тот момент мы радостно помахали им на прощание, устремившись под согревающее тепло солнечных лучей:



   Дорога петляла, спускаясь серпантином вниз, оставляя облака всё выше над головами. За окнами авто мелькали солнечно-золотые пятна осени, раскрасившие склоны лесистых гор. Чудесные пейзажи Арцаха, которых мне было так мало. Мне совсем не хватило времени и впечатлений, Арцах в этот раз лишь поманил, как восточная красавица, стрельнувшая лучистым взглядом из-под покрывала и скрывшаяся в лабиринтах сказочного дворца; как мудрая книга, у которой удалось прочитать лишь первую страницу... Поманил обещанием раскрыть свои тайны, и спрятался под облачным покрывалом, зарождая в сердце страстное, горячее желание вернуться, чтобы рассмотреть, узнать, угадать, стать чуточку ближе...



Я провожала восхищенным взглядом эти горы, и в душе мешались легкая грусть с надеждой на новую встречу.







А небо рисовало над нами причудливые картины - в той стороне, откуда мы ехали, над горами бродили тучи,





мы же пока ехали навстречу солнцу.



Интересный склон горы, словно природная крепостная стена, промелькнул мимо:



И рукотворный памятник - карабахским воинам:



   Когда подъехали к пограничному пункту пропуска, солнце припекало во всю, заставляя забыть о вчерашнем пронизывающим до костей осеннем холоде. Погода была почти летней. Наш гид, снова собрав паспорта, отнес их пограничникам, и пока они оформляли пересечение границы, мы греясь в ласковых солнечных лучах, попивали кофе, снова организованный нашим добрым водителем, да лениво наблюдали за веселой сценой общения двух молодых хулиганистых телят со старым псом. Пес, прилегший на нагретом солнцем асфальте, неожиданно был атакован этой парочкой юных мычащих бандитов. Какое-то время он терпеливо от них отходил, пытаясь найти новое место для отдыха, в надежде, что балбесы оставят его в покое. Но телята не унимались, не давая старичку спокойно погреть на солнце старые кости. В конце концов пес не выдержал, и рявкнул на хулиганов так, что они шарахнулись от него далеко в сторону и буквально скатились по склону в овраг, продираясь сквозь кусты:))
   К тому времени, когда разборки подошли к финалу, наши паспорта вернулись к нам. Можно было ехать дальше, но мы не сразу еще расселись по местам - покидать гостеприимный и в тот момент очень солнечный и теплый Арцах так сразу не хотелось...



И всё же мы ехали дальше. Вдоль дороги вставали каменные башни,



на смену лесистым горам Арцаха пришли более суровые, почти лишенные растительного покрова.



Мы ехали через Сюник - Зангезур - край с суровыми, порой даже мрачноватыми пейзажами. И всё-таки есть в них что-то завораживающее, каждый раз заставляющее снова и снова замирать моё сердце:











Между тем небо над нами стало выдавать удивительные картины - красивые, но угрожающие дождем:)) На нём появились тучи под стать суровым пейзажам на земле, их тени легли лентами на горы:



Некоторое время мы наблюдали борьбу безоблачного неба с тяжело нависшей над миром дождевой тучей:









Туча в итоге победила:) К старому пещерному городу Хндзореск мы подъехали снова под плотным слоем облаков:



   Потому хотелось выскочить из машины и гулять, гулять, гулять по пещерному городу, пока снова не накрыло... туманом ли, дождем? Потому продолжение следует...

   Монастырь Гандзасар утопал в тумане настолько, что подойдя вплотную, купол можно было рассмотреть с великим трудом. Однако ж, что поделать, погоду не выбирают:) Идём осматриваться, чувствуя себя ёжиками в тумане.
   Гандзасар получил своё название от одноименной горы, на которой расположен. Называлась она "гора сокровищ", потому что здесь некогда находились серебряные рудники. В средние века же её сокровищем стал монастырь. Первые упоминания о нем относятся к 10-му веку, но тот, что мы видим сейчас - это 13-ый век (основной храм Сурб Ованес Мкртыч строился с 1216-1238 годы, притвор, что на переднем плане на фото ниже построен в 1266 году). Столь точная датировка известна потому, что внутри храма на стене сохранилась надпись о его строительстве:


 

   Храм Сурб Ованес Мкртыч (св.Иоанна Крестителя) был построен на месте старого, того самого, что упоминается еще в 10-ом веке. Название возникло потому, что считается, что в усыпальнице храма хранилась (или хранится и по сей день?) одна из наиболее значимых общехристианских святынь - голова Иоанна Крестителя, привезенная из Константинополя во время крестовых походов братом Гасан Джалал Дола, основателя династии Гасан-Джалалянов. Хаченский князь Гасан Джалал Дол и стал инициатором строительства храма в 1216 году. Если очень тщательно вглядеться в туманную завесу, на барабане, поддерживающем купол, можно рассмотреть архитектурный элемент - князя, держащего в руках храм, память об основателе:



Притвор храма стал местом захоронения самого Гасан-Джалал Дола и его потомков, а впоследствии, когда в 15-ом веке монастырь стал резиденцией одного из тогдашних четырех католикосатов Армении - Агванского, то этот притвор стал и усыпальницей католикосов:



Прямо перед входом в храм, например, лежит могильная плита из белого мрамора - надгробье князя Джалала III.  Её украшает интересный элемент, удивительным образом сочетающий в себе Звезду Давида и непрерывно вращающийся круг - Колесо Вечности. В растительном же орнаменте, украшающем пространство между лучами звезды, и вовсе можно рассмотреть королевскую французскую лилию (но это уже при достаточном воображении:) ) Вот такое удивительное сочетание символов:



Гандзасар вообще богат на красивые архитектурные и скульптурные элементы в отделке. Как и Санаин, он прекрасен именно в деталях, которые можно рассматривать бесконечно. И если на барабане купола те элементы не дал рассмотреть густой туман, скрывший барельефы с изображением Адама и Евы и Иоанна Крестителя, то внутри и над входами в храм рассматривать детали ничто и никто не мешали, что я и сделала с удовольствием:



Хачкары эпохи раннего средневековья:



Каменные узоры над входом в основное помещение храма:



Заглянули в храм Сурб Ованес:



Дверь великолепная, хоть и новодел. И ведёт в туман:)



Странные львы охраняют вход:







Территория монастыря ухоженная и смотрится, наверное, очень симпатично в солнечную погоду. Но сейчас, как сказал однажды мой знакомый фотограф, "только картинки для Хэллоуина снимать, очень атмосферно получатся":)







Обошла храм по кругу, обнаружила еще один вход с потрясающими каменными узорами вокруг двери:







Да и сама дверь впечатляет резьбой, и возрастом явно постарше будет той, через которую мы входили в гавит:





   Дальше снова была дорога, убегающая в туман, а затем и в ночь. В Степанакерт въехали уже в полной темноте. Даже к дедушке с бабушкой подниматься не стали, решили, что вид на город всё равно пытаться поймать бессмысленно... хотя вот именно сейчас я поняла, что если мы сумели разглядеть монумент снизу, значит, и ночной город от него был, вероятно, виден:)) Но в тот момент выползать надолго из теплой машины в ставший внезапно пронизывающим холод не захотелось. Потому монумент, один из самых узнаваемых символов Арцаха "Мы - наши горы" сфотографировали снизу, прямо от дороги... а, всё равно слишком много в Арцахе осталось на следующий раз, чтобы не хотеть вернуться, одним пунктом больше, одним меньше...
   Автор этого симпатичного монумента, изображающего дедушку и бабушку в национальных одеждах, словно вросших в горы, сроднившихся с ними, - Саргис Багдасарян. Считается, что это первый в мире памятник долгожителям, коими Карабах славился всегда:



   На тот момент мой мозг был больше занят решением неожиданно нарисовавшейся проблемы, ибо последняя надежда на появление связи на российских сим-картах рухнула именно здесь, на въезде в Степанакерт. Надо было срочно найти способ позвонить маме... Неожиданно меня осенило, что можно же, наверняка, позвонить с гостиничного телефона. Спрошу, как сделать международный звонок  с аппарата в номере или на ресепшене, и оплачу потом при выселении. На сердце сразу полегчало:)
   На ресепшене гостиницы нас встретил очень милый, но не очень общительный парень. Мне же очень хотелось поговорить о своей проблеме, причем прямо сейчас:)) Потому для верности попросила помочь в переговорах Санасара, у которого всё же было передо мной преимущество - знание армянского. В результате переговоров, проходящих параллельно с размещением в гостинице, мне сказали примерно следующее: "Сейчас всё будет, жди!":)) Нас расселили по разным этажам гостиницы, проводив каждого до номера. Нам с соседкой достался огроменный полуторакомнатный номер (двуспальная кровать с тумбочкой разместилась в нише за шторами, диван - в основном помещении), с небольшим балконом и огромными панорамными окнами во всю стену. Такой роскоши мне не доставалось давно, даже жалко стало, что только на одну ночь:)) Я нервно мерила шагами эту почти дворцовую залу в нетерпеливом ожидании и подумывала о том, чтобы попробовать позвонить уже через вайбер подруге, когда в дверь постучали, и на пороге возник наш милый парень с мобильником в руках. Я слегка опешила...
- Эээ... а может, с того? - показала на гостиничный стационарный аппарат.
- Да нет, звоните с этого, без проблем, - успокоил меня добрый парень.
    Стесняясь представить, сколько будет стоить международный звонок через мобильную связь, я поговорила очень быстро:)) "Мама, я тут на выездной экскурсии, мы в горах ночуем, здесь связи нет и до завтрашнего обеда не будет, не теряйте... как у вас? всё нормально? всё, пока":)  Со вздохом облегчения вернула телефон ожидавшему у порога парню:
 - Скажете, сколько я должна? - иногда мне кажется, что в Армении этот вопрос надо формулировать по-другому, не столь прямолинейно:)) От меня снова отмахнулись...
 - Да Вы его себе оставьте, завтра утром отдадите. Звоните, сколько нужно... - ну, нет, от этого щедрого предложения я уже точно отказалась. С благодарностью:)
***
   Между тем полчаса, отпущенные нам на покидать вещи в номер, истекли, и мы снова собрались внизу, чтобы отправиться на ужин, традиционно очень сытный. После хашламы и хороваца про севанского сига вспоминать было страшно... да и вообще про возвращение в номер. Казалось, что если мы закатимся колобками в комнату и завалимся сразу спать, завтра мы с неё не выкатимся из-за забастовки собственных желудков. В общем, ужин требовал утряски на последующей прогулке:)) Правда, не у всех... мнения разделились ровно пополам. В итоге гулять мы отправились втроем, правда, прогулка напоминала скорее забег, ибо холод и сырость к медленным степенным вышагиваниям не располагали. Зато нам было весело:)) Фотоаппарат остался в гостинице на зарядке, потому Степанакерт в ночных фонарях не запечатлелся. Да и рассмотреть в темноте, помноженной на туман, удалось немного. Рассматривали город мы уже утром - сначала из окна своего номера, потом из окна машины:



   Степанакерт строился по проекту А.Таманяна, потому широкие прямые улицы, просторные площади - облик города слегка напоминает Ереван. А еще он поражает... Глядя на эти улицы, на симпатичные парки, на современные жилые кварталы, на монументальные административные здания в центре города, невольно вспоминаешь о том, что совсем недавно в ходе карабахской войны этот город был разрушен чуть менее, чем полностью. Повреждения составили 75%. Вспоминаешь этот факт для того, чтобы удивиться и испытать уважение к людям, которые подняли за пару десятков лет свой город практически из руин. Да, здесь есть еще, куда приложить руки градостроителям и благоустроителям, но в нём живет надежда, вера в лучшее будущее, и потому мимолетное соприкосновение с ним оставляет светлый след в душе.



Степанакерт уютно расположился в долине между гор, и в солнечную погоду горные хребты встают вокруг города в несколько рядов. Но утром мы снова увидели в окно суровые тучи, так что с видами не особенно повезло:







После Степанакерта путь наш лежал в город Шуши, дорога к которому проходит, поднимаясь вверх, над Степанакертом.



С этой дороги в какой-то момент весь город, окруженный горами, виден, как на ладони. Но нам он достался укутанным туманно-облачной пеленой. Горы во всяком случае даже не угадывались:) Потому, долго не задерживаясь, бросив лишь мимолетный прощальный взгляд на Степанакерт, мы поехали дальше:



Дорога взбиралась всё выше, облака поплыли прямо рядом с нами, казалось, руку протяни - схватишь, ощутив их прохладную свежесть:





И, наконец, дорога окончательно нырнула в эту облачную пелену, скрывающую мир вокруг и скрадывающую все звуки. Мы снова ехали в тумане... даже не в тумане, в облаках:) Есть в облачных путешествиях своя загадочность и романтичность, вот только возможности что-нибудь рассмотреть нет совсем:))



   Потому и красивые арцахские пейзажи, и крепость Шуши промелькнули мимо нас лишь едва различимыми силуэтами, скорее придуманными, достроенными в собственной голове, чем увиденными. Но мимо главной городской достопримечательности - церкви Казанчецоц, мы всё же проехать не могли, даже в тумане. Хотя это было непросто - при такой-то видимости:)



   Собор Сурб Аменапркич Казанчецоц (Святого Христа Спасителя) - по меркам Армении совсем молодой, всего-то 19-ый век. Но есть у него пара особенностей, привлекающих внимание и вызывающих интерес. 
   Во-первых,  он облицован белыми с легким сероватым оттенком плитами известняка, что само по себе в стране базальта и туфа кажется удивительным. Точнее, сероватый оттенок увидели мы, сквозь туманную дымку. Наш гид рассказал, что на солнце он смотрится совсем по-другому, становится бежево-кремовым, словно впитав в себя рыжевато-золотистые оттенки солнечных лучей. Удивительный камень, подстраивающийся под краски окружающего мира. А "во-вторых" будет уже внутри храма:) 



   Первое, что видим, зайдя на территорию Собора, - отдельно стоящая колокольня. Она построена в 1858 году, тогда как сама церковь - в 1868-1887 годах. То, что колокольня построена раньше, а также упоминания Собора Христа Спасителя в Шуши в книгах и записях начала 19-го века, позволяет сделать вывод о том, что нынешняя церковь построена на месте другой, бывшей здесь ранее, но ничем особенным не запомнившейся (видимо поэтому её подробных описаний не сохранилось).



Колокольню украшают четыре фигуры ангелов. К сожалению, оригиналы до нас не дошли, были уничтожены во время Карабахской войны в 1990-ые гг., те, что мы видим сейчас - их точные копии:





   Три входа в основное здание церкви украшают три изящных портика с арочными проёмами, за которыми скрываются двери. Да и в целом весь собор Казанчецоц выглядит легким, воздушным, изящным, словно устремленным ввысь. Видимо за счет своих белых стен и правильных геометрических форм. В солнечную погоду (подсмотрела на чужих фото в интернете) это впечатление усиливается еще за счет того, что Собор стоит на вершине холма, возвышаясь над городом и окружающими ландшафтами. И когда смотришь на него, взгляд больше ни за что не цепляется, не натыкается ни на какие препятствия - только голубое небо и белые купола собора, тянущиеся ввысь...красиво:)





На стенах - надписи со сведениями о датах постройки храма, внутри есть и памятные и благодарственные таблички с именами тех, кто помогал в строительстве:



Входные двери вызывают восторг, вырезанные из дерева библейские сцены хочется рассмотреть в подробностях. Потому, когда мы быстро проскочили мимо этого великолепия во внутренние помещения церкви, я издала было протестующее "Ээээ...", но на обратном пути всё же остановилась и рассмотрела детали:







В храме было пустынно, но звучала запись церковного хора, очень красивая и завораживающая. Хотелось послушать, но и тут мы задержались недолго, бросив лишь мимолетный взгляд на внутреннее убранство храма:





   А потом Санасар провел нас в боковую дверь справа от алтаря, и по ступенькам вниз. Мы оказались в небольшой на вид ничем непримечательной комнате с белеными стенами. Поначалу даже удивились, что мы тут собрались смотреть? Но оказалось, что нужно не смотреть, а слушать. Наш гид показал точку в центре, куда нужно встать, разогнал остальных в сторону от какой-то только ему ведомой линии и предложил произнести что-нибудь тихим шепотом. Эффект оказался удивительным - собственный голос облетел комнату, усилился и прозвучал в ушах почти оглушающе. При этом остальные не слышали практически ничего из сказанного. Только ты сама. Свой собственный голос, но как бы со стороны. Разговор с самим собой...
   На всех лицах пробовавших прочувствовать сей необыкновенный звуковой эффект поочередно сменяли друг друга недоверие, недоумение, удивление, восторг... Мы, как дети, не веря ушам свои, пробовали снова и снова, каждый раз убеждаясь всё более, что то не сон, не галлюцинация, а великолепные свойства акустики, которые вложили в это помещение строители храма. Дождавшись, когда мы, наконец, окончательно поверим в реальность происходящего, Санасар рассказал историю этой комнаты.



  По церковной традиции священник, проводящий литургию, должен перед этим исповедоваться и попросить прощения за грехи свои. Обычно исповедь принимает другой священник, но, говорят, что в те времена, когда велось строительство храма, священник в Шуши был только один. Без исповеди проводить литургию казалось неправильным, а исповедовать святого отца было некому. Проблема казалось неразрешимой... Но зодчие, работавшие над созданием храма, нашли выход. Специально для исповеди они построили эту комнату, в которой священник мог покаяться в грехах, исповедовавшись самому себе, и услышать в завершении словесную формулу отпущения грехов, звучащую в ушах его столь же отчетливо, как если бы она была произнесена кем-то другим. И по сей день эта комната-традиция остается в соборе Казанчецоц и является единственной в своём роде.



   Когда мы вышли на улицу, показалось, что туман стал еще гуще, если только это было возможным. Вокруг словно плескалось белесо-серое облачное море, украв у окружающего мира все краски и звуки:



При взгляде на эти фотографии вспоминается недавно прочитанное:
"Не умирают наши души...
Но где ж моя? - Ищи, зови...
Она в седых туманах Шуши
Блуждает в поисках любви..."
(К.Мазлумян)



   Наделав множество атмосферно-туманных фотографий, мы, наконец, уселись в машину и отправились в путь. Арцах словно не желал отпускать, преграждая дорогу всё более и более плотными слоями тумана. Иногда она выглядела так... ну, то есть совсем никак не выглядела. Встречные машины выныривали из плотной серости неожиданно и внезапно. А если вспомнить, что дороги Арцаха - это серпантины с множеством поворотов и обрывом в ущелье как минимум с одной стороны, то несложно представить, как же мы были благодарны нашему замечательному водителю, постепенно и осторожно, километр за километром терпеливо выводящего машину из этого туманного плена:



   Иногда мне казалось, что мы потерялись во времени и пространстве, занесенные каким-то причудливым его изгибом в другое измерение,и что мы будем блуждать в этом тумане вечно, не находя выхода, и что солнца мне не увидеть уже никогда. Тем полнее и ярче было мгновение счастья, когда мир вокруг внезапно изменился...но то уже другая история:)
   А туман я всё-таки люблю, есть в нём что-то загадочное, удивительное и далёкое от привычной реальности...

   Итак, мы у монастыря Дадиванк. Говорят, это один из красивейших монастырей Арцаха, но в первый момент взгляд, мимоходом скользнув по нему, сразу убегает дальше - его притягивают покрытые пушистой шапкой леса горы, что встают вокруг.


 

   В день нашего приезда эта лесная шапка окрасилась в разные оттенки желто-коричневого, а за вершины цеплялись облака, порой и вовсе скатываясь вниз по склонам. Фантастические картины, от которых сложно оторваться:



   Переключить взгляд на монастырь было в первые минуты почти нереально, а между тем монастырь интересный, заслуживающий внимания. Считается, что построен он на том месте, где был похоронен один из учеников апостола Фаддея, принявший мученическую смерть за веру. Звали его Дади, и было то задолго до принятия Арменией христианства, еще в 1-ом веке. С утверждением христианской веры на этих землях над могилой Дади возник первый храм, а за ним и монастырь, разрушенный впоследствии сельджуками. В начале 13-го века монастырь был отстроен заново, и начался период его расцвета и могущества, продлившийся вплоть до 17-го века, когда он сильно пострадал от персидских набегов. Тогда монастырь постепенно потерял большую часть земель, крестьяне окрестных деревень, в том числе и принадлежащих монастырю, были насильственно переселены в Персию, и к началу 19-го века Дадиванк окончательно опустел.



   К середине 19-го века, после присоединения Восточной Армении к России, начался медленный и со скрипом идущий процесс по восстановлению монастыря и возвращению его собственности, который вроде бы в итоге должен был увенчаться успехом и вернуть Дадиванку былое могущество, но грянула революция, после которой земли, на которых расположился монастырь, оказались частью Азербайджанской республики. И Дадиванк снова опустел надолго... вплоть до 1994 года, когда был освящен вновь, и на его территории начались реставрационные работы.



   Таким образом, основные строения, входящие в архитектурный комплекс монастыря, относятся в 13-ому веку и, хоть и подвергались некоторой реставрации, но всё же в большинстве своём сохранились в том, первозданном виде. Помимо Дадиванка (что означает "Монастыря Дади"), у монастыря есть и другое название - "Хутаванк". Означает оно "Монастырь на холме", отражая местоположение - он ведь в самом деле располагается на холме, на высоте 1100 метров, в окружении гор. К слову, о Дади. Говорят, что в ходе реставрации монастыря в 2007 году были проведены раскопки под алтарем одной из церквей, и мощи святого действительно были обнаружены.
   На фото ниже - основные строения монастыря. На переднем плане двухъярусная колокольня, за ней с арочными колоннами - притвор церкви Св.Богородицы (Катогике), расположенной дальше, на заднем плане. Справа - церковь Хасана Великого, слева, почти невидимая за колокольней в форме базилики с двускатной крышей - часовня епископа Григора. За ней, рядом с церковью Катогике есть еще разрушенная базилика, ныне стоящая без купола. Пойдем осматривать:)



   Честно говоря, рассказа нашего гида о монастыре я не помню совсем. То ли пока он говорил, я жадно вцепившись взглядом в окружающие красоты, не видела и не слышала совсем ничего, то ли только рассказы Гора отпечатываются у меня в памяти на годы:) Потому информация с интернета да личные эмоции. Первое, что бросается в глаза, - колокольня, построенная в середине 13-го века епископом Саркисом. Меня к ней сразу поманило, но интерес вызвало не само сооружение, а то сокровище, что скрывается в нише первого этажа, у стены:



   Пара хачкаров, датируемых тем же 13-ым веком, считаются одними из самых красивых армянских хачкаров. И это действительно великое произведение искусства мастеров-камнерезов, вызывающее восторг! Я, наверное, никогда не перестану удивляться тому, как на камне можно создать такое ажурное кружево - легкое, воздушное, кажется, такое мимолетно-недолговечное, но на самом деле способное дойти до нас сквозь века. Эти хачкары установлены настоятелем монастыря Атанасом, сыном хаченского князя Гасана II:



Хаченское княжество существовало на территории Арцаха в средние века, одним из его первых его правителей был и Гасан Великий, в память о котором освящена церковь Дадиванка, что видна была на фото выше справа от колокольни.  В стены её вложены хачкары, приносимые в дар монастырю. Самый старый из них датируется концом 12-го века:





Притвор с колонами - это скорее даже не притвор, а полуоткрытый коридор, ведущий ко входу в главную, соборную церковь монастыря - Св.Богородицы (Катогике).



   В память о той, по чьей воле она была построена, её еще называют церковью Арзу-Хатун. Это имя принадлежит супруге  хаченского князя Вахтанга Тагаворазна, которая после смерти мужа в 1214 году решила построить эту церковь над могилами мужа и сына Григора, умершего во младенчестве. Второй её сын Хасан погиб в боях с сельджуками спустя два года, и был похоронен здесь же, в стенах церкви. Памятная надпись о постройке церкви расположена над входом и продублирована на современной уже табличке на стене, но меня тут, конечно, привлекла не она, а осенние листья на заднем фоне:)



Обломков старых камней с надписями, как и старых хачкаров на территории монастыря вообще встречается немало, их бережно хранят:









У входа в церковь Катогике - снова очень красивые резные каменные орнаменты, притягивающие взгляд:







Внутри - традиционная простота интерьеров.



Но здесь, на стене церкви сохранились несколько фрагментов фресок, которые тщательно отреставрировали в 2014-2015 годах специалисты из Италии Ара Зарян и Кристин Ламуре. Они уникальны. Помимо того, что фрески 13-го века сами по себе редкость, на этой к тому же изображен св.Николай Чудотворец, и это единственное его сохранившееся изображение в армянских церквях. Версии причин того, почему не слишком популярный в Армении святой был изображен на стене Дадиванка, подробно приводятся здесь, переписывать не буду:



Вторая сохранившаяся фреска  - сцена побивания камнями Святого Стефана Первомученика:



Тот самый притвор-коридор, что ведет к церкви:



Старая разрушенная церковь, оставшаяся нынче без купола:



Часовня -притвор епископа Григора была построена в 1224 году и долгое время служила усыпальницей князей Хачена. Её пол буквально вымощен могильными плитами, на части которых от времени уже стерлись надписи:







А горы вокруг снова и снова притягивают взгляд. Среди этих лесисто-осенних гор лежит и наша дальнейшая дорога. Дадиванк покидаю с некоторым сожалением - красивое место, умиротворяюще-тихое,  несмотря на продолжающиеся реставрационные работы и немалое количество туристов. Но как же мало на него было времени... эх, эти групповые туры!:)



- А дальше у нас такие же серпантины? - в голосах попутчиц звучит ужас, а у меня сердце замирает от восторга - дороги Арцаха сказочно красивы
- Да здесь везде серпантины и горы...
 - Ой, ну сил же уже нет на это смотреть!
   Наверное, они очень просили, их услышали. Буквально через несколько минут после отъезда смотреть стало не на что - дороги Арцаха скрылись за густым туманом и облаками:)) И дальше на протяжении этого путешествия мы почти всё время ощущали себя ёжиками в тумане.
   Из тумана лишь слегка просматривался размытыми очертаниями и монастырь Ганзасар, к которому мы подъехали. Но это уже другая история...

   Началось с таксистов, дежурящих на перроне. Для меня в принципе пройти от вокзала до хостела – приятная прогулка, даже при наличии чемодана (он ж самостоятельный, ездит на своих колесах, не на мне), в прошлый свой приезд я вполне успешно проделала сей путь меньше, чем за час. Но в этот раз этот час хотелось использовать с большей пользой – например, сбегать в душ, обменник, магазин и перекусить до отъезда. Ибо уже в девять утра мне предстояло снова покинуть Ереван. Потому решила ехать на такси. Спросила у первого же подошедшего таксиста цену. Услышав цифру в 5000 драм, просто пошла дальше. Ибо за такую цену можно раза три съездить с вокзала в аэропорт, а не один раз до хостела в центре города. Собственно, я вообще не собиралась никуда ехать с ним, не люблю, когда настолько пытаются нагреть… Была мысль либо найти более адекватного, либо отойти чуть в сторону от выхода с вокзала и вызвать такси через Яндекс-приложение. Но он шел за мной по пятам, не отставая ни на шаг, снизив цену до 2000, мотивировав тем, что первую цифру назвал, подумав, что мне надо в аэропорт.

Ветер гнал по Севану волны, почти как морские.



Красавец Севан, прекрасен в любую погоду…и каждый раз такой разный.

   И именно здесь, в окружении этих суровых гор, начинается путь в Арцах. До границы еще немного не доехали, но указатель уже нашли. Не удержались, сделали фото, способное навсегда закрыть въезд в Азербайджан. Нелепость всё-таки...

...вот только российская связь закончилась почти сразу за границей. И армянская, впрочем, тоже, вместе с нашим машинным вай-фаем. Такой головной боли, откровенно сказать, я не ожидала. Представила, какой панике поддастся моя мама, которая не сможет дозвониться до меня два дня… Это лучше не представлять… ибо моя мама, которая потеряет со связи дочь, способна начать разыскивать её через консульство России в Армении:)) Потому я получила проблему, которую надо было как-то решить по приезду в Степанакерт. Как вариант, купить местную сим-ку что ли…какая-то же мобильная связь у них быть должна? Или с гостиничного вай-фая позвонить через вайбер подруге и попросить её передать маме, что дочь жива-здорова, но без связи в горах (название Карабах при маме лучше тоже не упоминать). Отложила проблему на вечер, пока предпочитая наслаждаться открывающимися за окном пейзажами.



   А за окном машины плыли невероятной красоты виды, заставляющие охать и ахать от восторга. Впрочем, кого от восторга, кого от страха... ибо дорога серпантином вилась по самому краю, то поднимаясь вверх, то спускаясь вниз. Вид гор постепенно менялся, они становились всё более мохнатыми, покрывшись разноцветным осенним лесом:



Попыталась было сделать несколько кадров, поняла, что всё равно ничего не получится, и последовала совету Отара... "Да и не надо их фотографировать, нужно просто смотреть и наслаждаться...":







Спустившись вниз, мы какое-то время ехали сквозь ущелье, с обеих сторон дороги теснились суровые скалы, у подножья которых бежала серебристой лентой река. Возле неё мы и остановились вскоре на обед, в небольшом семейном ресторанчике на берегу.







   Стол нам накрыли вот в такой беседке, снабженной внутри обогревателем, что оказалось очень кстати, потому как на улице становилось всё прохладнее. Было, как обычно в Армении, много и вкусно. И столь любимый мной женгялов хац на его родине, конечно, был:) За задушевными разговорами прошло незаметно часа полтора, и сколь бы уютно не было за этим гостеприимным столом на берегу чудесной речки, нужно было ехать дальше...





   Снова километры серпантинов, наматывающиеся на колеса автомобиля, и вот, наконец, перед нами первая достопримечательность Арцаха, посещение которой предусмотрена нашей экскурсионной программой, - один из интереснейших храмов Армении - Дадиванк.



   Но о нем, пожалуй, уже в следующий раз...

   Знаю, эту легенду я уже рассказывала. Но очень уж она мне нравится, потому пусть служит прологом к заключительной части рассказа об этом кахетинском дне...
***
  "Давным-давно жил город, люди в котором погрязли во грехе и не вершили ничего кроме зла, тогда господь решил наказать людей и приказал одному из ангелов уничтожить город. Ангел пожалел жителей и ослушался приказа. Вместо этого он заходил в каждый дом, оставляя там кусочек своего сердца и частичку своей любви. Каждый житель впитал ангельской любви сполна, сохранив её в своём сердце, становясь добрее и мудрее. А ангел исчез, раздав людям себя всего. Когда Господь, вспомнив о городе, обратил свой взор на него и увидел, что приказ его не выполнен, и город всё ещё стоит на месте, он разгневался. В поисках непослушного ангела взгляд его скользнул по улицам города. И тогда Господь с удивлением увидел вдруг, что не осталось там ни одного злого сердца, которое бы не раскаивалось. Тогда он простил город, воскресил ангела и приказал ему вечно хранить доброту и любовь в этом городе.  Того ангела звали Сигнахи. С тех пор все жители в городе, хранимом тем ангелом, живут в гармонии, а каждый, кто посетит Сигнахи, получает кусочек сердца ангела, таким образом сохраняя и приумножая любовь и добродетель в мире. И говорят, что если каждый человек хотя бы раз в жизни посетит этот город, то на земле наступит рай:)"

   Как можно не порадовать ангела?:)
   Потому Сигнахи возник в моём маршруте. Сначала просто для того, чтобы разбавить немного список монастырей и не вернуться в Тбилиси слишком рано. Затем появилась мысль попросить Отара поискать вместо Сигнахи село Мирзаани недалеко от него, где располагается дом, некогда построенный Нико Пиросмани для своей сестры, в котором нынче находится музей художника. Потом захотелось просто побродить по городским улицам, тем, что не увидела в прошлый раз. Потом я увидела в Тбилиси картины Пиросмани, и мне захотелось ещё, а я знала, что в городском музее Сигнахи они тоже выставляются. И вот я в Сигнахи...


 

   Остановились на боковой улице возле центральной площади города. Посоветовались с навигатором, чтобы прикинуть, сколько у меня свободного времени. Выходило примерно час. И я внезапно передумала идти в музей. Захотелось не чего-то нового - проснувшейся ностальгии. Хотелось прогуляться по крепостной стене, полюбоваться видами долины, над которой сгрудились густые облака, закрывая Кавказские горы. Вместе с неяркими здесь осенними красками, словно приглушенными дождем, они создавали минорно-меланхоличную атмосферу, так перекликающуюся с моей собственной легкой грустью от того, что мой последний грузинский день отпуска заканчивался...



   В прошлый раз, в январе, я увидела пустынный и немного сонный утренний город. В этот раз на в парке 9 апреля  бурлила жизнь и толпа вездесущих китайцев. Впрочем, их время подходило к финалу, они торопливо сметали с прилавочков стихийного сувенирного рынка всё подряд, стремясь успеть к назначенному времени в автобусы, коих недалеко стояло несколько и разных размеров. Следом за ними покидали улицы Сигнахи и торговцы, логично рассудив, что в вечернее время да в хмурый осенний день нашествия новых туристов вряд ли стоит ожидать. И вскоре город приятно опустел. Лишь несколько неорганизованных туристов да шелестящие осенние листья на вымощенных брусчаткой мостовых...



Этому городу идёт осень... желто-красные листья прекрасно сочетаются с рыжевато-терракотовыми крышами. На эти виды можно смотреть бесконечно, что там час? И я иду смотреть...



Дальше, пожалуй, и рассказывать нечего: калейдоскоп осенних картинок Сигнахи по дороге к крепостной стене и обратно. И бередящая душу мелодия Гии Канчели - в настроение:
 

Открыточный город над Алазанской долиной. С колышущимися призраками Кавказских гор за облаками.
- Да горы здесь вообще редко видно бывает...
Значит, в прошлый раз мне повезло, город оказался ко мне благосклонен:)



До приезда сюда мне он казался чересчур, до нереальности, преувеличенно открыточным. Я боялась, что он окажется слишком ненастоящим. Этакая картинка с интернета, в которой нет жизни. Но Сигнахи оказался по-домашнему уютным и вполне себе живым. И по сей день меня не покидает мысль, что однажды я бы хотела остаться здесь хотя бы на одну ночь, чтобы увидеть, как обволакивает этот город теплый свет фонарей, разгоняя надвигающуюся бархатистую темноту, как загораются тысячи звезд над Алазанской долиной, до которых здесь, чудится, можно достать рукой...

















  Мне казалось, что до того места, где можно подняться на крепостную стену, рукой подать, но то ли я слишком медленно гуляла, то ли идти в самом деле было не близко - но стена всё не показывалась. Потом уже вспомнила, что в прошлый раз я здесь пешком не проходила, Богдан подвез, видимо, потому и казалось мне, что времени этот путь у меня займет считанные минуты:))  Ну, и мимо веранды ресторанчика с видами тоже пройти, не приостановившись, оказалось сложно...



Промелькнула была мысль остаться на этой веранде, пить кофе, предаваться созерцанию и вообще больше никуда не бежать, но в ресторане было многолюдно. Похоже, пара автобусов (правда, не китайских) тут задержались поужинать:) Побоялась, что ждать даже кофе с десертом мне придется долго, да и видами на Алазанскую долину хотелось наслаждаться всё же среди тишины и спокойствия, а не под гул десятков голосов.



Потому я всё-таки сбежала на стену... пусть без кофе, зато только шум ветра вокруг, да редкие коллеги-туристы навстречу. Легкие прикосновения осеннего дыхания повсюду:





Догуляла, наконец, до той башни, от которой можно пройтись по участку крепостной стены:



Чудесное времяпрепровождение - смотреть, как убегают в туманно-дождливую дымку цепочки поросших лесом гор,



ощущая под рукой вместо перил старые камни в кладке крепостной стены. Здесь, кажется, можно почувствовать, как время остановилось:



В очередной раз с сожалением проводила взглядом эту стену, убегающую вдаль. Как жаль, что нельзя пройти по ней полностью, по периметру обходя город, как это делали, вероятно, стражи, берегущие его покой пару веков назад:





Город и его окрестности сквозь бойницы стены и башен:













Осенние розы у кафе, что прилепилось почти к самой стене:



Между тем небо над долиной порой светлеет, пропуская робкие, едва заметные лучи вечернего солнца, разрывающие густую дымку, и тогда становится заметно, как бродят кучерявые облака над отрогами Кавказских гор:



А иногда лучи солнца доходят до земли, кидая на поля Алазанской долины большие солнечные зайчики:)



Разноцветные пятна осени:



И изгибы дорожного серпантина, ведущего из долины к Сигнахи видны внизу:





Ничего особенного - у стен города сирень цветет в октябре:))



Обратно возвращаюсь также, по стене - народу немного, разойдемся в случае необходимости со встречными. Вот уже и башня в начале пути снова показалась:



Из нее слышатся голоса - искатели приключений поднимаются наверх вот по таким ступенькам. У меня уже нет на это времени. Это только кажется, что здесь оно замедляет свой бег, часы неумолимо подтверждают - только кажется...



Снова осень, мимо которой невозможно пройти без восхищения в сердце:





Невероятное дерево, вызывающее восторг. Коврики, впрочем, тоже симпатичные:)





Местные жители у городских ворот:







Осенние цветы



и плоды:



  К оговоренному времени возвращения я, конечно, не успевала. И всё-таки не смогла пройти и не задержаться мимо загорающихся фонарей, бросающих мягкий уютный свет на улицы Сигнахи:





   Оправдывала себя тем, что при расчете времени округлила время отправления поезда, оставив в запасе еще 20 минут. Примерно на них (нуууу, чуть больше…) я и опаздывала, потому решила, что могу себе позволить. Да и Отар обозначил мне временные минимум и максимум. И в максимум я еще укладывалась (нуууу, почти...) Да и вообще мне казалось, что мы уезжаем слишком рано, что до поезда еще целый вагон свободного времени в запасе, и провести его можно с большей пользой, чем гуляя по перрону, что… да просто в тот момент мне совсем не хотелось уезжать, потому в голове бродила куча аргументов за еще часок в Сигнахи:)) Однако, привычка доверять Отару больше, чем себе, во всяком случае, в дорожных вопросах, заставила прибавить шагу, заткнув свой недовольный внутренний голос:))



 Отар встретил моё появление в машине с философским спокойствием. Даже недвусмысленного взгляда на часы не последовало:)) Я невольно вспомнила Нино и ее фразу, сказанную о другом человеке, но кажется, применимую ко всем встречаемым мной грузинским водителям:)) Фразу, заставляющую меня улыбаться каждый раз, когда она всплывает в памяти: «Таня, он не будет ругаться. Он же грузин...» И даже возле милой скульптуры дамы с собачкой мы еще остановились для фото:



Заодно и невероятной расцветки дерево сфотографировала:)


 

И мы ехали дальше...

***

   Путешествие по следам ассирийских отцов продолжалось... Честно, я не подбирала эти монастыри специально, так получилось:)  Но Некреси, в который мы ехали, тоже был основан в 6-ом веке одним из пришедших в Грузию ассирийских проповедников - распространителей православия и монашества - Або Некресским.


 

   Отар уверенно заявил, что монастырь мне понравится, и оказался почти прав... он меня очаровал. Не могу сказать, что это было самое красивое место из всех, что я видела вообще в Грузии или даже в этот день, но свой непередаваемый шарм у него точно был. Он околдовал, запал в душу, увлек обещанием душевного комфорта, умиротворения и уюта настолько, что, несмотря на накрапывающий дождь, мне захотелось сесть на одну из многочисленных лавочек с видом на Алазанскую долину и, погрузившись в созерцание, потеряться во времени...
***
   Однако, по порядку:) Очередной поворот привел нас на дорогу в осень:)  При виде аллеи из стройных, тянущихся к небу пирамидальных тополей, одетых в золотистые наряды, мы дружно ахнули. В следующее мгновение машина резко сбавила скорость, благо сзади удивляться было некому:)) Мужчина за рулем встречной машины, правда, таки наградил недоуменным взглядом, но нам уже было не до него - мы пытались запечатлеть на фото/видео дорогу в осень:))



   Впереди показалась заросшая разноцветным лесом гора, на склоне которой, почти у самой вершины и обозначился едва заметным миражом в дождевой дымке монастырь Некреси. Не знаю, почему фото с этого ракурса не случилось:)) То ли под меланхолично накрапывающим дождем реакция моя замедлилась, то ли под конец отпуска желание смотреть возобладало уже над желанием фотографировать. Но пока в мозгу моём родилась мысль, пока я открыла рот, чтобы её озвучить... В общем, я только успела сказать: "А о...", как мы проехали идеальную точку для съемки, дорога слегка вильнула, монастырь куда-то скрылся с глаз, и просьба "Останови, пожалуйста" стала бессмысленной:)) Ладно, на обратном пути...Не вспомнила.



   Раскидистое дерево с чернеющими на фоне мрачно-серого неба извилистыми ветвями навеяло вдруг детские воспоминания о страшных сказках. Но пугаться было некогда, мы уже подъезжали к монастырю.



   Точнее, к подножью горы, на которой он находился. До самого монастыря топать всё время вверх по извивающейся серпантином узкой дороге около полутора километров. Для тех, кто пешком подниматься не может или не хочет, наверх ходит автобус, билетики на который продают внизу, в небольшом киоске у ворот. Тут я призадумалась... Отар, конечно, рассказывал страшилки о тяготах подъема, но для него любые расстояния пешком и даже слегка в гору - катастрофа:)) Но я помнила вид, открывшийся по дороге, и в этот раз в страшилках Отара мне всё-таки виделась некоторая часть правды - монастырь располагался довольно высоко. С другой стороны, в дождливый день, который к тому же перевалил уже за половину, автобус, который ходил по мере наполняемости, я рисковала ждать долго. Не думалось мне, что за считанные минуты вдруг соберется человек 15 желающих. Однако, я всё-таки купила билетик, решив, что не о такой уж большой сумме идет речь, что её будет жалко потерять (что-то около 2 лари, кажется). Надоест ждать - пойду пешком. Я немного пошаталась по окрестностям: вокруг располагались какие-то хозяйственные постройки, кафе, в тот момент не работающее, родник:



   Попинала сухие листочки, посидела на лавочке-бревнышке, прячась под густой листвой растущих деревьев от назойливого дождя. Почти сразу за мной подошла к автобусу еще семья, теперь тоже ожидавшая.



   Так прошло минут десять, я даже дошла до начала дороги, оценила угол подъема... Но тут автобус посигналил, собирая нас всех в путь. Дорога впечатлила... настолько, что обратно спускаться я собиралась пешком:)) Потому как порой, в те моменты, когда лес расступался, и взгляду открывался головокружительный обрыв, я пыталась представить, каково оно - спускаться тут под довольно крутым углом да еще вписаться в поворот... и мне чудилось, что вместо поворота автобус съезжает прямехонько в долину по местами почти отвесному склону... в общем, мой страх высоты буйствовал неистово:))



   Дабы отвлечься от страхов, расскажу пока немного о том, куда еду:) Первые строения на месте монастыря Некреси возникли очень давно, на заре грузинского православия, в 4-ом веке. Считается, что одна из ныне сохранившихся построек относится как раз к тому периоду, однако, у историков есть сомнения по этому поводу. В те времена внизу, у подножия горы располагался город Некреси, чье имя получил и монастырь, возникший двумя столетиями спустя. От города давно остались только воспоминания, а монастырь стоит до сих пор.
   Або Некресский, пришедший в Грузию в числе тринадцати ассирийских отцов, несколько лет провел в Зедазени, в постах и молитвах. Но затем внял просьбе тогдашнего грузинского царя Парсмана VI и стал епископом города Некреси и настоятелем Некресского монастыря. Ему достался тяжкий труд - в то время большая часть Кахетии и часть Картли находились под властью персов-зороастрийцев, старающихся насадить свою религию среди местных жителей. Або боролся за православие изо всех сил - проповедовал, наставлял на путь истинный, уничтожал языческие капища, тушил священный огонь зорастрийцев, доказывая его бессилие перед другими стихиями, например, водой. Усилия Або давали свои плоды - ему не только удалось сохранить православие в своей епархии, укрепляя веру своих прихожан, но даже получилось привлечь к своей религии часть персов. Однако, столь активная деятельность Або Некресского не могла остаться незамеченной персидским правителем - по его приказу Або был доставлен в город Рехи (недалеко от современного Гори), где и принял мученическую смерть. Единственный, к слову, из ассирийских отцов. Остальные благополучно дожили до преклонного возраста и скончались в своих обителях. Або Некресский же покоится в мцхетском храме Самтавро.
   Монастырь Некреси не очень фотогеничен в том плане, что общий вид его с территории заснять невозможно никак - небольшая, затерянная среди леса и притаившаяся на краю обрыва обитель с компактно расположенными строениями видна целиком вот разве что с воздуха. Поэтому одну фотку стырила с интернета для наглядности:)



   Между тем автобус, благополучно доехав до монастырской калитки, высадил нас с тем, чтобы через полчаса забрать и вернуть обратно, вниз. И мы отправились осматривать монастырь, каждый в своем темпе и по мере интересов. Потому дальше будут части того, что видно в комплексе на общем фото выше.
   Церковь Архангела, что расположена на переднем плане общего фото, это едва ли не первое строение, что видишь, входя на территорию монастыря. Она построена в 7-9 веках и является единственной купольной церковью в обители. Остальные имеют более древнюю форму - базилики. Внутрь заглянуть не удалось, было закрыто. Пишут, что там сохранились фрески 15-го века, но довольно блекло и фрагментами.



Как же мне нравится эта старая каменная кладка, от которой так и веет тайной, уходящей далеко в века...какой же простор воображению она дает:)





Прошла дальше, кажется, мимо трапезной:



И тут... тут должен был бы быть шикарный вид на Алазанскую долину, но в тот день он утопал в тучах:))



И всё-таки я ахнула и слегка зависла... несмотря на ветер и временами начинающий моросить дождь. Конечно, в яркий солнечный день этот вид вызывал бы больший восторг... но и так, по-моему, красиво:)







Отвернувшись от Алазанской долины, увидела перед собой две постройки монастыря. Справа одно из зданий, бывших частью Епископского дворца (время его строительства определяют, как 9-10 вв, аргументируя тем, что подобные арки-окна позже уже не использовались), за ним башня, служившая заодно и колокольней (15-16 в). А слева  - это как раз то здание, что считается первой постройкой, возникшей еще в 4-ом веке на месте зороастрийского храма. Однако, историки   и археологи склоняются к мнению, что более вероятное время постройки - это всё же 6-ой век, и возникла она в качестве погребальной часовни, о чем свидетельствует склеп в нижнем, подвальном этаже.



Заглянула сначала в Епископский дворец, где в нижнем этаже располагалась винодельня и винный погреб - марани:



Здесь тоже нашлась немалых размеров каменная давильня для винограда:



Отар сказал, что это была самая большая давильня, которую он видел. Но то было до Икалто... Действительно, после Икалто размеры этой уже не столь впечатляют:)



Здесь же, рядом с давильней, и сохранившийся марани с осколками и фрагментами глиняных кувшинов - квеври:



Из соседнего небольшого помещения с арочной стеной есть спуск в маленькие комнаты нижнего яруса, вероятно, тоже хранилища:





На выходе меня едва не сманила очаровательная лавочка с видом на Алазанскую долину, но я не поддалась, пошла осматриваться дальше:))



Разве что короткий взгляд бросила на окрестности, да и то, потому что балкончик заинтересовал:)



Затем вернулась к стенам часовни, выстроенной в форме базилики:



Восхитительны виды Некреси в арочных проемов окон и дверей:









Спуск вниз, в склеп:





   Напротив часовни - базилики, в глубине монастырской территории, спряталась, пожалуй, самая интересная церковь монастыря - Успения Пресвятой Богородицы. Построенная в 6-8 веках всё в той же форме базилики, снаружи украшенная лишь скромным крестом на фасаде, внутри она скрывает настоящее сокровище:



В 16-ом веке по распоряжению кахетинского царя Левана Успенская церковь монастыря Некреси была расписана фресками, которые сохранились до наших дней, почти не утратив первозданной яркости красок. Одна из них изображает самого Левана, держащего в руках храм, которому он покровительствовал, а также его жену Тинатин и сына Александра:



Фрески удивительные - сочные, яркие цвета, четкость изображений - словно и не было пяти веков беспощадного времени и множества испытаний, выпавших на долю монастыря. Конечно, они не сохранились идеально. Поврежденных участков, к сожалению, очень много. Но те фрагменты, что сохранились, вызывают неподдельный восторг:





   Мужчина, бывший при церкви, с гордостью рассказывал, что секрет этих красок пытаются разгадать ученые из разных стран, приезжающие сюда для их изучения. И часто как ученых, так и простых туристов приводит в изумление один интересный эффект: несмотря на полумрак, царящий в церкви, фрески на фотографиях всегда выглядят ярко и красочно, словно излучая свет и блеск. Честно говоря, я тоже не особо наделась получить нормальных фотографий - света для моего фотоаппарата было явно недостаточно. Но вот же... получились очень даже неплохо для имеющихся условий. Есть версия, что такой эффект объясняется тем, что в краски добавлена мельчайшая золотая крошка. Но точного состава этих красок до сих пор выявить так и не смогли:



Сцена Успения пресвятой Богородицы, которой посвящена эта церковь, сохранилась, наверное, лучше всего:





Уничтоженные лики святых - следы мусульманских нашествий. 



Богоматерь с младенцем на своде - лики тоже повреждены, в остальном же фреска сохранилась неплохо:



Алтарная перегородка:





И общий вид напоследок, прежде чем выхожу обратно во двор монастыря:



А у входа в церковь цветут розы:



зреют гранаты:



   И вообще вся территория обители настолько зеленая, ухоженная, по-домашнему уютная, что здесь по сердцу разливается тепло даже в прохладную и ветренно-дождливую погоду. И совершенно не хочется отсюда уходить. Благодать!





   В целом, всё самое интересное мной уже было осмотрено, но поскольку уходить не хотелось, я побродила еще, заглядывая в разные уголки, удовлетворяя исследовательский интерес и впитывая царящую здесь умиротворяющую атмосферу, словно надеясь запасти её впрок:









Алазанская долина, кажется, еще больше подернулась туманом, скрываясь за ним, словно за дождливым полупрозрачным занавесом:





   Часы показали, что на автобус я уже опоздала. Да и ладно, - подумалось. Вниз и пешком нетрудно. Потому я присела было на лавочку, чтобы еще немного побыть в этой светлой атмосфере разлитого в воздухе умиротворения. К слову, семья, которая ехала со мной в автобусе сюда, тоже облюбовала лавочку неподалеку. И им полчаса показалось мало, не успели вернуться к назначенному водителем времени:) В это время автобус, не дождавшийся нас, съездил вниз и вернулся с очередной группой туристов. Снова начал накрапывать дождь. Мне он особо не мешал, но добрый наш водитель, видимо, подумал иначе. Потому что, постояв минут десять, он неожиданно посигналил и махнул нам рукой: "Идемте скорее, отвезу вас вниз". К нашей компании присоединилась еще пара человек из только что приехавших - что они успели посмотреть за десять минут? - и мы отправились на головокружительный (для меня) спуск с горы, на которой спрятался среди лесов монастырь Некреси. Мы уехали, а он остался отсчитывать и дальше за веком век... сколько поколений людей он еще переживет и сколько запомнит? Ох, если бы камни умели говорить...



   К слову, если спускаться пешком, где-то на середине пути от монастыря вниз попадется смотровая площадка, с которой можно посмотреть на руины древнего города Некреси.
***
- Ну, и как там?
 - С видами, конечно, не очень, но в целом замечательно. Красивое место и такое...умиротворяющее.
 - А в боковой придел церкви заходила?..
   В общем, я поняла, что и сюда у меня есть поводы вернуться:))

- Может, прямо сейчас обратно и вернемся? Ну, и что, что у нас поезд... первый раз что ли на него опаздывать?:)) - мартовскую Военно-Грузинскую дорогу Отар ещё не забыл:))
   Но я выбрала ехать дальше, потому продолжение следует...

   Мы едем дальше по следам ассирийских отцов... Ибо следующий пункт нашего маршрута, монастырь Алаверди, также основан одним из них - Иосифом Алавердским, прожившим здесь всю оставшуюся жизнь, до 570 года. Сюда же до сих пор верующие приезжают поклониться его могиле.
   Монастырь впечатлил с первого взгляда:
- Ничего себе... да тут целая крепость!


 

   Обнесенный крепостной стеной с башнями, напоминающий замок монастырь Алаверди тем не менее не был неуязвим. За свою историю он поочередно становился жертвой то землетрясений, то вражеских нашествий. Но каждый раз он восставал из руин, как птица Феникс из пепла. И несмотря на большое количество пережитых реставраций, его внешний облик не сильно изменился - собор святого Георгия, доминанта монастырского комплекса, выглядит почти также, как он выглядел в 11-ом веке, во времена кахетинского царя Квирике III, по чьему распоряжению он был построен. На фото выше можно проследить границу между старой и новой, возникшей в ходе реставрации, кладкой - верхняя часть стены и башни восстанавливалась не так давно:



Сегодня за суровой крепостной стеной, помимо собора св.Георгия, находятся колокольня, монастрыская трапезная, епископский дворец, винодельня, виноградник, в котором растут около 500 сортов винограда (его не зря именуют Музеем винограда) и даже своя небольшая оливковая роща.



   Алаверди - действующий мужской монастырь, поэтому строгая табличка со множеством запрещающих знаков предупреждает, что при входе на территорию монастыря нужно соблюдать дресс-код. Однако, на входе традиционных юбок для посетительниц  я не увидела, зашла в штанах, особого внимания на меня никто не обратил. Правда, в храм заходить не стала, заглянула только с порога. К слову, монастырь мужским был не всегда, несколько десятилетий  на рубеже 17-18 веков здесь была женская обитель, куда уходили, приняв постриг, женщины дворянского происхождения:



А у стен с внешней стороны, вдоль дороги, растет абрикосовый сад. Как же всё-таки чудно раскрашивает осень абрикосовые деревья!:)



Вот тут, над входом в монастырь, тоже отчетливо видны следы восстановления разных эпох - ряды кладки отличаются друг от друга столь значительно, что это видно даже мне, ничего не понимающей в строительстве и архитектуре крепостных стен. Над входом возвышается купол колокольни:



Такие контрофорсы - наклонные укрепления крепостной стены - элемент, не часто встречающийся. В Алаверди есть:)



Арочные своды над входом, старые камни, лестница, ведущая наверх (вероятно, к колокольне):



Вот и сама колокольня. И Отар, задержавшийся в воротах в попытке пораспросить местных. Но ничего особо интересного ему не рассказали, пару общеизвестных фактов. Потому пошли осматриваться и искать что-нибудь интересное сами:



Собор святого Георгия огромен, его высота достигает 50 метров. Долгое время он был самым высоким собором в Грузии, пока не построили Цминда Самебу в Тбилиси. Как уже писала, он почти полностью сохранил свой первоначальный внешний облик, только вот галерея сохранилась только с одной стороны, тогда как раньше она окружала собор с трех сторон:



Большая часть территории сегодня закрыта для посещения: где-то ведутся реставрационные и строительные работы, где-то просто не пускают монахи любопытствующих, храня себя от мирской суеты, а свой быт - от досужих взглядов. По сути можно пройти только по дорожке от ворот до храма, да немного прогуляться вдоль его стены. Когда идешь к храму, с одной стороны дорожки видишь виноградники (те самые, что образуют монастырский Музей винограда),



а с другой - оливковые деревья. Табличка рядом рассказывает, что некогда в монастыре Алаверди была небольшая оливковая роща, урожай с которой позволял монахам делать свое оливковое масло. Теперь эту рощу пытаются восстановить, высажены молоденькие деревья:



А между ними возвышается патриарх - огромное старое дерево, единственная сохранившаяся память о прошлом. Таких оливковых деревьев мне видеть еще не приходилось...



Розы в конце октября - это всегда сродни чуду:)



   Древние камни стен. Они помнят очень многое... На табличках - краткие сведения об истории монастыря. Как уже упоминала, основание его связано с именем одного из ассирийских отцов Иосифа. Когда, привлеченные его искренней верой в Бога, к нему потянулись люди, и некоторые пожелали остаться с ним, здесь возник простая скромная обитель - скит, с деревянной церковью св.Георгия. В этой церкви Иосиф был похоронен, на ее месте через несколько веков был построен вот этот каменный храм. Впервые сильно пострадал он от разрушительного землетрясения 1530 года, но был быстро восстановлен. Следующим испытанием для него стало нашествие персов шаха Аббаса в 1614 году. Тогда, захватив всю Кахетию, персы отдали земли, на которых стоял монастырь туркменам-кочевникам, превратившим храм в скотный двор, а виноградники и оливковую рощу - в пастбища. Однако, в 1659 году вспыхнуло Бахтрионское восстание, в результате которого персы вместе с туркменами были изгнаны. Храм снова восстановили и освятили.  Потом, уже в 18-ом веке монастырь подвергся нападению лезгинов и еще одному разрушительному землетрясению. И снова, в который уже раз, был восстановлен. В 1929 году на волне борьбы с религией монастырь был закрыт на долгие десятилетия. Очередное его восстановление началось только в 1990-ые годы.



Каких-то особо впечатляющих архитектурных элементов отделки на фасадах храма не сохранилось, но древние камни сами по себе внушают уважение и восхищение:





   К слову, само название монастыря "Алаверди" вызывает споры. Откуда оно произошло? Есть версия, что это тюркское словосочетание, означающее "Данный Богом". Но тюркское название для христианского храма? Более правдоподобная версия предполагает, что Алаверди - это искаженное словосочетание "Алва Хварди" ("Алванская долина", собственно, на ней и расположен монастырь)



Размеры вблизи как-то даже подавляют, заставляя почувствовать себя ничтожной букашкой:)



Остатки фундаментов тех самых исчезнувших галерей с обеих сторон храма:





Мне кажется, эта стена подглядывает:)



   Перед входом в собор - старые надгробные плиты. На территории монастыря, помимо Иосифа Алавердского, похоронено несколько кахетинских царей и членов их семей. А вот руины на заднем плане - это, если не ошибаюсь, остатки летнего дворца, что выстроил себе шах Аббас:







   В соборе св.Георгия сохранились фрески 15-16 веков, правда, фрагментарно, но довольно хорошо. Четкие линии, яркие цвета. Георгий Победоносец с наружной стороны храма, под защитой той самой сохранившейся галереи. Внутри собора фотографировать строго запрещено, да и заглянула я, как говорила, буквально на минутку. Но Богородицу с младенцем Иисусом на руках под куполом заметить успела:





Еще пара кадров:









И покидаем суровые стены монастыря. Честно говоря, без особого сожаления. Он, без сомнения, красив и величественен, но как-то мне в нем было не слишком уютно. Сложилось впечатление, что туристам, да и просто случайным посетителям там не очень рады. Суровые, настороженные взгляды, заградительные ленты повсюду, множество запретов на табличках... Ни один монастырь в Грузии так неприветливо меня еще не встречал. Потому той атмосферы умиротворения, спокойствия, гармонии, которую я ожидаемо искала по аналогии с другими посещенными хотя бы в этот же день монастырями, я не нашла, и, кажется, вздохнула даже с облегчением, оказавшись вне его стен:



   Я прошла еще немного вдоль дороги, заприметив еще раньше место, откуда монастырь виден лучше всего, и остановилась, чтобы сделать пару фотографий. Над монастырем бродили суровые серые тучи, затянувшие весь небосвод. Мне кажется, на фоне безоблачного голубого неба он бы смотрелся не так величественно:)







Тучи цеплялись не только за купол монастыря, но и за вершины гор, в обрамлении которых лежит Алазанская долина. Угрожающе дождём, но красиво ведь:)



Повернувшись в другую сторону полюбоваться горами в облаках, заметила свою белоснежную карету, выруливающую со стоянки - можно не торопиться топать назад:)) И в самом деле через пару мгновений она притормозила возле меня:
- Карета подана, поехали:))



  - Ну и как? Мне Икалто, честно говоря, интереснее показался.
 - Так там есть, куда заглянуть... А тут же закрыто всё. Может, и было бы интересно, если бы можно было подойти и рассмотреть, а не издалека пытаться что-то увидеть.
 - Реставрация вроде идет. Может, откроют когда-нибудь, хотя что-то сомневаюсь...
 - Ладно, поехали дальше. Некреси, я думаю, тебе понравится.
   
    От Алаверди мы сбежали так быстро, что даже не обратили внимания на сувенирные лавочки у входа в монастырь и домики-кафе напротив. Уже дома прочитала, что в лавках продают вкусный монастырский хлеб и мед, а где-то рядом есть Дом мацони, где можно попробовать мороженное с мацони и кахетинский вариант мацони - с медом. Может, все же стоит однажды вернуться в Алаверди?:)

   Едем дальше по Кахетии:)
   После монастыря Дзвели Шуамта путь наш лежал еще к одному монастырю - Икалто. По прямой между монастырями всего пара километров, но дороги по прямой через лес и ущелье нет. Потому в объезд, проселочными дорогами - километров 14. Главное, безоговорочно не верить навигатору:))
- Он уверен, что нам сюда?!
- Ну... По его мнению, это дорога. В принципе, он прав, он же не знает, что ты на седане:))
- Нет уж. Что-то мне подсказывает, что здесь должно быть что-то более приличное. Давай дальше проедем.
   Интуиция не подвела - в селе Икалто нашлась вполне приличная дорога, ведущая к монастырю. Да и у самого монастыря отличная благоустроенная парковка. Так что в плане добраться проблем нет. Если и есть причина, по которой этот монастырь не особо популярен среди туристов (по сравнению с тем же Некреси, например),  то это не труднодоступность.  А монастырь оказался очень симпатичным внешне, и на сравнительно небольшой его площади оказалось немало интересного.
   Основателем монастыря является один из ассирийских отцов, что по благословению Симеона Столпника пришли в Грузию, чтобы проповедовать и распространять на ее территории православие. По велению  своего предводителя Иоанна Зедазенийского святые отцы разошлись по разным краям Грузии, каждый из них основал свою обитель. Зенон Икалтойский выбрал Кахетию, и остаток жизни провел здесь в молитвах, распространении православной веры среди местных жителей, занимаясь понемногу целительством. При нём его учениками и последователями были построены первые строения монастыря (6 в.), но от них вряд ли что сохранилось. Здесь Зенон нашел и свое последние пристанище. Над тем местом, где его похоронили, впоследствии возвели храм Святого Духа (7-9 вв):


 

   Если присмотреться, можно увидеть в кладке стен очень разнообразные заплатки, камни, кладку. Это свидетельствует о том, что храм неоднократно перестраивался и реставрировался. Купол, например, и вовсе появился скорее всего в 19-ом веке. Но могила Зенона Икалтойского по сей день находится именно в этом храме.
   Архитектурные элементы под куполом красивы, хоть и явно не древность:



Едва ли не первое, что бросилось в глаза, - огромное количество кувшинов-квеври на территории монастыря. Причину мы увидели чуть позже:)



Росписи и фрески в церквях монастыря практически не сохранились, если когда-то существовали. Вот, пожалуй, единственный фрагмент:



У правой стены храма Святого Духа - фундаменты и остатки стен, напоминающие о том, как часто этот храм становился предметом перестройки и реконструкции:



Сейчас здесь лежат старые надгробные плиты, но судя по нишам и подобию камина в стенах, похоже, что это были какие-то жилые, подсобные или хозяйственные помещения:



   Внезапно обнаружился вход в подземелье. И я вспомнила, что читала о легендах, его овевающих. Что там на самом деле, никто не знает: то ли небольшое водохранилище, то ли винный погреб - марани, то ли подземный ход, позволяющий покинуть Икалтойский монастырь незаметно и скрыться в окрестных лесах. Говорят, что этот подземный ход соединял монастырь со святыми пещерами, располагавшимися с другой стороны от села Икалто.



   Монастырь Икалто развивался и рос, и в 12-ом веке он стал не только духовным, но и образовательным центром Кахетии. Здесь, примерно в то же время, что и в Гелати, возникла Академия. Основателем её считается Арсений Икалтойский, преподававший в ней, помимо богословия, такие дисциплины, как философия, логика, филология, астрономия и другие.


 

   Академия была сожжена шахом Аббасом в 1616 году, с тех пор  и весь монастырь пришел в упадок, и был восстановлен впоследствии только в 19-ом веке.
    Здание академии - пожалуй, самая масштабная постройка на территории монастыря, двухэтажное здание с большим арочным входом, у которого видны остатки колонн:



Обширное помещение с камином и нишами в стенах:



Окна второго этажа:





Самое старое строение монастыря - Троицкий храм с необычным для Грузии элементом - наружней лестницей (6 в), предположительно, его строительство началось еще при жизни Зенона:





Небольшая церковь Успения Богородицы (12-13 вв):





А вот тут, у этого низкого строения с арочными проемами, что притулилось к стенам Академии, мы поняли, для чего здесь нужно было столько винных кувшинов:) Потому как за этими стенами скрывается давильня для винограда (сацнахели), едва ли не самая большая во всей Грузии:



Масштабы впечатляют. Невысокая перегородка разделяет эту огромную ванную на две части: предположительно, одна предназначалась для белого вина, вторая для красного:



   Как обычно, в поисках информации я зацепила в интернете одно замечательное произведение уроженца здешних мест Ладо Мрелашвили. Это детская повесть о похождениях и приключениях деревенской ребятни, этаких грузинских Тимура и команды. Называется она "Мальчишки из Икалто". Сюжет некоторое время вертится вокруг попыток разгадать тайну подземного хода. Приведу несколько строчек из неё, касающихся описания монастыря:
 

За храмом Святого Духа видны остатки фундамента - это всё, что осталось от епископского дворца, который был построен в то же время, что и академия (12 в). У его стен видна еще одна виноградодавильня.



   Разве ж тут обойдешься без квеври? ? Не зря они повсюду. К слову, есть версия, что в Икалтойской академии существовал первый в Грузии факультет виноделия, в котором изучали науку изготовления сего замечательного напитка:





Легкие шаги осени:



Церкви монастыря с другого ракурса:



Побродив среди развалин старых стен за храмом Святого Духа, мы случайно наткнулись и на марани - винный погреб с вкопанными в землю большими кувшинами-квеври:



Заглянули, вина там не нашлось:) Зато осенние одуванчики обнаружились:)



   Среди этих старых камней шелест осенних листьев заставляет замереть и прислушаться... чудится, что то и не листья вовсе ты слышишь, а само течение времени...



Люблю, когда в таких местах можно побыть в тишине. В Икалто это удалось вполне: почти всё время мы бродили по монастырскому двору одни, только небольшая компания путешественников еще заглянула ненадолго. Спокойствие и умиротворение, разлитые в воздухе, цвета и легкий, терпкий аромат осени... хорошо:)
 


Высоченные кипарисы у храма Святого Духа:



Осенние цветы:



Пара прощальных взглядов на монастырь Икалто:







И едем дальше. Продолжение следует...